Эссе философия в современном мире: Философия в современном мире – Готовый реферат

Содержание

Помогаю с учёбой — Преподаватель Анна Евкова

Рада видеть вас на моем сайте. Если вы здесь – значит, вам необходима помощь с учебой.

Я, Анна Евкова, бывший преподаватель Самарского института информатики и вычислительной техники и моя команда преподавателей поможем вам справиться с трудностями в заданиях. Мы поможем с любым заданием от простого заказа в одну формулу, или если у вас будет заказ на написание большой работы примерно на 198 страниц – мы это тоже умеем!

Я всегда в вашем смартфоне, заказывайте где удобно и когда удобно – просто прислав файлы в whatsapp!

Все заказы выполняются качественно, профессионально и высылаются раньше срока. Каждый выполненный заказ проходит проверку на плагиат, вы не сдадите на проверку одинаковую с кем-то работу.

Ваш заказ будет уникальным!

Подготовимся онлайн совместно со мной или с преподавателем из моей команды, проработаем базовые темы, освоим сложные разделы, отработаем экзаменационные задания и подойдём к сдаче любого предмета максимально подготовленным и расскажем все секреты.

Лучшие университеты мира: МГУ и MIT

Моя видео презентация:

Пять простых шагов и всё будет на ❝отлично❞

 Шаг 1Сфотографируйте задание так, чтобы изображение было максимально четким. В чат прикрепите необходимые для выполнения вашей работы, лекции, учебники, методички и т. д. (если имеются). При необходимости напишите дополнительные пояснения.

 Шаг 2.   Все файлы пришлите мне в чат в WhatsАpp

После этого я изучу и оценю. (Не забывайте чем больше времени, тем меньше цена!)

 Шаг 3.  Если всё понравится – оплатите.

Оплатить можно с помощью баланса мобильного телефона, картой Visa и MasterCard, а также через Apple Pay и Google Pay.

 Шаг 4.  Приступаю к работе. Все необходимые требования и сроки будут соблюдены. Более 78% заказов отправляются в чат раньше указанного времени.

 Шаг 5.  Получаете заказ в чат. Если у вас возникнут вопросы, я подробно отвечу. Гарантия на заказ действует 1 год. В течение этого времени ошибки в заказе будут исправлены.

ТОП 5 ответов на ваши вопросы

Как вы работаете?

Для того, чтобы разобраться с этим вопросом, предлагаю ознакомиться с простым алгоритмом:

  1. Вы присылаете необходимые файлы с описанием в WhatsApp.
  2. Я знакомлюсь с файлами, и оцениваю заказ.
  3. Вы оплачиваете заказ.
  4. Я, или преподаватель, начинаем работу над заказом.
  5. В согласованный срок, или раньше, Вы получаете свою работу файлом в чат.

Какая будет цена?

Невозможно ответить на этот вопрос не изучив файлы. Стоимость определяется исходя из нескольких важных факторов: уровень сложности задания, определенные требования к оформлению.

Для точной оценки стоимости присылайте файлы в чат в WhatsАpp. Например: лекции, методички, учебники (если такие имеются).

Какой срок выполнения?

Минимальный срок выполнения заказа варьируется от 2 до 4 дней. Главное помнить, что для срочных заказов цена будет увеличиваться, а срок выполнения сокращаться.

Как происходит оплата?

Оплатить можно с помощью баланса мобильного телефона, картой Visa и MasterCard, а также через Apple Pay и Google Pay.

Какие гарантии?

Любые ошибки, допущенные мной или преподавателем в заказе, исправим в течении 1 года.

Что обо мне говорят студенты и школьники

Разместила отзывы с Ютуба и чуть ниже с Вконтакте, остальные отзывы на моём ютуб канале и социальных сетях.

                       

Правовые документы:

Условия использования

Политика конфиденциальности

Помогаю с учёбой — Преподаватель Анна Евкова

Рада видеть вас на моем сайте. Если вы здесь – значит, вам необходима помощь с учебой.

Я, Анна Евкова, бывший преподаватель Самарского института информатики и вычислительной техники и моя команда преподавателей поможем вам справиться с трудностями в заданиях.

Мы поможем с любым заданием от простого заказа в одну формулу, или если у вас будет заказ на написание большой работы примерно на 198 страниц – мы это тоже умеем!

Я всегда в вашем смартфоне, заказывайте где удобно и когда удобно – просто прислав файлы в whatsapp!

Все заказы выполняются качественно, профессионально и высылаются раньше срока.  Каждый выполненный заказ проходит проверку на плагиат, вы не сдадите на проверку одинаковую с кем-то работу. Ваш заказ будет уникальным!

Подготовимся онлайн совместно со мной или с преподавателем из моей команды, проработаем базовые темы, освоим сложные разделы, отработаем экзаменационные задания и подойдём к сдаче любого предмета максимально подготовленным и расскажем все секреты.

Лучшие университеты мира: МГУ и MIT

Моя видео презентация:

Пять простых шагов и всё будет на ❝отлично❞

 Шаг 1Сфотографируйте задание так, чтобы изображение было максимально четким. В чат прикрепите необходимые для выполнения вашей работы, лекции, учебники, методички и т. д. (если имеются). При необходимости напишите дополнительные пояснения.

 Шаг 2.  Все файлы пришлите мне в чат в WhatsАpp

После этого я изучу и оценю. (Не забывайте чем больше времени, тем меньше цена!)

 Шаг 3.  Если всё понравится – оплатите.

Оплатить можно с помощью баланса мобильного телефона, картой Visa и MasterCard, а также через Apple Pay и Google Pay.

 Шаг 4.  Приступаю к работе. Все необходимые требования и сроки будут соблюдены. Более 78% заказов отправляются в чат раньше указанного времени.

 Шаг 5.  Получаете заказ в чат. Если у вас возникнут вопросы, я подробно отвечу. Гарантия на заказ действует 1 год. В течение этого времени ошибки в заказе будут исправлены.

ТОП 5 ответов на ваши вопросы

Как вы работаете?

Для того, чтобы разобраться с этим вопросом, предлагаю ознакомиться с простым алгоритмом:

  1. Вы присылаете необходимые файлы с описанием в WhatsApp.
  2. Я знакомлюсь с файлами, и оцениваю заказ.
  3. Вы оплачиваете заказ.
  4. Я, или преподаватель, начинаем работу над заказом.
  5. В согласованный срок, или раньше, Вы получаете свою работу файлом в чат.

Какая будет цена?

Невозможно ответить на этот вопрос не изучив файлы. Стоимость определяется исходя из нескольких важных факторов: уровень сложности задания, определенные требования к оформлению.

Для точной оценки стоимости присылайте файлы в чат в WhatsАpp. Например: лекции, методички, учебники (если такие имеются).

Какой срок выполнения?

Минимальный срок выполнения заказа варьируется от 2 до 4 дней. Главное помнить, что для срочных заказов цена будет увеличиваться, а срок выполнения сокращаться.

Как происходит оплата?

Оплатить можно с помощью баланса мобильного телефона, картой Visa и MasterCard, а также через Apple Pay и Google Pay.

Какие гарантии?

Любые ошибки, допущенные мной или преподавателем в заказе, исправим в течении 1 года.

Что обо мне говорят студенты и школьники

Разместила отзывы с Ютуба и чуть ниже с Вконтакте, остальные отзывы на моём ютуб канале и социальных сетях.

                       

Правовые документы:

Условия использования

Политика конфиденциальности

«Роль и значение философии в жизни общества»

  • Новости /
  • «Роль и значение философии в жизни общества»

17 июня 2015 года

«Роль и значение философии в жизни общества»

16 июня в Национальной библиотеке РД им. Р. Гамзатова состоялась встреча участников дискуссионного философского клуба «Время и бытие».

Организатор клуба философ магистрант Дагестанского государственного университета Джамирза Магомедов выступил с докладом на тему: «Роль и значение философии в жизни общества».


Роль философии в жизни общества, определяется, прежде всего, тем, что она выступает в качестве теоретической основы мировоззрения, а также тем, что она решает проблему познаваемости мира, наконец, вопросы ориентации человека в мире культуры, в мире духовных ценностей.

Философия – это предельно обобщенное, теоретическое видение мира. Она отличается и от религиозного и от научного способа постижения действительности. От религиозного она отличается своей рациональностью, научностью построения и опорой на науку. От научного она отличается тем, что являет собой обобщенное осмысление мирового целого и отношения человека к миру.

Философское мировоззрение – это теоретический взгляд на мир с позиций активного существа, осознающего как самого себя, так и то, с чем ему приходится взаимодействовать. Это совокупность фундаментальных идей о человеке, мире и об отношении человека к миру. Эти идеи позволяют людям сознательно ориентироваться в мире и обществе, а также мотивировать свои поступки. Их специфика – в том, что они позволяют предельно широко, в рамках определенной цивилизации, воспринимать происходящие события и при этом руководствоваться в своих действиях краеугольными для данной цивилизации ценностями.


Это важнейшие задачи философии, а вместе с тем и ее функции – мировоззренческая, теоретико-познавательная и ценностно-ориентационная. В ряду этих функций лежит и решение философских вопросов практического отношения к миру, а соответственно функция праксеологическая.

Критическая функция философии, выполняет задачи преодоления устаревших догм и взглядов. Эта роль философии особенно четко выражена в трудах Бэкона, Декарта, Гегеля, Маркса. Философия выполняет и прогностическую функцию, реализуемую в построении моделей будущего.


Наконец, существенное место в арсенале функций философии занимает интегративная, состоящая в обобщении и систематизации всех форм человеческого опыта и знаний – практического, познавательного, ценностного. Только на базе такой интеграции можно успешно решать проблемы гармонизации общественной жизни.

Настоящая философия всегда ориентирована на достижении добра, прекрасного и возвышенного, преодоление в человеке всего демонического и животного и сотворение человека нравственного. Высокие моральные качества человека, как известно, не возникают стихийно, сами по себе, они часто являются результатом плодотворной деятельности философов

Древнегреческий философ Сократ в одной из бесед заметил, что для него “… кажется странным, если человек, взявшись быть пастухом стада коров и убавляя и ухудшая их, не сознается, что он плохой пастух; но еще для него странно, если человек, взявшись быть начальником в государстве и убавляя и ухудшая граждан, не стыдится этого и не осознает, что он плохой начальник” (Ксенофонт. “Воспоминания о Сократе” I, II, 32).


Любая политика (экономическая, техническая, в области медицины, образования и т. д.) не может сделать шага без согласования с моралью, нравственностью.Двуличие, неразумность и аморализм политики, а также некорректные философские ориентиры всегда вели к катастрофам, чему немало свидетельств, как в истории, так и в современности.

Философия разрабатывается отдельными людьми, но не является их произволом и капризом. «Что касается отдельных людей, то уж, конечно, – отмечает Гегель, – каждый из них сын своего времени; и философия есть также время, постигнутое в мысли».

Аристотель называл философию «главной и главенствующей наукой, которой все другие науки, словно рабыни, не смеют прекословить». Для Сенеки философия основное средство развития гражданских качеств личности, нравственно-духовной доблести и интеллектуальной силы.

При всем преувеличении значимости философии  в жизни общества и Аристотель, и Сенека правильно отмечали лидирующее положение  философской мысли в духовной культуре, а замечания Сенеки о нравственной пользе философии, сохраняют свое значение и по сей день.


Философия, постигая историческую эпоху, отражает направления и пути развития человечества, предупреждает о скрытых опасностях, Так было на всех крутых поворотах истории, во все переломные исторические эпохи. К этому сводится задача и современной философии.

Общество требует от философии ответа на вопросы: Каким должен быть мир, чтобы он соответствовал человеку? Каким должен быть сам человек, чтобы соответствовать миру? Достоин ли мир того, чтобы в нем жить? Достоин ли сам человек того, чтобы выступать от имени жизни, понимает ли он ее ценность?

Отвечая на эти вопросы, философия выступает как теоретическая основа мировоззрения, она предлагает систему категорий, выражающих фундаментальные принципы бытия, в том числе и специфику существования человека. К таким мировоззренческим принципам относятся утверждения: Мир «не создан никем из богов, никем из людей, а был, есть и будет вечно живым огнем»; «Мир не бессмыслен и абсурден, но находится в бессмысленном состоянии»; и т. д.

Несомненной заслугой современной философской мысли является выдвижение ее представителями новых ценностей. К ним относятся обще гуманистические, экологические ценности и ценности качества жизни. Ценность качества жизни противопоставляется уровню жизни, массовому производству и потреблению. Для человека, его здоровья и счастья не так важен уровень жизни, как ее качество. Оно определяется не столько ее комфортом, сколько добрыми и гуманными отношениями в обществе, социальным равенством и близостью к природе.

Всех заинтересовавшихся клубом «Время и бытие» приглашаем в Национальную библиотеку им. Р. Гамзатова (3 этаж) на встречи участников клуба, которые состоятся по вторникам в 18.00.

Опубликовать:

Философия в современном мире

Научное знание, как мы уже отмечали, является могучим средством покорения природы, решения, практических задач, необходимых для воспроизводства человеческой жизни.

Но при всех его огромных возможностях, включая и осуществляемое общественными науками прогнозирование и планирование хозяйственной и социальной деятельности на определенный период, оно само, самостоятельно, без помощи других форм интеллектуальной и духовной деятельности, не способно выработать те общие принципы и нормы человеческого поведения, которые определяют основные жизненные установки человека, его образ жизни, саму стратегию человеческого и общественного развития. При всех своих огромных познавательных возможностях конкретно-научное знание не способно выявить и зафиксировать все возможные позитивные и негативные последствия общественной жизнедеятельности, в частности последствия современного, научно-технического творчества людей.

Это объясняется не только исторически ограниченными возможностями научного познания, но и спецификой самой общественной действительности, где общий результат всех индивидуальных намерений и действий и складывающаяся на их основе некая равнодействующая, объективная тенденция развития не совпадают ни с индивидуальными желаниями, ни с совокупной деятельностью членов общества как таковой. Как отмечал Энгельс, совершая сознательные поступки, люди могут предвидеть в лучшем случае лишь ближайшие последствия, к которым они приведут, но не могут предвидеть отдаленных общественных последствий своих действий. Иначе говоря, результаты исторической деятельности, все «за» и «против» дальнейшего существования человека не фиксируются в полной мере научным познанием и не позволяют нейтрализовать все возможные ее разрушительные для жизни последствия.

Указанное обстоятельство, однако, не снимает актуальнейшей задачи более рациональной организации общественной жизни, необходимости планирования и осуществления не только научно-технических, тактических, но и общих мер стратегического уровня, обеспечивающих нейтрализацию как научно распознанных, так и теоретически предполагаемых так называемых анонимных негативных факторов общественно-исторического развития. А это может быть осуществлено лишь с помощью основанного на научном и другом знании теоретического, философского познания и объяснения действительности, на путях философского определения общих проблем и задач, принципов и норм современной жизнедеятельности человека, выработки и практического утверждения такой жизненной позиции и образа жизни, такого отношения ко всем формам человеческой деятельности, и прежде всего к научно-техническому творчеству, которые позволили бы заблокировать и тем самым предотвратить его возможные разрушительные последствия.

Специфическая функция философии в решении этих задач в известной мере отражена в том условном разделении типов человеческого знания, с которыми мы нередко встречаемся в современной западной философской литературе. Если отбросить характерное для этой классификации противопоставление различных типов человеческого знания, а в некоторых случаях религиозно-эсхатологическую трактовку назначения философии, то можно согласиться с тем, что в отличие от научного знания, служащего главным образом конкретным нуждам и практическому ориентированию человека в мире, философия может быть охарактеризована как «спасающее» знание. Разумеется, в данном случае речь идет не о божественном искуплении и достижении блаженной жизни в «царствии небесном», а о социальной и нравственной ответственности человека и человечества в организации и соответствующем направлении современной личной и общественной жизни, о спасении человеческой жизни на Земле, о чрезвычайной актуальности сегодня гуманистической мировоззренческой, регулятивной и методологической функций философии, об одной из тех ее традиционных функций, в которой она выступает как теоретическое учение о жизненной мудрости, о путях и средствах оправдания человеческой жизни, о той помощи, которую она может и должна оказать в решении коренных жизненных проблем человечества.

Рассмотрение отношений, в которых находятся философия, эта фундаментальная область духовной деятельности человека, и сам человек как субъект и творение современной исторической эпохи, подводит к необходимости освещения вопросов о природе философского знания и его главенствующей функции в современном мире, о том, что она дает и может дать для решения жизненных проблем человека, и, наконец, о человеке как проблеме самой философии.

Как самосознание культуры определенной исторической эпохи философия вырабатывает свои теоретические принципы и ценностные установки в зависимости от особенностей развития науки и социальной практики этой эпохи, от удельного веса и общественной значимости различных сфер духовной культуры. Вполне понятно и оправдано поэтому выяснение функций и характера философии наших дней прежде всего в контексте ее отношений с наукой, удельный вес которой необычайно возрос в жизнедеятельности современного общества. Никто не будет отрицать возросшее значение методологических и критико-рефлексивных функций философии в отношении научного знания, ее роли в обеспечении междисциплинарного сотрудничества. Столь же очевидно огромное значение конкретно-научного знания как содержательного источника философского познания, побуждающего философскую деятельность и обогащающего его миропредставления. Положительно сказывается и должно сказываться органичное включение в основоположения и методы философии мыслительных стандартов, критериев рациональности и научности, складывающихся в лоне конкретно-научного знания и его теоретических построений.

Но философия определяет свои положения на основе переработки обобщенного и конкретного материала самых различных регионов культуры, включая науку. При этом философские принципы и методы, несмотря на их генетическую связь и зависимость от этих культурных регионов, несводимы к их конкретным методам и принципам, а имеют свою собственную особую природу. Философия обладает своими собственными средствами и способами познания и освоения действительности, своим критерием рациональности и научности, воплощающим в себе некое конкретно-историческое, органичное единство ценностно-мировоззренческих, практически духовных и научно-теоретических элементов. Поэтому, говоря о методологических и критико-рефлексивных ее обязательствах по отношению к науке, важно выяснить природу тех средств, с помощью которых эти функции осуществляются. Одно дело, когда философия выступает как самостоятельная форма теоретической деятельности, проясняющая, обосновывающая и критикующая научное знание с позиций собственных задач и критериев. Другое — когда она довольствуется теми же логико-теоретическими средствами и критериями, которые возникают в рамках самой науки и которые с той же целью и не менее успешно могут быть истолкованы и применены самими учеными.

В западной философии, особенно в неопозитивистских и постпозитивистских концепциях философии науки, природа философии рассматривается и характеризуется в ее чрезвычайной и крайне преувеличенной зависимости от науки. Она фактически ставится в положение некоей методолого-методической и теоретико-инструментальной служанки конкретных наук и различных частных форм человеческой деятельности. Подчеркивая действительно существующую зависимость философии от конкретно-научного знания, авторы этих концепций отказывают ей в праве самой быть самостоятельной и специфической формой знания. Фактически философская теория мира, если возможность такой и признается, рассматривается и оценивается как такое истолкование действительности, которое не несет в себе новых знаний о ней, а философская методология сводится к своеобразной метанаучной методологии, в критико-рефлексивных целях использующей теоретические и логико-методологические средства самой науки. Философия как общая теория мира и человека, методология всей его теоретической и практической деятельности, как средство критической саморефлексии, рожденное не только в русле логико-теоретического и научного исследования, осмысления исторических путей научного прогресса и механизмов функционирования науки, но и на основе обобщения всего совокупного социального и культурного опыта человечества, остается вне поля зрения или не принимается в расчет в должной мере.

Сознательно или невольно наука рассматривается в качестве некой автономной и самодостаточной силы человеческой жизни. Не учитывается то известное обстоятельство, что она функционирует в рамках определенной культуры, в системе конкретных социальных отношений и что использование созидательных возможностей науки и техники, как и устранение негативных, разрушительных последствий их развития, находится в прямой и существенной зависимости от характера и направленности общественной жизни в каждой стране, мирового социально-политического развития в целом. Поэтому возросшее значение науки в современных условиях требует не просто методологического содействия процессу научного познания, улучшению и совершенствованию его средств. В еще большей степени и несравненно острее встает задача социального и духовно-нравственного обеспечения современного научно-технического развития, подчинения его определенным ценностям, идеалам и гуманистическим принципам нашего времени.

Необходимость именно такого отношения философии к науке диктуется и тем обстоятельством, что наука, несмотря на необычайно возросшую ее роль в жизни современного общества, не содержит в себе критериев и императивов соответствующего культурного и социального применения ее достижений, а поэтому может быть употреблена как на пользу, так и во вред человечеству. В этой связи приобретает особую актуальность философское ориентирование на создание таких форм социальной жизни, международного экономического и политического сотрудничества, культурных отношений, при которых человечество сможет обеспечить надежный контроль над могущественными силами собственного научно-технического творчества и решить жизненно важные для него глобальные проблемы, и прежде всего самую главную из них — проблему достижения прочного и длительного всеобщего мира.

Признав важность этих задач, нельзя удовлетворяться лишь конкретно-научными прогнозами и проектами, призванными послужить оптимальному функционированию уже существующих социально-политических и хозяйственных механизмов. Сегодня, как никогда ранее, необходима разработка общих проектов социального и культурного обновления, созидания качественно новых форм внутригосударственной жизни и международных отношений. А разработка таких проектов возможна лишь в рамках социальной философии, специфическими средствами философского научно-теоретического прогнозирования и обоснования.

Понимание науки как важного фрагмента современной культурной и социальной практики позволяет остро почувствовать всю односторонность и недостаточность узкого науковедческого методологического взаимодействия с ней. Совершенно очевидно, что для подлинно философского обеспечения современного научно-технического прогресса приобретают огромное значение задачи, ценности и требования, вызванные к жизни общим ходом социально-политического и культурного развития, жесткой необходимостью своевременного решения коренных проблем современного человеческого существования. Выработка практически эффективных и гуманистических норм человеческой деятельности в век науки и техники еще в большей степени, чем когда-либо, требует от философии осмысления и учета в своих обобщениях и принципиальных установках всех тех познавательных и созидательных возможностей, которые имеются во вненаучных сферах человеческой культуры, общественной и духовной жизни человека. Именно на этих путях философия сможет наиболее полно реализовать свои обязанности перед наукой.

Рассматривая философию не только как теорию, объясняющую мир, но и как способ его практически духовного освоения и изменения в духе передовых идеалов и ценностей человечества, марксизм всегда придавал большое значение ее мировоззренческой функции, тем наиболее общим принципам и нормам человеческой деятельности, которые она вырабатывала на основе научно-теоретического познания объективных законов природного и социально-исторического развития, тех духовно-нравственных установок и императивов, которые она постулировала в согласии с этим познанием. И сейчас в своей теоретической и практической деятельности, в больших и малых свершениях современной социально-политической практики марксисты руководствуются теми стратегическими установками и перспективами, которые следуют из философского познания и видения задач и путей дальнейшего исторического развития.

Философия по своей природе действительно представляет собой теоретическую форму мировоззрения, или предельно общую мировоззренческую теорию. Это означает, что законы и принципы своего миропонимания философия обосновывает логически, специфическими теоретическими средствами, обнаруживая тем самым свою определенную принципиальную общность с наукой. Вместе с тем в своих мировоззренческих принципах и оценках она осмысливает материал всей наличной культуры, всего социального опыта, различных форм практически-духовной деятельности человека. Свое понимание мира философия формулирует и выражает в объективно безличных и универсальных теоретических положениях, основанных на фактах науки. Но она осваивает действительность также на основе обобщения и осмысления процесса сознательной целенаправленной деятельности человека, через эмоционально-психологическую и ценностно-нравственную его ориентацию в мире, определенную конкретными формами морального и эстетического воззрения, идейной убежденности и факторами обыденного сознания. Характеризуя философию как теоретическое выражение конкретно-исторического научного и социального опыта, ценностно-мировоззренческого подхода к действительности, следует учитывать и тот факт, что она имеет свои «вечные» темы и проблемы, отражающие некие непреходящие и коренные основы человеческой жизни. Этим, в частности, объясняется особое положение истории философии как важной теоретической основы и предмета всякого философствования.

Сложный и синтетический характер объекта философского познания, а также специфические теоретические средства, с помощью которых философия познает и объясняет мир и человека, определяют ее собственную природу. Философия — не общая теория мира или человека, она есть общая теория мира и человека в их органичной связи и взаимодействии, философия человеческой жизнедеятельности в мире. В своих обобщениях философия опирается на научное знание и на ценностное отношение к действительности, выражающее ту или иную жизненно-мировоззренческую позицию человека, социальной группы, класса. Философские законы и принципы независимо от того, к чему они относятся — к миру или к человеку, являются не просто объективными истинами, но и субъективно переживаемыми положениями, показателями определенного отношения человека к миру, к своему собственному бытию, они воплощают в себе одновременно и истину и ценность, научное знание, понимание человека и мира и постижение их смысла и значения.

Философская правда жизни — употребим это, на наш взгляд, более емкое понятие — в отличие от научной истины сочетает или должна сочетать в себе истину и справедливость в их возможном гармоничном единстве. Философия говорит человеку как о его реальном положении в мире, так и о его жизненном назначении, не только о том, что он есть, но и о том, чем он может и должен стать. Соответственно существо той или иной философии во многом определяется тем, как она сочетает в себе научно-теоретический и ценностно-духовный моменты. Для утверждения истинности и справедливости своих принципов и основоположений она всегда пользовалась и пользуется сейчас, с одной стороны, научно-логическими построениями, а с другой — ценностными нормами и понятиями. И поскольку философия не только что-то научно-теоретически обосновывает, по и постулирует в качестве должного, то она обращается к различным методам убеждения, утверждающим веру в справедливость и обоснованность выдвинутых постулатов. Для этого она избирает тот или иной принцип веры, убеждения.

Античная философия, например, опиралась на веру в разумность космоса, природы, объективного миропорядка; средневековье жило метафизической верой в разумность и справедливость божественного начала, исходящего от него миропорядка; в Новое время обоснованию философских принципов служила «объективная истина» природы, абсолютного духа и научного знания. Современная философия пользуется как научно-теоретическим, так и ценностным, духовно-нравственным обоснованием своих положений. При этом сциентистские и антисциентистские концепции западной философии, как правило, разрабатывались и разрабатываются сейчас путем противопоставления этих двух методологических принципов, трактовки их как несовместимых и взаимоисключающих понятий. Такой подход противоречит действительному положению вещей: диалектической взаимосвязанности и взаимообусловленности объективной и субъективной, научной и ценностной, теоретической и практически-духовной сторон философского миропознания. Ведь ценностная установка, несмотря на своеобразие ее природы и всякого рода опосредования, одним из источников своих имеет объективно-научное знание, так же как и научное знание всегда есть то пиление объективного положения вещей, которое складывается при прямом или косвенном влиянии определенной ценностно-практической установки. Вместе с тем диалектический синтез объективного и субъективного, научного и ценностного не должен сводиться к некоему взаимопоглощающему слиянию этих различных начал. Выражая их существенную взаимосвязь и взаимозависимость, такой синтез должен сохранять постоянное наличие и известную самостоятельность этих сторон в рамках конкретного единства.

Философия верна своему назначению, своей специфической природе до тех пор, пока она не отождествляет себя с какой-либо конкретной формой научного знания или с верой. Соединяя в себе научные и мировоззренческие моменты, она должна в то же время с необходимостью обладать определенной направленностью, выражающей практическую устремленность, прогрессивную тенденцию своего конкретно-исторического времени. Иначе говоря, философия не может удовлетворяться положением абстрактно-бесстрастной теории мира, отвлекающейся от насущных жизненных задач человечества, его настоящего и будущего развития, и выступать в виде некоего всегда себе равного синтеза составляющих ее элементов. Диалектическая и конкретно-историческая природа каждого философского синтеза требует такого конкретного и органичного соотношения различных его сторон, при котором неизбежен приоритет одной из них — научной или ценностной, онтологической или антропологической, при условии, что эта «тенденциозность» не ведет к абсолютизации и фетишизации определяющего фактора и не нивелирует противоположное ему начало.

В условиях современного мирового развития, выдвинувшего на передний план задачи сохранения и утверждения мира на Земле, гуманистического и духовно нравственного обеспечения социального и научно-технического прогресса, первостепенное значение приобретают гуманистически-мировоззренческая, методологическая функции философии. По-своему и в значительно более глубоком и широком смысле, чем когда-либо, возникает необходимость философского обоснования и утверждения примата практически-духовной деятельности над научно-теоретической.

Будучи общемировоззренческой теорией мира и человека, философия не ограничивает себя научно освоенной действительностью, а обращается к культуре в целом, к самым различным формам практической и духовной деятельности человека. Она формирует целую систему представлений, определяющих место и роль человека в мире, вырабатывает и провозглашает наиболее общие нормы и принципы социального и нравственного поведения человека, его научно-теоретической деятельности. Отсюда естественное Стремление философии к установлению предельных оснований практического и теоретического отношения человека к действительности, к определению своего понимания смысла жизни человека и человечества, характера и направленности исторического процесса, подлинно нравственного поведения. Такие предельные основания, конечно, тесно связаны с тем или иным типом культуры и являются конкретно-историческими по своей природе. Но на каждом данном этапе истории они охватывают все основные аспекты отношения человека к действительности.

Философское Мировоззрение, Таким образом, не может быть сведено к Содержанию конкретных наук или к обобщениям, полученным лишь на основе анализа научного знания. Как самосознание определенной исторической эпохи оно осмысливает и интерпретирует также весь совокупный опыт человеческой жизни, нравственную, этическую, религиозную практику, факты и явления повседневного индивидуального и общественного бытия, непосредственного отношения человека к миру и к самому себе. Но и подобное беспредельное расширение поля философского анализа не означает, что объектом философии является непосредственно то, что уже освоено в научной и всякой другой форме общественного сознания. Объектом философии является не сам предмет, как он дан в специальной науке или этике, а способ, каким дан этот предмет. Для философского анализа действительность — это не просто человек и мир, а теоретическое и практическое отношение к миру, способ ориентации и жизнедеятельности человека в мире. Здесь раскрывается важная функция философии, заключающаяся в том, что она сопоставляет типы миропонимания и ориентации, задаваемые наукой и ценностно-практическими формами сознания — моралью, искусством, религией, обыденным сознанием. Философия фиксирует наиболее общие законы и принципы не того или иного вида духовной деятельности, а духовной деятельности вообще, она является, следовательно, также методологией научного и всякого другого познания. Такое своеобразие философии находит свое отражение в поисках и выявлении предельных оснований человеческого познания и деятельности, в своеобразном единстве теоретического и методологического ее содержания.

Именно эта специфическая особенность философии как общемировоззренческой теории, предельных оснований человеческой практики позволяет осуществить сопоставление различных форм духовной и практической деятельности, научного знания и ценностных форм сознания, теоретической деятельности и социальной практики. При этом задача состоит не в том, чтобы объединить эти разные сферы каким-либо априорным, всеобщим принципом, а в том, чтобы в каждой из них найти элементы и основы их общности.

Анализ ценностных форм сознания раскрывает те действительные жизненные и социальные основания, которые вызывают необходимость взаимного сопоставления различных форм духовной и практической деятельности человека, определяют роль и значение каждой из них в общефилософском миропонимании. Именно на почве «предельных оснований», определяемых философией, «вечных» философских вопросов о смысле жизни, природе И назначении человека, о свободе, добре и справедливости, о принципиальной ориентации человека в мире и его отношении к конкретно-историческим формам общественной жизни встречается и соотносится философия с моральным, религиозным, эстетическим и правовым сознанием в их неинституционализированной и неофициальной форме.

Философия не только дает определенное целостное понимание мира, но и соответствующим образом интерпретирует социальную действительность, выступая тем самым в качестве специфической формы идеологии. Другими словами, строго логическое и научно-теоретическое обоснование законов и принципов философии демонстрирует ее научную природу, а ее ценностномировоззренческое отношение к действительности обнаруживает в ней особую форму идеологии. Формы сознания, полярно противополагающиеся в ряде концепций западной философии, в действительности являются диалектически взаимосвязанными, пребывающими, при известных условиях, в состоянии принципиального взаимного соответствия, когда идеологически выраженный ценностный подход не только не противоречит научной объективности, а становится важным ее условием.

Значение философии в истории, культуре и современном мире. Роль философского образования в системе высшей школы

Значение философии в истории, культуре и современном мире. Роль философского образования в системе высшей школы. — Текст : электронный // Myfilology.ru – информационный филологический ресурс : [сайт]. – URL: https://myfilology.ru//174/znachenie-filosofii-v-istorii-kulture-i-sovremennom-mire-rol-filosofskogo-obrazovaniya-v-sisteme-vysshej-shkoly/ (дата обращения: 22.11.2021)

Значение философии в истории, культуре и современном мире

Время появления человека, руководствующегося в своей жизни не сиюминутной пользой и т.п., а знанием, мудростью, немецкий философ Карл Ясперс (1883–1969 гг.), много труда положивший для открытия т.н. «шифров бытия», называл «осевым временем». «Осевое время, таинственно начавшееся» почти одновременно в течение от 800 до 200 гг. до н.э. в Китае, Индии и на Западе. Именно тогда произошло открытие того, что позже стало называться разумом и личностью. Человек осознавал свое бытие и себя как личность. В это время происходит много необычайного. Вспомним, именно в тот период в Китае жили мыслители Конфуций, Лао-цзы, Мо-цзы, Ле-цзы, именно тогда и появились все направления китайской философии. В Индии возникли Упанишады, жил Будда; в философии были рассмотрены все возможные взгляды постижения действительности вплоть до скептицизма, материализма, софистики и нигилизма. В Иране Заратустра учил о мире, где идет борьба добра со злом; в Палестине выступали пророки Илия, Исайя, Иеремия и Второисайя; в Греции — это время Гомера, философов Парменида, Гераклита, Платона, драматургов Эсхила, Еврипида и Софокла, историка Фукидида и механика Архимеда. Все, что связано с этими именами, возникло почти одновременно в течение немногих столетий в Китае, Индии и на Западе Европы, независимо друг от друга.

Вначале философия включала в себя весь комплекс знаний о мире. Знание не было разделено по наукам и дисциплинам; оно было единым, синкретичным, т. е. включало в себя всю информацию о мире, его строении, о человеке, его месте в мире, о счастье, смысле человеческой жизни и т. д. Новое, возникшее в эту эпоху в трех упомянутых культурах, сводится к тому, что человек осознает бытие в целом, самого себя и свои границы. Перед ним открывается глубина мира и собственная значимость. Человек осмысливает мир и себя как проблему, он ставит радикальные вопросы, ищет понимания и спасения. Осознавая свои границы, он ставит перед собой высшие цели.

В эту эпоху были разработаны основные категории, которыми мы мыслим по сей день, заложены основы мировых религий, и сегодня определяющих жизнь людей.

В культуре

Философия не была бы философией, если бы она относилась только к науке. Подобно тому как философия родственна любому направлению науки, у нее обнаруживаются связи и со всеми проявлениями культуры. Философию интересует не сам мир, а мир в контексте человеческого существования в нем, то есть в любой оригинальной философской системе отражается личностное мировосприятие ее автора. Поэтому философия относится к сфере культуры и обладает всеми ее характеристиками. Так, мы не можем говорить о русской или немецкой математике, русской или немецкой физике, но с полным правом говорим о русской и немецкой поэзии, музыке, философии.

Философия близка не только к искусству, но и к любой другой сфере духовной культуры: политике, морали, религии и т. п. С политикой и идеологией ее роднит обостренное внимание к проблеме обустройства человеческой жизни. Ведь именно в философии неприятие существующих режимов оборачивается порождением утопических учений. С моралью философию роднит пристальное и заинтересованное внимание к проблеме смысла жизни, счастья и свободы человека, проблеме нравственного отношения личности к ценностям
природы и общественной жизни. А именно на эти вопросы в истории развития предмета философии обращали особое внимание такие выдающиеся мыслители, как Сократ, Платон, Аристотель, Боэций, И. Кант, И. Фихте, Г. Гегель, Ф. Энгельс, B. C. Соловьев, и ряд современных западных философов, в том числе К. Ясперс и А. Камю. Только философия может быть названа квинтэссенцией культуры, поскольку она вобрала в себя все наиболее существенные ее достижения, включая науку. Она единственная сохранила, пронесла через все эпохи свой синкретический (нерасторжимо целостный) характер. И эта целостная природа философии, заключающая в себе единство науки и культуры, как нельзя лучше соответствует духу нашего времени, новым историческим задачам/

В истории

В истории философии сменили друг друга три подхода к пониманию предмета философии как науки: староантичное, традиционное и современное. Староантичное понимание философии тождественно понятию науки вообще. Его можно квалифицировать как «протознание», «преднаука», «пранаука». Предмет нерасчлененной науки — вся действительность. Вся сумма внерелигиозных знаний — философия, возникшая как разрешение противоречия между мифологическим мировоззрением и накопившимся знанием, философии в античности как науки в современном смысле этого слова не было, как не было физики, биологии и других наук. Традиционное понимание предмета философии связано с именем Аристотеля, который отмечал, что наука о первых началах (учение о всеобщем) — это безраздельно господствующая и руководящая наука, наука, которой все другие, как рабыни, не вправе сказать и слова против. Философия трактуется как наука наук. Установившееся за ней название «метафизика» (то, что «после физики») стало синонимом философской науки о первых началах, о всеобщем.

Ранняя греческая философия считала своей задачей постижение устройства природного мира; поэтому первых представителей греческой философии называли натурфилософами. Античные мыслители классического периода в частности, делают предметом изучения общество и человека, который рассматривается в контексте социально-политических отношений. Иллюстрацией такого понимания предмета философии является высказывание Сократа «Познай самого себя».

В средневековой христианской философии, которая приходит на смену античной мысли, важнейшей становится антропологическая проблематика, человек рассматривается сам по себе, вне общественного и природного контекста, как личность, имеющая духовную природу и сущность, находящаяся во взаимоотношениях с Богом.

В нововременной европейской философии, на становление которой наибольшее влияние оказала наука, самой главной становится проблематика, связанная с процессом познания; познавательное отношение человека к миру, его возможности, и способы осуществления составляют предмет философии в Новое время.

В современном мире

Современное понимание предмета философии складывалось по мере накопления специальных научных знаний, выработки конкретных приемов исследования и развития представлений о закономерностях отдельных областей природы, процесса дифференциации теоретического знания. Обрели самостоятельность механика, астрономия, физика, политэкономия, медицина, математика, химия (последняя четверть XVIII века). В XIX веке возникли геология, биология, антропология, юриспруденция. Таким образом, от протознания вначале отделились естественные, затем общественные и, наконец, науки о мышлении. Возникла точка зрения, согласно которой содержание философии, якобы, «разобрано по частям отдельными науками», «философия распалась, разложилась».

На самом же деле философия, подобно механике, физике и другим системам частного знания, постепенно формируется, созревает и подготавливается к «отпочкованию» от «протознания». Это прогрессирующее разделение труда в сфере научного знания качественно изменяет роль и место философии в системе наук, ее взаимосвязи с частными науками. Философия уже не занимается решением специальных проблем механики, физики, химии, биологии, права, истории (общетеоретическими проблемами этих наук длительное время занималась философия), но в ее сферу входит исследование общенаучных, мировоззренческих вопросов, которые имеют место в частных науках, но не могут быть решены в их рамках, с помощью свойственных им специальных методов.

Становление философии как самостоятельной науки связано с окончательным размежеванием философии и частных наук. Философия и частные науки обрели свой предмет, выделившись из совокупного научного знания.

Роль философского образования в системе высшей школы

Важнейшая задача высшей школы – это подготовка высококвалифицированных специалистов. Но чтобы быть таковым необходимо видеть место своей специальности в общей
структуре научного знания; видеть место науки в структуре общества; нужно уметь руководствоваться в своем профессиональном поведении общегражданскими ценностями.

Многие из этих проблем в значительной степени могут быть решены в современной высшей школе только благодаря союзу с философией и философскими дисциплинами. Роль философии в этом процессе весьма значительна, так как без нее невозможно выработать целостное и системное представление об объективном месте человека и социума в структуре мирозданья. Философская культура становится полноправной составляющей профессионализма будущего специалиста. Она способствует формированию личности, всегда открытой усвоению новых знаний, умеющей адаптироваться к новым информационным, технологическим и мировоззренческим парадигмам, обладающей потребностью в самообразовании, осознающей
образование как ценность. Кроме мировоззренческой, возрастает ценность методологического потенциала философии, посредством которого организуется процесс познания действительности, и человек становится способным избавиться от многих иллюзий, заблуждений формируя свои творческие навыки.

Функция философии в культуре значительно отличается от функций науки. Но существующая система образования, еще не вышедшая из-под влияния просветительской парадигмы, ищет в философии только систему знаний. Прежде всего, необходимо избавиться от весьма устойчивого и распространенного предрассудка, по которому философия считается «чистой» наукой. В этом случае как учебная дисциплина она сводится к сумме знаний, набору «тем», которые студент должен «пройти», сдать и благополучно забыть. При этом общая методика преподавания философии зачастую сводится к сумме частных методик изложения тех или иных разделов курса: онтологии, гносеологии, социальной философии и т.д. «Спора нет, бывают моменты, когда философия, выполняя свой гражданский долг, занимается просвещением, но видеть в этом существо философии – такая же ошибка как видеть существо математики или физики – в их технической приложимости». В этом заключается основное непонимание задачи философии – совершенствование механизма мышления, создание условий, в которых у студентов рождается «знание-мысль», а не просто передается «знание-информация». «Ведь философия не представляет собой систему знаний, которую можно передать другим и тем самым обучить их. Становление философского знания – это всегда внутренний акт, который вспыхивает, опосредуя другие действия».

Именно развитие механизма рождения собственной живой мысли и является основой воспитания творческих способностей у студентов. Умение понять новое, умение отказываться от стереотипа, способность видеть типичное в явлениях и событиях, но и замечать особенное и индивидуальное, не отбрасывая его в ходе размышления и познания, также составляют особенность творческого мышлении. Философия должна быть культурой универсального миропонимания.

Философия обеспечивает методологическую подготовку, т.е. учит методам исследования, анализа и преобразования действительности и умению ими пользоваться. Это обеспечивает эффективную деятельность в любой сфере общественного производства.

Известно, что Ф.Б. Кон сравнивал человека, владеющего методом, с путником, идущим по ровной и прямой дороге, тогда как человек, не имеющий методологической подготовки, подобен хромому, блуждающему по бездорожью. Кроме этого, в процессе освоения философского категориального аппарата, она учит конкретности мышления, умению понимать самую суть вещей и кратко и точно излагать понятое. Это очень важное качество. И, наконец, необходимость философской грамотности определяется ситуацией в стране, которая требует увеличения в вузе нравственной, эстетической и антропологической проблематики. Думается, что концептуальная задача преподавателя заключается в том, чтобы выявить в развитии философской мысли эту культуру и приобщить к ней студента.

Потребность в философском просвещении, в философствовании как способе мировосприятия и миропостижения сегодня, возможно, велика как никогда прежде. Социальный аспект потребности в философии определяется тем, что от духовности человека зависит преодоление современного кризиса ценностей. Эта работа должна вестись неформально, а с привлечением самых различных воспитательных средств, что позволит сделать более эффективным процесс формирования у студентов смысложизненных ориентиров.

В общем, я рыдаль

01.06.2016, 11018 просмотров.

Место и роль философии в современной культуре

Поможем написать любую работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту

Узнать стоимость

Философия как культурный феномен

Философия всегда личностна – это ее не порок – это ее сущность. Для Николая Александровича Бердяева философия – всегда личное мировосприятие. Философия познает бытие из человека и через человека; в человеке видит разгадку смысла. Главное в философии – личность ее творца, индивидуальность, которая по-своему мучается над разгадкой своего бытия, ищет смысл жизни, смысл мира. Истина – бытие осмысленного существования. Философия – исповедь ее автора.

Научиться философствованию можно путем соприкосновения с философскими текстами как выражениями сознания или вдохновения других. Философский текст как застывший след, слепок, отпечаток живого философствования. Философствовать – значит войти в философию, обосноваться в ней, вести себя в согласии с нею.

Жанры философского дискурса

Философский дискурс – формальная организация мысли. Его важнейшими компонентами являются сверхпонятия (События, Другой, Субъект, Тело), понятия, термины, порядок и стиль высказывания.

Философское высказывание – голос самой вещи.

Жанровое многообразие философии в его исторически детерминированных практиках. Сплав дидактичности и личной убежденности в философском афоризме. Исповедь как пересечение самосознания культуры и личной судьбы. Акт понимания как самоизменение в ходе диалога. Диалог – средство приближения к истине. Его цель – самосовершенствование для того, чтобы подойти ближе к истине. Совмещение “вечной вести” и ситуации времени в апологии “за” и в апологии “против”. Философский трактат как поле систематического рассуждения, как путешествие по предметной области с целью выявить ее границы. Соединение мысли, образа и бытия в философском эссе.

Стили философствования

Стиль философствования относится к типу культуры. Выделяют вопрошающий, научающий, сомневающийся, доказывающий, убеждающий стили философствования. В современной отечественной философии отмечается напряженное сосуществование трех стилистических полей: марксистского, религиозного русского, современного западного. Идеологическая риторика – специфическая черта марксистского философского языка. Первенство интуиции в языке русской философии. Доминирование игры слов с осознанной установкой на непонятное, нелогическое и несистемное в современной западной философии.

Язык философии

Философские понятия имеют символический характер. “Смерть”, “Ничто” фундаментальные символы философии. В них философия выступает не как система знаний, а как конструкция по трансформации человека и создании условий человеческой жизни как человеческой. Специфика философских категорий по сравнению с обыденными восприятиями и мифическими образами. Философия метаязык всех наук, видов познания и сознания.

Фундаментальное различие в философии: мир как нечто незавершенное, беспредельное, рассыпанное, и собранный, завершенный мир (мир онтический и мир онтологический). Философия как призадуманность неразрешимыми вопросами-символами (тайнами).

С другой стороны, философский язык – часть общенационального языка. Необходимость осознанных усилий по формированию национального философского языка (перевод, расшифровка, истолкование, комментирование). Вклад философии в формирование общекультурных понятий, в выработку языка самоописания культуры.

Природа философских категорий

Философские категории – ступени выделения человека из природы, формы отражения природы в сознании человека, ступени самопознания Абсолюта. Философские категории не являются формулами всеобщих свойств какой-то определенной области, они – предельные смыслы, вбирающие понятия, воспроизводящие содержание универсальных отношений в системе “мир человек”. Философские категории – орудия теоретической деятельности и практического освоения человеком мира. Поэтому категории называются предельными основаниями и универсальными формами культуры. Проблема категорий в истории философии. Категории как роды бытия, априорные формы синтеза знаний, формы языка.

Как читать философский текст?

Понятие “философского акта” как условие сознательной жизни и воссоздание личностного бытия. Текст есть не только “производящее произведение”, но и то, посредством чего читается событие истины. Текстом философ себя “устанавливает” в мысли. Философский текст как орудие ускорения и способ состояться, осуществиться, пребыть с помощью мысли. Отношение к философским текстам на уровне философского акта (помысливание текста), поверх культурных эквивалентов. Чтение философского текста позволяет выявить его объективное содержание.

Закон чтения: текст читается только текстом. Интерпретация текста создает вариации на тему, звучащую в интерпретируемом произведении. Чтение философских текстов – основная философская учеба.

Основные черты философского знания

Философское знание – это не столько многознание, сколько понимание, осмысление, умение постигать причины явлений, и потому – предвидеть дальнейший ход событий. Это умение сомневаться и постоянная готовность к новому, открытость к познанию (способность удивляться). Тому, кто уверен в своем всезнании, нечего делать в философии. Это не агрессивное, ненасильственное отношение к людям, к миру, а руководящееся только разумом. Для философии разум есть верховный судья, законы разума определяют ее суждения. Это мудрость, проявляющаяся в житейских делах. Наконец, для философского знания характерно обращение к вечным смысловым вопросам человеческого бытия, на которые нет сиюминутного ответа, но без которых не обходится ни один человек: Кто я? Для чего живу? В чем смысл моей жизни? А Вселенной?

Философия в духовной культуре общества

Философия непосредственно связана с наукой, искусством, с материальной практикой, с управлением обществом, с индивидуальным опытом человека. Она живая душа культуры; эпоха, высказанная в мысли. Каждая эпоха по новому проводит грань между тем, что относится к философии и тем, что к ней не относится.

Философия – средоточие, центр всех человеческих исканий и дерзаний. Философствовать – значит развивать в себе человека как единое стройное существо. Философия, отличаясь от прочих деятельностей человеческого духа, оживляет их все, сообщает им человеческую сторону, осмысливает их для человека, выступает как предельно обобщенная система мировоззренческих представлений и установок, которые формируют целостный образ человеческого мира. Первейший принцип философии состоит в том, что Универсалии ничего не объясняют, они сами подлежат объяснению. Без них наука – сборник фактов, искусство – вопрос техники, жизнь – механизм.

Философия – средство примирения старого и нового, прошлого и будущего, посредник между традициями, между поколениями, между человеком и обществом. Философия может быть не только объяснением и пониманием мира, но и средством его преобразования.

Философия – квинтессенция человеческого духа

Философия предполагает мыслящее общение людей или мышление людей сообща. В этой предметно-целевой самодостаточности философии самым глубоким и полным образом выражается человек, его право на духовное преображение жизни.

Философия – коллективное мышление; наука – коллективное познание, искусство – коллективное чувствование, религия – коллективное верование; мораль – политика – право – коллективное воление, экономика – коллективное производство и распределение.

На протяжении всей истории философы склонялись к двум точкам зрения на сущность философии и ее специфику. Первую точку зрения можно назвать точкой зрения на философию как на “строгую науку”. Наиболее последовательно отстаивал этот взгляд Г. Гегель – создатель самой масштабной в истории философии системы – картины мира, которая логически упорядочила и природу, и общество, и человеческое мышление на протяжении всей их истории.

По мнению Гегеля, философия есть такой взгляд на мир, который нацелен на “постижение наличного и действительного, а не выставление потустороннего начала, которое бог знает где существует…”, исходя из простой идеи: “Что разумно, то действительно; и что действительно, то разумно”. Коль скоро мир сам по себе, независимо от нас, устроен разумно, полагал Гегель, то не существует никаких препятствий, чтобы мы получили о нем научное правильное, точное и обоснованное знание: “…Моим намерением было способствовать приближению философии к форме науки – к той цели, достигнув которой она могла бы отказаться от своего имени любви к знанию и быть действительным знанием…”.

Получение такого рода знания, по мнению Гегеля, станет возможным только в том случае, если философия будет заниматься не собиранием многочисленных достоверных фактов и открытием объективных законов, действующих в различных областях природы и общества, вроде закона всемирного тяготения, а превратится в “царицу наук”, занятую обобщением тех научных данных, которые ей поставляют отдельные дисциплины, в особых понятиях и категориях. Правда, в этом случае понятийно-категориальный аппарат философии оказывается настолько абстрактным, что многие люди его не понимали и не понимают и переносят свое негативное отношение к абстракциям на философию в целом.

В начале XX в. подобный взгляд на философию обосновывал Эдмунд Гуссерль (1859 – 1938) – немецкий философ, основатель феноменологии. В последнем труде своей жизни “Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология” он обосновывает необходимость для человека преобразования философии в “строгую науку”.

Вторая точка зрения на философию определяет ее как не сводимое к любым другим способам духовной деятельности людей и никоим образом из них не выводимое “философствование”, т.е. глубоко личностное размышление человека о неповторимости его присутствия в мире. Подобный взгляд на философию возникает еще в античной философии и в конце XX в. становится общепринятым. Обоснование этой позиции дает Мартин Хайдеггер – один из известнейших философов XX в., основоположник немецкого варианта экзистенциализма. Современное видение рассматриваемой проблемы соотношения философии, науки и религии лучше всех выразил в определении “философия – ничейная земля между религией и наукой”, данном во введении в “Историю западной философии”, Бертран Рассел.

Философия и наука

Философия есть коллективное мышление, наука – коллективное познание. Философия вырабатывает и разрабатывает идеи, наука производит знания. Философия не удовлетворяет имманентным критериям научности: она не имеет верификационного критерия, экспериментальных методов, не придерживается принципов предметности и однозначности. Философский опыт не входит в логику науки: он базируется на интеллектуальном созерцании (интуиции). Субъективность философии – ее достоинство.

Наука связана с материей, предполагает существование единого метода, конвенциональна; философия беспредпосылочна и автономна, персональна. Наука стремится к знанию конкретных предметов, философия имеет дело с бытием в целом. Связь философии и науки – не в онаучивании философии, а в философичности науки. Наука – обязательное условие философствования.

Господство науки в философии грозит ей утратой специфики философского стиля и темы. По словам немецкого философа Ханса Георга Гадамера (1900 2002), наука вообще неспособна постичь жизнь, историю, человеческое существование, ибо пытается это сделать “снаружи”, тогда как человеческое постижимо только “изнутри”. Философия видит мир из человека. Наука же видит мир вне человека.

Крупнейший социолог и психолог XX в. Эрих Фромм (1900 – 1980) на примере психологических наук показывает, что наука, изучая человека, выносит за скобки все духовное в нем – совесть и зло, милосердие и любовь, сосредотачиваясь на решении частных проблем, отвечающих научному методу. Американский философ, логик, методолог науки Алфред Норт Уайтхед (1861 1947), исходя из исторических фактов прислужничества философии как теологии, так и науке (и возникновения, как следствие этого, соответственно схоластической и догматической философии), выдвигает идеал истинной философии, соединяющей религию и науку в одну схему мышления.

Русский философ Михаил Михайлович Бахтин (1895 – 1975) полагает, что философия начинается там, где кончается наука. Философия – это научная теория, доводящая себя до своего преодоления. Николай Бердяев вообще отвергает “научную” философию как философию лишенных философского дара и призвания. Она и выдумана для тех, кому философски сказать нечего. Применительно к философии слова “научность” и “наука” означают научение философии. Слово “наука” в сочетании с философией означает тот или иной раздел философии, выделившийся в относительно самостоятельную философскую дисциплину – этику, эстетику, логику.

Философия и искусство

По словам философа Артура Шопенгауэра, философия есть искусство, а не наука. Философия – особое искусство, принципиально отличное от поэзии, музыки или живописи, – искусство мышления. Философия – искусство, потому что она – творчество. Философия – искусство, потому что она предполагает дар свыше и призвание. Философия есть искусство познания в свободе через творчество идей, противящихся мировой данности и необходимости и проникающих в запредельную сущность мира.

Общим для философии и искусства является личностный характер восприятия мира, критическое отношение к нему, характер преемственности. Различаются они в способах освоения действительности. Основной формой самовыражения в области искусства является художественный образ, связанный с чувствами; удел философского размышления – Логос. Философия, как и искусство, есть порождение возможного бытия. Но определение философии отрицает искусство, преодолевает его, поскольку в искусстве раскрывается всеобщность особенного, личностного, а в философии раскрывается особенность всеобщего, разума (не личностного, извне обращенного на личность, и в этом смысле – анонимного, хотя личностью философа актуализированного).

Философия – искусство архитектоники смысла. Искусство – коллективное чувствование.

Философия и религия

Отношения философии и религии были непростыми всегда. На исторических развалинах мифологии, а, по сути, религиозного типа мировоззрения, философия собственно и возникла. Философия – это религия, изнутри преодолевающая самую себя. В Средние века философия была низведена до служанки теологии. В эпоху Просвещения философия праздновала победу – религия высмеивалась как обман, невежество, просто суеверие. Философия всегда была критикой мифологического тождества мысли и бытия, божественного размыкания идеи причинности по отношению к бытию мира, к смыслу человеческого бытия.

В наше время связь между философией и религией освободилась от прежней конфронтационности, но есть соперничество, осталась идейная борьба. Религия, чтобы остаться истинной, нуждается в философии. Философия, чтобы остаться наполненной, нуждается в религии. Карл Ясперс усматривает в вере то, что объединяет и одновременно служит разделительным элементом религии и философии: религиозная вера определяется Откровением, философская вера деятельностью разума. Первая дана свыше, вторая творится самим человеком. Говоря от имени разума, философия фактически говорит от имени науки и потому верит в объективную реальность, в необходимость и законы, ею управляющие.

Философия как Богопознание. Противоположность религиозного и философского понятий Бога. Понятие философского бога как лишенность всякой предметности, небытие, как функциональное бытие человека. Творчество способ существования человеческого бытия.

Роль философии в жизни общества и человека

Философия есть рефлексия предельных оснований (универсалий) культуры смысло-жизненных ориентиров, способов упаковки и трансляции социального опыта, понятий добра и зла, объектно-субъектных отношений. Возникновение новых форм активности человека вызывает кризис старых смыслов универсалий культуры.

Философия является важнейшим средством обоснования, уточнения и формирования смысла жизни как некоторой личностной программы социальной самореализации человека. Философия не должна доказывать истину на примере жизни. Напротив, она должна развивать способности рассуждать и ставить вопросы, учить общению и диалогу, чтобы человек стремился не к самоутверждению, а к поиску истины. Это в свою очередь предполагает, что все люди заслуживают быть выслушанными. В. С. Соловьев задает вопросы: что делает философия для человечества, какие блага ему дает, от каких зол избавляет? И отвечает: она делает человека человеком, освобождает человеческую личность от внешнего насилия, дает ей внутреннее содержание. Возрастание роли философии в жизни общества, по мнению русского философа, способствует его переходу от варварской природы человека к цивилизационной.

Есть ли прогресс в истории философии?

Философия развивается не путем прибавления новых положений к уже имеющемуся у нее списку, а путем преобразования всей интеллектуальной сцены, и, как следствие, путем уменьшения числа вопросов, которые приводят нас в замешательство и сбивают нас с толку. Философия, понимаемая таким образом, является одной из великих освободительных сил.

Традиция – опора философии и ее оковы. Человек мыслит в пространстве действия традиции. Не усвоив традицию, человек не двинется вперед; освоив традицию, – он взваливает на плечи огромный груз, замедляющий шаг. Отрицание традиции – необходимость и величайшая опасность. Великие философии представляют собой синтез традиции и ее ломки (традиция не-традиции).

Внимание!

Если вам нужна помощь в написании работы, то рекомендуем обратиться к профессионалам. Более 70 000 авторов готовы помочь вам прямо сейчас. Бесплатные корректировки и доработки. Узнайте стоимость своей работы.

«Философ – это человек, который конструирует будущее»

В феврале этого года правительство Москвы вручило премии 48 молодым ученым. В их числе оказались и женщины. В преддверии Международного женского дня корреспондент «Российского образования» Анастасия Нестеренко взяла интервью у обладательниц премии в номинации «Общественные науки» – кандидата философских наук, старшего научного сотрудника сектора теории познания Института философии РАН  Елены Труфановой и кандидата политических наук, старшего научного сотрудника сектора социальной философии, ученого секретаря Института философии РАН Александры Яковлевой. 

Расскажите о начале вашего научного пути. Откуда возник интерес к философии?

Е.Т. У меня был интерес к гуманитарным наукам, еще со школы. Не то чтобы мне не давались точные науки, но мне очень нравились литература и история. Я собиралась поступать на исторический факультет. Но семья – папа, мама, бабушка, дедушка (который сам занимался философией) – сказали: «Хочешь идти  в гуманитарные науки, выбирай более широкую профессию, потом разберешься, чем будешь заниматься».

Я прислушалась к совету старших и пошла на философский. Конечно, первый год мне давался не просто: я с трудом себе представляла, что такое философия. Все, что я о ней знала – это то, что мой дедушка философ. Ну, значит, подумала я, этим можно заниматься (смеется).

Только со второго курса я поняла, что это мое. Философия меня захватила. Да, кстати, из выпускников нашего курса только двое, если не ошибаюсь, продолжили заниматься наукой, остальные ушли в серьезные компании и банки. Вообще философия хорошо развивает мышление, которое потом пригодится в любой профессии.

А.Я. Мой путь в философию был более тернистым, потому что, в отличие от Елены, которая заканчивала факультет философии в вузе при нашем Институте, я училась в МГУ на философском факультете.

Туда я попала тоже своеобразным путем. Я окончила гуманитарный факультет лицея «Воробьевы горы». У нас преподавали философию в 10-11 классах. На этих уроках нам пытались различными способами объяснить, что такое философия. И, кстати, преподавал Алексей Павлович Козырев, который сейчас занимает пост заместителя декана философского факультета МГУ.

Поступать я хотела на прикладную лингвистику, на филологический факультет МГУ, потому что я хорошо знала одновременно и математику, и язык. Мне казалось, что это правильный выбор, тем более у меня мама филолог. Но мама как раз меня отговорила (смеется). Тогда я остановилась на философском факультете. Выбрала отделение политологии. Это был конец 90-х годов. Известное выражение Аристотеля «человек – существо политическое» было про нас тогдашних. Было очень живо демократическое ощущение и, видимо, это для меня тогда и было первично.  Казалось понятным, в каких областях я смогу работать с таким образованием.

Ко второму курсу я поняла, что меня больше интересует не прикладная политология, а теоретические вопросы, в основе которых лежат философские идеи, и пошла на кафедру истории социально-политических учений. Занялась XIX-XX веками, английскими социалистическими идеями. Учебу я закончила и там же защитилась. Во время аспирантуры я начала работать редактором и на время выпала из философии, но спустя пару лет после защиты стала активно сотрудничать с нашим Институтом и быстро погрузилась в эту творческую  атмосферу. Поняла, что мне необходимо не править чужие тексты, а писать свои.

Такой вопрос: в школе нечасто рассказывают детям, что такое философия. Врач – лечит, учитель – учит, инженер – проектирует, это понятно. А вот кто такой философ? Чем занимается он?

Е.Т. Хороший вопрос. На самом деле он не простой. У меня в дипломе написано «философ». Хотя обычно пишут «преподаватель философии». И все, кто его видел, очень веселились. Потому что в уме сразу представляется бородатый старец, замотанный в древнегреческую «простыню» (смеется). Который не ест, не пьет, не развлекается, а только о чем-то размышляет. Иногда смотрю и думаю: «Неужели это вот я и есть?»

Можно выделить два типа философов, как это делает наш бывший директор, ныне научный руководитель Института академик Абдусалам Абдулкеримович Гусейнов. Он делит их на преподавателей философии и философов, то есть на тех, кто учит философии, изучает работы других философов, работает со студентами, и тех, кто вообще может не быть связанным с каким-либо университетом. Но именно он при этом пишет выдающиеся философские труды, задает новые направления и так далее.

Если говорить о современной профессии философа, то, прежде всего, философ – это человек, который занимается исследованием вопросов, на которые наука не имеет возможности дать конкретные ответы. Например, проблема сознания. Есть исследования мозга, но они нам все равно не говорят, что такое сознание. Этот вопрос требует философского осмысления. Таких тем на самом деле очень много. Философ, в отличие от других ученых, пытается описать то, как современная человеческая эпоха понимает вечные вопросы – бытия, сущности человека, жизни в целом. На мой взгляд, философ – это тот, кто лучше других может сформулировать главные вопросы своей эпохи. Такими, например, были Платон и Кант. Они, возможно, не несли какой-то практической, материальной пользы обществу, но они выражали то, чего не могли выразить другие.

Есть много смежных областей, где философия пересекается с другими науками: психология, нейрофизиология, лингвистика, экология, биоэтика. Последняя, к примеру, очень актуальна для медицины – это вопросы клонирования, генетики…

Если брать политику, то сейчас актуальными для философии являются вопросы миграции, прав беженцев, феминизм, урбанизм, исследования повседневности. В русле современной эстетики изучается, например,  японская мультипликация аниме. Казалось бы, популярная молодежная тема, являющаяся в то же время предметом серьезных исследований.

А.Я. Мне кажется, что философ – это человек, который конструирует будущее. Он критически осмысляет прошлое и настоящее, формулирует новые проблемы и предлагает формы и методы их решения или констатирует их «вечный» характер. Это его внутренняя потребность – осмыслить окружающий мир, найти способы решения проблем человечества. Как раз это надо объяснять школьникам: философ – это тот, кто не остается наедине со своими внутренними проблемами, которые, кстати, бывают характерными для переходного возраста. Эти проблемы актуальны для всех людей.

Вы получили премию правительства Москвы за цикл работ о трансформации науки в современном обществе. Можете подробнее рассказать, о чем ваши работы?

А.Я. Наука и ученые оказались заложниками современных экономических и политических процессов. В современном мире интеллектуальный труд пытаются измерить и рассматривать его только с точки зрения пользы. То есть ищут  прикладное там, где его не может быть по определению, спрогнозировать быстрые результаты. Конечно, это в целом проблема свободы интеллектуальной деятельности и проблема отчуждения результатов научного труда в результате ограничения такой свободы. Мы как раз пытаемся понять, какие существуют опасности в современном мире, которые меняют специфику научной деятельности, к чему это вообще может привести.

Е.Т. Трансформации, которые происходят в науке, мы ощущаем на себе. Но на самом деле те же процессы идут во всем мире, это общая тенденция – загнать науку в сферу услуг. И здесь есть специфика именно гуманитарного знания, которую не учитывают. Для гуманитария – допустим, философа, историка – гораздо важнее написать книгу, над которой он работает несколько лет. Гуманитарий – это, как правило, один человек и одна, очень большая работа. А вообще есть стереотип, что гуманитарий – это тот, кто не умеет считать (смеется).

Сейчас оценивают результат ученого по статьям, а не по книгам. Большое значение имеет цитируемость. Важно то, что статья прошла отбор перед тем, как быть опубликованной в издании. Это определяет ее качество. Хотя ряд изданий на этом делают большой бизнес. За тебя все сделают, оформят, переведут, ты только заплати.

Когда слышишь слово «философия», на ум сразу приходят Платон, Аристотель и прочие мыслители прошлого. А где можно познакомиться с работами современных философов?

А.Я. Вы знаете, мы как философы вообще стараемся выводить современную философскую мысль в публичное пространство. Благо технический прогресс это позволяет. На сайте нашего Института есть огромное количество аудио- и видеоматериалов, книг и статей. Сейчас на сайте выложена философская энциклопедия в четырех томах. В ней собраны как классические статьи, так и работы современных философов. Также в открытом доступе находятся Энциклопедический словарь  античной философии и все изданные Институтом книги.

О том, как сегодня выглядит философская мысль и какие проблемы являются самыми актуальными, можно узнать из периодических изданий – научных журналов Института, среди которых «Философский журнал», «Философия науки и техники», «Этическая мысль», «Эпистемология и философия науки», «История философии» и другие, всего восемь журналов по разным направлениям. Это, пожалуй, самый важный ресурс, который позволяет постоянно следить, что происходит в нашем научном мире. И конечно, рупор российской философии – это «Вопросы философии», который тоже находится в открытом доступе.

Мы активно сотрудничаем с зарубежными организациями, институтами, журналами, с независимыми философами. Например, в 2012 году к нам приезжал Славой Жижек. В зал, рассчитанный на 150 человек, набились 250 – и это в августе, когда большинство людей отдыхает за городом.

Е.Т. Мы работаем и с библиотеками. Например, проводятся публичные лекции в библиотеке имени Ф.М. Достоевского (проект «Анатомия философии» под руководством д.ф.н. Ю.В. Синеокой). Многих пугают академические учреждения, а в библиотеке совсем другая атмосфера. Лекции рассчитаны на людей всех возрастов без специальной подготовки. 
Сейчас в этой библиотеке наш Институт запускает новый проект. Он называется «Реплики». Это дискуссии между двумя участниками на одну актуальную философскую тему.

А.Я. А буквально вчера я читала лекцию в Центральной молодежной библиотеке имени М.А. Светлова. Там занимаются, в основном, школьники и студенты. Мы решили запустить цикл лекций под названием «Грани философии: теории и практики». Можно будет познакомиться и с классической теорией, и с практической стороной философии в современном мире – например, с биоэтикой, которую мы упоминали.

Было много посетителей, был заметен неподдельный интерес. Чувствуется, что в обществе есть запрос на эти проблемы.

Вообще, если возвращаться к вопросу, кто такой философ, философ – это, на мой взгляд, проводник знаний. И его роль очень важна, так как у людей часто складывается фрагментарное представление о мире, если нет общего представления, мировоззренческой картины. 

Скоро Международный женский день. Что бы вы пожелали российским женщинам, которые занимаются или планируют заниматься наукой?

Е.Т. У женщин долгое время не было возможности вносить вклад в науку. До сих пор есть определенная ангажированность, особенно при продвижении на какие-то высшие должности. Несмотря на это, на мой взгляд, у женщины сейчас есть все возможности реализовать себя. Если ты чего-то стоишь, никто тебя не задвинет. В нашей стране, кстати, в этом плане все намного лучше, чем в западных. И это заслуга, в том числе, Советского Союза, где женщины давно начали работать в традиционно «мужских» профессиях.

А.Я. Я бы пожелала женщинам не бояться делать то, что они делают. Вообще профессия ученого не предполагает деления по половому или возрастному признаку. Очень хочется, чтобы женщины шли в науку. Есть стереотип, что мир науки – это мир мужчин. Думаю, во многом это связано с тем, что имена женщин-ученых меньше на слуху.

Желаю женщинам посвящать время своим интересам, вне зависимости от того, чем они занимаются. Не обкрадывать себя, не обращать внимания на то, что навязывается окружающими – будто она кому-то что-то должна. И объяснять это мужчинам. Мы часто не объясняем им этого, а делать это нужно.

Вообще наука не имеет ни пола, ни возраста, ни национальности. Если люди будут понимать эти вещи, возможно, и на свою жизнь будут смотреть иначе.

Четыре причины, почему философия актуальна как никогда

Знаете ли вы, что сегодня Всемирный день философии? Это ежегодное наблюдение, представленное ЮНЕСКО в 2002 году, посвящено этой теме, пытаясь повысить осведомленность о ее ценности. Хотите знать, насколько актуальным остается это древнее исследование природы реальности и существования в современном мире? Читайте обзор четырех причин, почему философия сейчас так же важна, как и раньше.

1. Философия – основа критического мышления.

Хотя современное общество сильно отличается от того, когда основатели западной философии оставляли свой след, вопросы, с которыми мы сталкиваемся сегодня, столь же сложны. Войдите в современную философию, которая ставит во главу угла критическое мышление и решение проблем, чтобы разобраться в этих серьезных проблемах.

Писатель Александр Ливсли объясняет в Huffington Post , : «Философия не устарела. Философия ставит важные вопросы на стол и работает над ответом.Это побуждает нас критически относиться к миру; это основа всех знаний, и при правильном использовании она может принести нам огромную пользу ».

2. Наука не может ответить на все вопросы.

Сегодня мы очень сильно опираемся на науку. И не зря: благодаря достижениям в науке и технологиях мы живем совсем по-другому, чем без них. От холодильников для еды до самолетов для путешествий, нельзя отрицать, что научные достижения жизненно важны для нашего выживания как вида.

Но то, что наука важна, не отменяет ценности философии. Фактически, они идут рука об руку. «К сожалению, у науки нет ответов на все вопросы. Как и любое другое поле, у него есть свои пределы. Мы не можем извлечь все из опыта, и философия не мертва … Например, наука не может определять человеческие ценности. Эмпиризм не может определить, почему мы должны действовать морально или почему мы должны ценить человеческое счастье выше человеческих страданий. Мы не можем создать эксперимент, который проверяет природу Истины или доступность знания », – утверждает Габриэль дель Кармен в книге Odyssey .

Блогер Дэвид Калхун добавляет: «По своей сути философия – это стремление понять, что является истинным и стоящим, и что значит жить осмысленной и стоящей жизнью. Это запрещено для науки, потому что наука может сказать нам, как обстоят дела эмпирически, но не может предписать, как нам тогда жить. […] Короче говоря: наука помогает нам жить дольше, тогда как философия помогает нам жить лучше ».

3. Философия имеет особое значение в деловом мире.

На первый взгляд такая «мягкая» наука, как философия, может показаться не особенно актуальной для бизнеса. Однако это далеко не так.

Франкфуртская школа финансов и менеджмента, профессор философии Кристин Тифензее, объясняет, что любому, кто хочет добиться успеха на сложной лидирующей должности в бизнесе, государственном управлении, политике или обществе в целом, необходим важнейший набор навыков. Она добавляет: «Вам нужно будет быстро разобраться в сложных проблемах, собрать убедительные аргументы за или против данных предложений, отфильтровать релевантную информацию от нерелевантной информации, проверить последовательность и обоснованность программных документов, решить, какие проблемы являются критическими, и выявить проблемы, которые являются актуальными. все еще плохо понят.Эти навыки строгого анализа, веских аргументов и критического анализа составляют основу философии: ни один предмет не тренирует нашу способность к последовательному, систематическому мышлению лучше, чем философия ».

Однако эти навыки не ограничиваются миром бизнеса. Их можно применять практически в любом контексте – как профессиональном, так и личном.

4. Древние философы продолжают влиять на человечество.

Хотя Платону и Аристотелю часто приписывают формирование будущих цивилизаций, и их влияние все еще ощущается сегодня, Publishers Weekly настаивает на , «Древнегреческие философы Платон и Аристотель могут показаться типичными Мертвыми Белыми мужчинами, но на самом деле они очень живы.Двадцать четыре века назад они заложили основы западной культуры, и их идеи и идеи по-прежнему определяют основные черты нашего мира прямо сейчас, от того, что мы едим до того, что мы видим в Интернете ».

И хотя вы можете думать о Конфуция исключительно с точки зрения звуковых фрагментов, его работа была чрезвычайно значимой – и остается таковой по сей день. Это очень полезно знать, особенно для студентов, изучающих такие области, как политология, дипломатия и международная политика. Например, согласно National Geographic , современное правительство Китая во многом смоделировало свой этос на риторике Конфуция, таких как «послушание императору, иерархия и лояльность.С другой стороны, недавние фильмы о супергероях « Человек из стали » (о Супермене) и «Темный рыцарь » (Бэтмен) содержат серьезные моральные дилеммы, основанные на вековой философской проблеме, известной как «проблема тележки».

Итак, хотя для некоторых людей философия может быть не самой привлекательной из тем на бумаге, она обладает необычайной выносливостью и потенциалом. Это не просто изменить мир; это просто может изменить вашу жизнь. Один студент, описывая то, что его отец сильно вооружил его и заставил пройти курс философии в колледже, изменил его жизненный путь, написал: «Когда-то я презирал философию, теперь я специализируюсь на ней.Я пришел к выводу, что философия дает нам инструменты, чтобы стать хорошими мыслителями, а это, пожалуй, самый важный навык ».

Кризис современного мира – 1203 слов

Введение

В последние годы погоня за знаниями было приоритетом большинства работающих ученых, а также философов науки. Эти упомянутые знания рассматриваются как синонимы естественных и физических наук. Однако были разные школы мысли в области науки и во время поиска знаний.Эти разные школы вызвали большую разницу между философами науки и действующими учеными.

Различия варьируются от позиции реализма, идеализма, критики, фальсификации, эмпиризма, рационализма и инструментализма по отношению к различным философам, а также ученым, которые стоят на защите своей позиции. Таким образом, в этой статье делается попытка обратиться к кризису современной науки, как и почему религия и метафизика продолжают свой долгий и медленный упадок, а также к роли романтизма в кризисе современной науки со ссылкой на книгу Тарнаса «Страсть западного разума».

Кризис современной науки : Наука была единственным решением

различий и проблем, созданных философией и религией (Тарнас 355). Он утверждает, что наука

достигла своего золотого века в 19 и начале 20 веков благодаря исследованиям

институциональных и академических организаций, которые связывали науку с технологией (Tarnas

355). Однако, хотя наука и рассматривалась как решение проблем, у нее были свои

недостатков.Кризис науки начался с теорий относительности Эйнштейна (Tarnas

355). Фундаментальная трансформация в научном мире была ошеломляющей, и только

физиков поняли, что происходит (Tarnas 356). Вдобавок, когда Эйнштейн

«столкнулся с противоречиями в его описании атома», он писал, «все мои попытки адаптировать теоретические основы физических знаний полностью потерпели неудачу» (Tarnas 356). Эти проблемы заставили людей, которые считали науку решением своих проблем, потерять надежду на науку, а также запутаться, поскольку они не имели представления о том, что происходит (Tarnas 358).Более того, это послужило основанием для ученых, которые бросили вызов друг другу, а также доказали другим ученым, которые приложили свои усилия в прошлых открытиях, что их открытия были наивны.

Наукой решение проблем реальности не удалось, когда физики не смогли прийти к консенсусу относительно того, как интерпретировать существующие свидетельства в отношении определения окончательной природы реальности (Tarnas 358). «Проблемы, с которыми сталкивалась человеческая психика, теперь проявились в структуре физического мира, которую было трудно понять не только непрофессионалам, но и человеческой интуиции в целом» (Tarnas 358).

На поиски решения повлияли противоречия, дизъюнкции и парадоксы. Хотя человек обладал особой способностью к сознанию, эти противоречия между физиками привели его к еще большей катастрофе (Tarnas 358). Ситуация ухудшилась еще больше, когда физики не смогли получить убедительный ответ на вопрос о «большом взрыве» рождения Вселенной (Tarnas 358).

Они пришли только с «научными абстракциями, математическими символами,« тенями », которые, казалось, не связаны с человеческим познанием» (Tarnas 358).Карл Поппер еще больше усилил противоречия своими замечаниями о том, что «наука никогда не может произвести знание, которое является достоверным или даже вероятным» (Tarnas 360). Попер утверждал: «Структура и работа Вселенной основаны на наблюдениях и воображении» (Tarnas 360).

Развитие науки и техники сделало человеческую жизнь более опасной. Технологии захватили и дегуманизировали человека, превратив человека из живой природы в искусственные вещества и устройства (Tarnas 362).Он создал больше проблем для человека из-за требований к промышленному труду, и восприятие решений проблем должно решаться посредством технических исследований, а не подлинных экзистенциальных ответов (Tarnas 362).

Главный недостаток науки возник после открытия атомных бомб в результате разработки, основанной на открытии Эйнштейном эквивалентности массы и энергии (Tarnas 362). Это вызвало большую критику во время Второй мировой войны, когда атомные бомбы были сброшены на Хиросиму и Нагасаки (Tarnas 262).Все это привело к противоречию тому, во что верил человек о Вселенной, что привело к кризису между наукой и религией / метафизикой.

Как и почему религия и метафизика продолжали свой долгий и медленный упадок ? Упадок религии и метафизики начался из-за огромного прогресса в науке (Tarnas 355). Наука принесла достоверные знания о мире, критиковала постфилософию и сформировала великое основание, в котором ее знания почти не вызывали сомнений (Tarnas 355).

Наука заставила религию определить свое положение по отношению к науке, но она представила наиболее достоверную картину мира (Tarnas 355). Развитие науки радикально изменило культурный статус, представления и теории, которые у них были в прошлом (Tarnas 357). Вдобавок, по мере того как наука создавала интеллектуальные противоречия и неясности в человеческом разуме, современный человек начал сомневаться в унаследованной им вере в то, что мир явно доступен человеческому разуму (Tarnas 358).

Люди, увидевшие, что мир находится за пределами человеческого познания, больше не могли верить в эту классическую греческую веру (Tarnas 358). Вдобавок вера в то, что научный разум имеет уникальный доступ к истине мира, также добавляла большей угрозы религии и метафизике (Tarnas 362).

Человек верил, что научный разум может регистрировать дополнительную историческую и универсальную объективную реальность (Tarnas 362). Все это изменилось, и появилась вера в то, что у человека нет религии и метафизики.По мере развития науки делается все больше открытий, касающихся Вселенной, которые опровергают верования человека в религию и метафизику, что приводит к их долгому и медленному упадку.

Роль романтизма в кризисе современной науки: Романтические темпераменты уделяли большое внимание просвещению людей в их восприятии Вселенной (Tarnas 368). Характерные черты классической культуры оказались богатым источником идей и ценностей. Романтический самоанализ использовал различные методы с целью исследования неопределенностей в жизни человека, а также для того, чтобы довести бессознательное до сознания (Tarnas 368).

В отличие от ученых, которые искали общие законы, определяющие единую объективную реальность, Романтик сосредоточился на множественности реальностей, особенно на тех, которые влияют на внутреннего человека (Tarnas 368). Таким образом, романтик сосредоточился на множестве точек зрения, будь то религиозные, научные или философские, которые отражали бы истину (Tarnas 370). Романтический импульс заключался в том, чтобы привести человеческие умы к общему движению к реализму (Tarnas 374). Они также сосредоточены на устранении неравенства человека по отношению к вселенной (Tarnas 375).

Романтики сосредоточились на реальности между религией и учеными, а также на их взглядах на то же самое (Tarnas 376). Они смогли заново открыть человека из его возросшего чувства отчуждения от утробы природы, его единого существа и его заключения в абсурдную вселенную возможностей (Tarnas 376). Далее, Гете объединил поэта и ученого в анализе природы применительно к религии (Tarnas 378).

Кроме того, «Романтическая чувствительность привела к новым стандартам и ценностям человеческого знания» (Tarnas 371).Это заставило современного человека постичь нерожденные реальности и невидимые человеческую природу и вселенную, а также заставило его понять традиции западной культуры, греко-римского классицизма и иудео-христианскую религию (Tarnas 371).

Короче говоря, романтизм и революция призваны просветить современного человека о неопределенностях и противоречиях, созданных в человеческой жизни религиозными, философскими и научными перспективами. Их роль заключалась в том, чтобы вернуть человека из тьмы обратно к свету, из состояния бессознательности в сознание и заставить его смотреть на мир как на мир случайностей и необходимости.

Процитированные работы

Тарнас, Ричард. Страсть западного ума . Нью-Йорк: Harmony Books, 1991.

Влияние древнегреческой философии на современную мысль

Введение

Древнегреческая философия, возможно, сыграла величайшую роль в формировании современной мысли, особенно западной культуры. Он возник в 6 веках до нашей эры и был в основном исследован в Древней Греции и остальной части Римской империи. Он затронул несколько областей, включая этику, политику, риторику, математику, метафизику, логику, астрономию и биологию.Сократ, Платон и Аристотель – наиболее влиятельные классические философы, оказавшие наибольшее влияние на современную мысль.

Мы напишем индивидуальное эссе

специально для вас

всего за 16,05 долларов 11 долларов за страницу

308 сертифицированных писателей онлайн

Узнать больше

Их вклад в развитие искусства, политики и науки огромен . Они первопроходцы в искусстве рационального исследования природы и разработки теорий, объясняющих существование Вселенной.Греческие философы объединили идеи науки, философии, искусства и политики, чтобы сформировать целостное мировоззрение, которое уводило их от популярной тогда мифологической точки зрения. Применение логики, разума и исследования – основная причина, по которой древнегреческая философия (досократическая, классическая греческая и эллинистическая философия) сформировала современную мысль как на Востоке, так и на Западе.

Вклад в современную мысль

Существует неоспоримое свидетельство того, что параллели между древнегреческой философией и современной мыслью существуют в нескольких областях.Однако греки придерживались целостного взгляда на мир, который был разработан путем сочетания различных дисциплин, включая науку, религию, философию и искусство (Adamson 34). Сегодня это мировоззрение иное, хотя древние философы продолжают оказывать огромное влияние на современную мысль.

Например, дедуктивная наука возникла из положений Фалеса о прямых углах (Адамсон 54). Философ утверждал, что надпись в виде треугольника в полукруге образует прямой угол.Эта концепция может показаться простой и переоцененной. Однако в современном обществе он используется математиками в области геометрии (Руни 36). Более того, дедуктивное рассуждение широко применяется как инструмент для генерации предложений. Идея о том, что все формы вещества могут быть разбиты на составные элементы, была глубоко исследована в эпоху Фалеса, чем в любой другой период.

Влияние на образование

Влияние работ Аристотеля можно увидеть в различных областях современной мысли.Мыслитель сформулировал концепцию истинного приобретения знаний. В связи с этим он учил, что только когда вдумчивая душа не обращает внимания на мировые события, она обретает истинное понимание (Адамсон 65). Он утверждал, что информация, полученная через органы чувств, обычно искажена и сбивает людей с толку. Он считал, что любая форма образования имеет конечной целью достижение определенного человеческого идеала. Аристотель утверждал, что образование – лучший способ для людей решить свои фундаментальные проблемы и полностью развить себя (Heinaman 52).

Эти идеи применяются в сегодняшней системе образования, где обучение направлено на развитие характера, помогая учащимся узнать, кто они есть, и раскрыть возможности человеческого потенциала. Философ также учил, что только образование может позволить людям стать по-настоящему человечными, несмотря на обладание природными способностями (Адамсон 72). Теория образования Аристотеля широко используется во многих странах мира в качестве основы для образовательной политики и практики.

Пифагор популяризировал теорему Пифагора, которая до сих пор широко используется в области математики.Многие историки утверждают, что это основоположник математической дисциплины на Западе (Руни 43). Его преподают как основную концепцию математики в школах по всему миру. Кроме того, эта теория использовалась многими исследователями при формулировании других гипотез, которые помогают в понимании и решении различных проблем современного мира. Аристотель основал школу в 385 г. до н. Э., Что положило начало созданию высших учебных заведений.

Получите свою
100% оригинальную работу
по любой теме

всего за
3 часа

Узнать больше

Несколько фундаментальных концепций, разработанных греческими философами, преподаются в современных учебных заведениях.Примеры включают материализм, рационализм, метафизику, идеализм, эмпиризм и этику (Руни 46). Эти идеологии продолжают влиять на современную мысль в социальной и политической областях. Метафизический вопрос о происхождении Вселенной и существовании Бога уходит своими корнями в древнегреческую философию (Heinaman 78).

Однако современные философы и мыслители продолжают бороться с этим в поисках ответа. Эпистемологические вопросы о добре и зле, правильном и неправильном, а также истинном и ложном были сформулированы греческими философами в попытке понять мир (Адамсон 58).Эти концепции имеют большое влияние на современную мысль, особенно в области религии, политики и социологии. Они включены в учебные программы многих средних и высших учебных заведений, чтобы помочь студентам понять и решить сложные проблемы.

Концепция атомов была сформулирована Демокритом из Абдеры и Левкиппом из Милета, которые постулировали, что душа состоит из сферических атомов, которые могут двигаться (Руни 57). Они предположили, что вся материя состоит из крошечных неразделимых частиц.Эта идея легла в основу большинства современных исследований и достижений в области атомной науки. Эти два философа считаются отцами современной теории атома.

Другие философы считали атомы крошечными частицами, которые нельзя было увидеть или разрушить, и что они были полностью твердыми (Руни 58). Они существовали во множестве форм и размеров и не имели внутренней структуры. Эти идеи были исправлены и развиты учеными и исследователями современного мира.Однако греческие философы были источником таких изменяющих жизнь идей и теорий, которые продолжают влиять на некоторые области современного общества.

Сократу приписывают то, что он сделал философию ключевой дисциплиной, которую люди использовали для определения этики и оспаривания морали в обществе. Его философия была основана прежде всего на искусстве задавать вопросы. Человеческие мысли и мнения имели решающее значение для его учения. Его метод исследования заключался в постановке ряда вопросов, которые привели к раскрытию верований и ценностей людей (Руни 59).Наиболее яркое влияние Сократа на современную мысль можно увидеть в области обучения.

Метод Сократа широко используется преподавателями, чтобы помочь студентам самостоятельно прийти к выводам, не передавая непосредственно передаваемое сообщение (Адамсон, 87). Этот метод обучения позволяет людям исследовать и думать самостоятельно. Этот метод способствует большему пониманию и стимулирует логическое мышление, которое особенно необходимо в исследованиях.

Влияние на религию

Историки утверждают, что греческая философия не была прямым источником духовных верований в развитии христианства.Однако его влияние очевидно из систем, которые используются в христианском обучении и дискуссиях, а также в понимании библейской истины. Например, ранние христиане, такие как Павел и Иоанн, использовали определенные философские методы для обучения своей вере. Христианское богословие лучше понять, применяя философские методы, берущие свое начало в Древней Греции.

Мы напишем нестандартных
эссе
специально для вас
!

Получите первую статью со скидкой
15%

Узнать больше

Влияние греческой философии на современную мысль широко наблюдается в религии.Современное понимание, интерпретация и значение человеческой души были бы невозможны без идей, разработанных греческими философами (Гибсон 43). Фалес Милетский был выдающимся мыслителем, предложившим концепцию человеческой души, которую позже развил Платон. Платон считал, что человеческая душа состоит из трех частей: рациональной, одухотворенной и аппетитной (Гибсон 48). Он утверждал, что аппетит был причиной того, что у людей были желания, которые они хотели исполнить (Heinaman 86).

У этих аргументов было несколько слабых мест. Однако попытки древних философов понять Вселенную и объяснить ее явления способствовали предложению лучших концепций. Аристотель утверждал, что душа является самой важной частью человека из-за ее превосходства над телом (Гибсон 51). Этот аргумент сформировал идеологии многих современных христианских богословов, которые считают, что душа является самой важной частью человека.

В развитии христианства доминировало включение идеологий стоицизма и платонизма в его этику и теологию.Слияние учений Платона и Аристотеля с христианством привело к рождению таких убеждений, как всемогущество, всеведение и милосердие Бога, которые являются основами современной религии (Гибсон 60). Религиозный взгляд на Бога как на Бесконечное существо уходит корнями в платоновскую теорию форм.

Эта теория постулировала, что каждая физическая вещь в мире была тенью совершенной формы, которая позже стала теоретически названа Богом (Гибсон 63). Современная концепция Бога была заимствована у греческих христиан, которые переняли ее из древнегреческой философии, которая приписывала Богу бесконечные качества, такие как сила, знание, доброта и любовь (Руни 98).Его бесконечная природа означала, что Он неизменен и неизменен. Современная религия основана на вере в то, что Бог всемогущ, вездесущ и всеведущ и что Он совершенное и бесконечное существо (Гибсон 65). Принципы греческой философии привели к развитию различных вероучений и теологий, которым церкви учат в современном христианском мире.

Влияние на политику

История политической философии восходит к эпохе Платона. Политическая структура греков включала города-государства, которые реализовывали различные формы политической организации, которые Платон классифицировал как монархию, олигархию, демократию, тиранию и тимократию (Руни 101).Развитие демократических государств в современном обществе можно объяснить взглядами древних мыслителей. Политические идеологии, которые используются сегодня, можно найти в трудах Платона (Республика) и Аристотеля (политика и никомахова этика). Концепции политики, справедливости и равенства были глубоко исследованы древнегреческими философами.

Концепции из трех диалогов Платона, а именно: Republic , Laws и Statesman , используются для разъяснения политических концепций в современной политике.Такие вопросы, как справедливость, порядок, надлежащее управление и равенство, доминируют в дискуссиях как в социальном, так и в политическом контексте, как это было в Древней Греции (Руни 112). Платон утверждал, что успешное общество отличается тремя основными аспектами: смелостью, справедливостью, умеренностью и мудростью. Платон полагал, что душа должна воздерживаться от унизительных пороков, таких как похоть и жадность, чтобы индивидуальное лидерство было эффективным (Руни 75).

Коррупция процветает из-за причастности людей к коррупции, основанной на жадности к власти и богатству.Лидеров призывают избегать коррупции, потому что она деградирует общества и ставит под угрозу эффективное руководство и развитие. Важно пропагандировать справедливость, чтобы служить справедливости для всех. Свобода, справедливость и равенство – это три основные идеи, лежащие в основе политической мысли современного общества (Руни 85).

Цивилизации во всем мире стремятся создать правительства и сообщества, которые продвигают эти ценности. Современные либеральные демократии основаны на ключевых принципах, включая свободу, верховенство закона и равенство.Сегодняшняя западная демократия напоминает систему правления, предложенную Платоном, успех которой зависит от поощрения добродетели. Мыслитель считал, что приобретение определенного объема знаний позволит обществу справиться с такими необузданными проблемами, как коррупция, безнравственность и фракционность. Концепции Платона, которые используются сегодня в политических делах, включают справедливость, смешанный строй, практическую мудрость, необходимую для хорошего руководства, верховенства закона и поощрения справедливости и справедливости.

Нужна
100% оригинальная бумага
, написанная с нуля

профессионалом
специально для вас?

308 сертифицированных писателей онлайн

Узнать больше

Заключение

Тщательное изучение современной мысли показывает, что древнегреческая философия сыграла ключевую роль в ее развитии, как в отношении образа жизни людей, так и в развитии определенных дисциплин. Древние философы объединили знания в области искусства, науки, этики и логики, чтобы предложить объяснения происхождения Вселенной и ее различных явлений.Несколько современных цивилизаций обязаны своим прогрессом древнегреческим философам, таким как Платон, Сократ, Фалес и Аристотель. Древние философские концепции используются в образовании, политике, социологии и религии. Отход от мифологических верований к разуму и исследованию характеризовал развитие философии в Древней Греции.

Такие мыслители, как Платон, Сократ и Платон, сыграли огромную роль в формировании современной мысли. Современная политическая теория и создание высших учебных заведений относятся к трудам Аристотеля.Платон выступал за создание хорошего политического общества, в котором правили бы мудрость, отвага, умеренность и справедливость. Эти идеалы являются основополагающими принципами, которые определяют процветание правительств, наций, сообществ и обществ.

Процитированные работы

Адамсон, Питер. Классическая философия: история философии без всяких Пробелов . Oxford University Press, 2014.

Гибсон, Джон Уинслоу. Неизвестное в древнегреческой философии и Религия: еще раз взглянем на диалоги Платона и Элевсинские мистерии .Dog Ear Publishing, 2017.

Хейнаман, Роберт, редактор . Платон и этика Аристотеля . Routledge, 2016.

Руни, Энн. История философии: от древних греков до великих Мыслители современности . Arcturus Publishing, 2014.

.

Современная континентальная теория и современная философия | Отзывы | Философские обзоры Нотр-Дама

Философия особенно озабочена своей собственной историей. Ученые из других дисциплин часто оценивают обоснованность более ранних идей и опираются на мыслителей и исследователей прошлого.Однако только в философии частью дисциплинарного образования и практики является противостояние и отстаивание (предполагаемого) различия между написанием истории и решением системных проблем. Одна зловещая историческая разделительная линия между так называемой аналитической и континентальной философией заключалась в их различном отношении к истории и различных взглядах, которые это расхождение подразумевает в отношении различия между написанием истории и рассмотрением систематических проблем. В то время как «континентальные» философы часто преследуют философские вопросы, работая с и через идеи мыслителей прошлого, «аналитические» философы нечасто делают это, вместо этого рассматривая историю как отдельное подполе, мало способное вносить свой вклад в текущие проблемы эпистемологии, философии языка и т. Д. философия разума.Историки также иногда дистанцируются от континентального присвоения мыслителей прошлого на том основании, что этих мыслителей следует рассматривать на их собственных условиях и в контексте прошлых миров.

Книга под названием Современная континентальная теория и современная философия , таким образом, звучит очень многообещающе. Тем более что интересы современных континентальных теоретиков к немецким мыслителям от Канта до Хайдеггера оцениваются гораздо лучше, чем их взаимодействие с великими современными мыслителями, предшествовавшими Kšnigsberg Weiche .Итак, как, может и должна быть связана современная континентальная теория и западная философия от Декарта до Канта? Самым большим достоинством рецензируемой книги является то, что ее вклад в совокупности дает хорошее представление о различных способах, которыми современные континентальные мыслители подходят к современной философии или могут быть использованы для интерпретации современных философов. Эссе, однако, доводят это до конца. То есть они просто детализируют интерпретации, предлагаемые конкретными современными мыслителями конкретных современных философов, и / или используют конкретных таких мыслителей для интерпретации конкретных таких философов.Читатель нигде не найдет общего, систематического или рефлексивного обзора всего поля зацеплений или какого-либо большого подполя зацеплений между современной континентальной теорией и современной философией. Этот недостаток означает, что вопросы о том, как эти два комплекса мысли связаны, могут и должны быть связаны, не рассматриваются напрямую.

Номиналисты и другие сторонники важности множественности и деталей, вероятно, будут приветствовать эту форму презентации. Однако более или менее ни один из современных мыслителей, обсуждаемых в книге – Альтюссер, Иригарей, Деррида, Кристева, Ле Дёфф, Левинас, даже Делез – не подходит под этот профиль, хотя представление Делеза о ризоме, как известно, указывает в этом направлении.Таким образом, ничто не должно отвлекать читателя от размышлений о том, имеет ли поле переплетений между современной континентальной и современной философией общие черты или преобладают отдельные темы. Является ли эта область, как предполагает персонаж книги, просто разбросом конкретных трактовок конкретных фигур отдельными мыслителями?

Сначала рассмотрим некоторые факты о мыслителях. Обсуждаемые в сборнике «современные континентальные мыслители» на самом деле французские теоретики.В одном эссе Хайдеггер безвозмездно представлен, чтобы охарактеризовать идеи Локка о собственности, а во втором эссе Гадамер обращается, в общем и махнув рукой, не для того, чтобы интерпретировать Канта, главного философа, обсуждаемого в эссе, а для того, чтобы заполнить собственные представления автора о свободе / морали и языке. Другой примечательный факт состоит в том, что Делёз фигурирует как главный континентальный мыслитель в шести из шестнадцати эссе. Эта частота отражает ситуацию, когда Делез – единственный современный французский мыслитель, регулярно занимающийся современной философией, с хорошо известными работами о Спинозе, Лейбнице, Юме (а также о Бергсоне и Ницше) и менее известными сочинениями о Канте.Альтюссер – современный теоретик, фигурирующий в следующем по величине количестве эссе (три). Это, однако, не из-за постоянного взаимодействия с современной философией, а из-за его огромной репутации систематического теоретика и из-за повсеместного незнания его интерпретаций мыслителей прошлого. Из остальных обсуждаемых современных мыслителей только Деррида появляется в двух эссе. Последний примечательный факт состоит в том, что Спиноза является главным современным философом в четырех эссе, и этот факт отражает пристальный интерес философов (и других теоретиков-гуманистов) к его мысли.Макиавелли, Декарт, Лейбниц, Локк, Юм, энциклопедисты, Руссо и Кант появляются только в одной или двух статьях.

Как и предполагалось, объем обеспечивает большую ширину. Он также точно отражает современные акценты. Однако объединяет ли его эссе что-то большее, чем французский и модерн? Или, говоря более прямо, есть ли причина собирать в форме книги различные дискуссии французских теоретиков о современных философах вместе с различными вариантами использования первых для интерпретации вторых? Одна из возможностей состоит в том, что различные трактовки отдельных мыслителей в эссе образуют ризоматическую структуру: сложные отношения между современными французскими мыслителями лежат в основе сложных и запутанных отношений между их интерпретациями и способами использования их для интерпретации канонических современных философов.Эта возможность нигде не обсуждается в томе и слишком сложна для рассмотрения в обзоре. Другая возможность состоит в том, что эссе связаны определенными всеобъемлющими философскими темами. Во введении к сборнику редактор Стивен Х. Дэниэл цитирует (xvi-xvii) материальность как важную тему книги. Существенность действительно неоднократно всплывает в томе, что соответствует широко распространенной теме. Однако не только во многих эссе не затрагивается эта тема, но и ни одна другая тема не может быть близка к тому, чтобы получить такое же внимание.Действительно, список тем, которые появляются в нескольких эссе, читается как частичное перечисление центральных идей современной французской мысли: различие, предмет, происхождение, повторение, время, язык, материальность.

Третья возможность, предложенная Даниэлем, заключается в том, что очерки и работы французских теоретиков, которые они обсуждают, демонстрируют три особенности: они раскрывают упущенные из виду аспекты современной мысли, они представляют или используют новые способы изучения современной философии и они идентифицируют идеологические и властные социально-исторические практики, лежащие в основе современных текстов.

Вижу первую особенность. Эссе часто описывают аспекты современной мысли, ранее неизвестные, по крайней мере, этому неспециалисту, рецензенту, и я верю Даниэлю на слово в отношении специалистов. Я также подтверждаю утверждение Даниила (vii), что одна из причин, по которой интерпретации современных континентальных мыслителей достигают этого, заключается в том, что эти мыслители вносят интерес к изучению современной философии, помимо тех, которые содержатся в самих текстах. Обратной стороной этого утверждения является то, что мейнстрим (т.е., неконтинентальные) интерпретации современных философов подходят к этим философам через проблемы, сформулированные в их текстах. Я не в состоянии оценить это предположение, но отмечу, что оно, по крайней мере, совпадает с обвинением в анахронизме, которое историки иногда приравнивают к «аналитическим» философам, обсуждающим исторических мыслителей.

Вторая и третья особенности, однако, не совсем характеризуют объем. Я не обнаружил особого новаторства в том, как французские мыслители изображались как встречающие и обсуждали современных философов или использовались для интерпретации последних.В целом интерпретации, предлагаемые как французскими теоретиками, так и авторами эссе, – это всего лишь интерпретации, чьи методы и формы изложения, по крайней мере, знакомы, хотя, возможно, и неприемлемы, для традиционных и традиционных интерпретаторов. Новизна интерпретаций заключается, напротив, в раскрытии ранее недооцененных аспектов мысли философов прошлого. Исключения из этих обобщений можно найти в двух эссе, в которых обсуждается подход Делёза к истории дисциплины (статьи Джея Конвея и Константина Бундаса).Особый интерес представляет обсуждение Бундасом различия Делёза между историей философии и становлением философии. Согласно Делёзу, официальная история философии подавляет мысль, инструктируя философов представлять идеи предшественников вместо мышления. Думать, заниматься философией означает «освободить жизнь из пространства, в котором она была заключена, пишут, чтобы проследить линии полета» (268; это слова Делёза). Философ, который думает, не бежит мимо философов.Скорее, он или она работает через свои тексты над свободными концепциями, предположениями и недосказанным, чтобы эти элементы могли сливаться с элементами из других философий, как новые концепции, появляющиеся в новых совокупностях мыслей, посвященных вопросам и проблемам, отличным от тех оживление текстов философов прошлого. Поступая таким образом, как это делает Делез, когда пишет о философах прошлого, мыслитель участвует в становлении философии. «Не… интерпретируйте; экспериментируйте!» (276; снова слова Делёза).Pace Daniel (xv), однако, это не кажется подходящим девизом для книги в целом.

Что касается третьей особенности, то, что эссе тома выявляют обусловленные идеологией и желаниями социально-исторические практики, лежащие в основе идей философов прошлого, я думаю, будет справедливо сказать, что только два эссе достигают этого: Уоррена Монтэга об Альтюссере и Локке и Роберт Бернаскони на Локке. Кроме того, в эссе Кэтрин Аренс о Кристевой, Делёзе и Гваттари и энциклопедистах обсуждается идея о том, что теории встроены в такие практики, а Энтони Дэвид представляет психоаналитическую интерпретацию Декарта Иригараем.В противном случае эссе, как уже отмечалось, предлагают интерпретации, которые борются с идеями, аргументами, предположениями и недосказанными текстами современных философов. Философская история, которая действительно демонстрирует эту третью черту в образцовой манере, – это книга Аласдера Макинтайра A Short History of Ethics ; Здесь также следует упомянуть книгу Рэндалла Коллинза «Социология философии » (хотя я не поддерживаю эту книгу).

Короче говоря, эта книга представляет собой карту как различных, иногда выдающихся встреч французских теоретиков с современными философами, так и различных способов использования идей этих теоретиков для интерпретации этих философов.Кроме того, некоторые эссе просто представляют идеи их авторов по «систематическим» вопросам, идеи, которые основаны на текстах современных и современных философов. Эти последние эссе соответствуют общей тематике тома только постольку, поскольку их авторы идентифицируют себя как континентальные философы. Я считаю, что из всего этого нельзя сделать связную книгу. Внимание к ризоматической структуре современной французской теории (при условии, что она существует) могло бы помочь в этом отношении.

При этом я подчеркиваю, что в томе много прекрасных сочинений.Меня особенно поразило обсуждение Этьеном Балибаром политического тела Спинозы. Балибар изображает Спинозу как отклоняющегося от типичной фиксации современной политической мысли на индивидуальных и коллективных субъектах в определении предмета политической мысли как поля движения, в котором коллективы, государства и группы диссоциируют и объединяются изменчивым образом. Столь же многообещающим и поучительным было заявление Мигеля Ваттера о том, что понятие Делёза и Деррида об «изначальном историческом повторении» впервые появляется – и в политической форме – в идее Макиавелли о том, что революцию и республиканскую свободу следует теоретизировать через понятия повторения и возврата к истокам. .Среди других отличных эссе – анализ ставок и точек конфликта между утверждениями Паскаля и Спинозы о вакууме, сделанный Пьером Машери, скептический анализ Сьюзен Джеймс присвоения Спинозы Альтюссером в его «поисках альтернативного материализма» Стивеном Даниэлем. чтение Лейбница, провокационный тезис Бернаскони о том, что Локк меняет отношения между собственностью и религиозной мыслью и тем самым помогает инициировать современный мир, защищая имущественное неравенство как продвижение замысла Бога, и обсуждение Бундасом подхода Делёза к современным философам, таким как Кант.Остальные эссе всегда информативны по своей теме, а иногда и содержательны и хорошо написаны. Не упомянутые ранее – Линда Макэвой о Левинасе и Декарте, Тодд Мэй о Спинозе Делёза, Джоэл Рид о Альтюссере и Юме, Пенелопа Дойчер о Дерриде и Руссо Деррида и Деннис Шмидт о Гадамере и Юме.

В общем, в этой книге есть что-то для всех, кто интересуется или просто интересуется современной французской мыслью или канонами современной философии.Лучше всего этот том обслуживает философ, имеющий обширные интересы или любопытство в этих областях. Читатель, интересующийся тем или иным французским мыслителем или современным философом, найдет, что почитать, но такому человеку, возможно, лучше подойдут другие сборники. В самом деле, можно вообразить множество других видов томов, которые были бы более провокационными и наводящими на размышления, чем этот, в том числе сборник о Делёзе и истории философии, том о современных французских (или континентальных) трактовках Спинозы, и коллекции, которые противопоставляют «континентальные» и неконтинентальные интерпретации данных философов прошлого.Возможно, одна или несколько из этих книг уже существуют (самая близкая из известных мне – Deleuze and Philosophy , под редакцией Кейта Анселла Пирсона). В качестве альтернативы можно рассматривать Current Continental Theory and Modern Philosophy как своего рода справочник, полезный для всех, кто со временем может захотеть подумать или узнать об отношениях между французскими теоретиками и каноническими современными философами. С этой точки зрения объем имеет смысл.

Современная философия – Энциклопедия Нового Света

Современная философия относится к особенно яркому периоду в западноевропейской философии, охватывающему семнадцатый и восемнадцатый века.Большинство историков считают, что этот период начинается с публикации в Париже в 1641 году книги Рене Декарта Meditationes de Prima Philosophiae ( Meditations on First Philosophiae ) и заканчивается зрелой работой немецкого философа Иммануила Канта, опубликованной в 1780-е гг. Философы того времени столкнулись с одной из величайших интеллектуальных проблем в истории: примирить принципы традиционной аристотелевской философии и христианской религии с радикальными научными достижениями, которые последовали вслед за Коперником и Галилеем (и последующей ньютоновской революцией).Установившиеся способы мышления о разуме, теле и Боге оказались под прямой угрозой из-за новой механистической картины Вселенной, где математически определяемые законы природы управляли движением безжизненных частиц без вмешательства чего-либо нефизического. В ответ философы (многие из которых были участниками научных разработок) изобрели и усовершенствовали поразительное разнообразие взглядов на отношение людей к Вселенной. Поступая таким образом, они определили большинство основных терминов, с помощью которых последующие поколения будут подходить к философским проблемам.

Следующая статья фокусируется на трех центральных темах (скептицизм, Бог и связь между разумом и телом), обсуждаемых в философских системах шести основных фигур Нового времени: Декарта, Спинозы, Локка, Лейбница, Беркли и Юма. Хотя этих мыслителей обычно считают наиболее влиятельными (и часто, хотя и не всегда, наиболее оригинальными) своего времени, список тем не менее является выборочным (особенно заметные упущения включают Гоббса и Мальбранша). Более подробную информацию о философах (включая биографические данные) можно найти в отдельных статьях.

Декарт

Французский философ Рене Декарт был набожным католиком, математиком-новатором (ему приписывают изобретение алгебраической геометрии) и одним из самых влиятельных философов в истории. Его представление о скептических тревогах и отношениях между разумом и телом не только определило курс для остальных современников, но и по-прежнему является отправной точкой для многих современных дискуссий.

Скептицизм

Декарт начинает свою книгу Meditations , отмечая беспокойство о том, что у него может быть много необнаруженных ложных мнений, и что эти ложности могут привести к тому, что его научные исследования будут построены на непрочном основании.Со стороны Декарта это не было просто домыслом; он имел непосредственный опыт схоластической философии во время своего обучения, и был шокирован количеством ученых людей, которые явно верили во многие ложные вещи. Чтобы убедиться, что он когда-нибудь не подвергнется подобному упреку, Декарт придумал простой, но мощный метод “ очищения ” своих убеждений: он нашел бы возможные основания для сомнений, которые он мог бы использовать, и использовал бы эти основания, чтобы отговорить себя от таких убеждений. столько верований, сколько возможно, и только потом переформируйте убеждения, выдержавшие самые строгие проверки.Стоит подчеркнуть, что Декарт считал скептицизм всего лишь вспомогательной ролью в этом проекте – несмотря на вводящую в заблуждение фразу «картезианский скептицизм», часто встречающуюся у других философов, Декарт никогда не считал скептицизм своей окончательной позицией.

Декарт рассмотрел три все более веских основания для сомнений, которые могли бы послужить его проекту. Первая заключалась в том, что его чувства можно обмануть, и что многие из его убеждений были основаны на избавлении его чувств.Вторым поводом для сомнений была совместимость всего его сенсорного опыта с обманчивым сновидением и очевидная невозможность отличить разницу. Однако оба эти основания показались Декарту недостаточно сильными, чтобы поставить под сомнение столько верований, сколько он полагал. Мы обнаруживаем, что наши чувства обманчивы только при определенных условиях (например, при плохом освещении). Хотя возможность сновидения может угрожать нашему познанию о внешнем мире, похоже, что это не угрожает определенным частям общих знаний, которыми мы обладаем (например,грамм. арифметические знания). В свете этого Декарт представил свое третье и последнее основание для сомнений: возможность того, что он систематически обманывается всемогущим существом.

Бог

Одна из вещей, которые, по мнению Декарта, были наименее подвержены даже самым сильным скептическим сомнениям, – это присутствие в его разуме идеи Бога как бесконечного, совершенного существа. Декарт использовал простое существование этой идеи как основание для доказательства существования Бога. Короче говоря, Декарт не видел возможности, чтобы такое чистое, несенсорное представление о чем-то непохожем на все остальное в нашем опыте могло иметь источник в чем-то меньшем, чем Бог.Это часто называют «аргументом в пользу торговой марки».

Декарт также был сторонником так называемого «онтологического аргумента» в пользу существования Бога. Как представил Декарт, аргумент утверждает, что идея Бога имеет необходимую связь с идеей существования точно так же, как идея гор имеет необходимую связь с идеей низкой местности (если бы вся земля находилась на одном уровне). высота, не было бы гор). Итак, утверждал Декарт, точно так же, как для нас невозможно представить себе гору без какой-либо низкой местности, для нас невозможно представить себе существование без Бога.

Для Декарта доказательства существования Бога сыграли абсолютно незаменимую роль в его более крупном проекте, поскольку, установив, что он был создан всемогущим, но доброжелательным (и таким не обманывающим) Богом, Декарт мог тогда поставить великую доверие к его познавательным способностям. Один из ярких примеров этого появляется в его обсуждении разума и тела.

Разум и тело

Декарт утверждал, что разум и тело должны быть отдельными субстанциями и поэтому должны иметь возможность существовать независимо друг от друга (это подразумевается для него в определении «субстанции»).Поскольку он мог ясно представить себе, что либо его разум, либо его тело существуют без другого, и он пришел к выводу, что его способность к зачатию была надежной (поскольку она была произведена Богом), Декарт пришел к выводу, что на самом деле они должны быть способны существовать один без другого. другой.

Спиноза

Еврейский философ Барух Спиноза считался одним из выдающихся знатоков философии Декарта в свое время, однако представил весьма систематизированную философию, радикально отличавшуюся от Декарта во многих пунктах.Его наиболее важной работой была «Этика », опубликованная посмертно в 1677 году, . Многие мысли Спинозы были настолько экстремальными, что термин «спинозист» стал почти синонимом слова «еретик» на протяжении столетия после его смерти. Тем не менее, многие идеи Спинозы поразительно похожи на многие современные мысли, и его иногда считают одним из величайших продюсеров современности.

Скептицизм

В отличие от Декарта, Спиноза считал, что скептицизм не играет никакой роли в развитии прочной философии; скорее, это указывает на то, что мысль не началась с соответствующих основных принципов.Спиноза думал, что наши чувства дают нам неадекватное и неадекватное знание мира и тем самым порождают сомнения, но что идеи разума были самоочевидны. Итак, для Спинозы определенные выводы о природе мира могли быть достигнуты просто путем постоянного применения интеллектуальных идей, положивших начало идее Бога.

Бог

Пантеизм – одна из самых ярких позиций Спинозы. В то время как Декарт считал, что Вселенная содержит множество протяженных субстанций (то есть множество тел) и множество мыслящих субстанций (т.э., многие умы), Спиноза считал, что существует только одна субстанция, которая одновременно является мышлением и протяженной вещью. Этой субстанцией был Бог. Все конечные создания были просто модификациями общих свойств Бога. Например, наш разум – это просто модификации Божьего свойства (или «атрибута») мысли. Другими словами, наш разум – это просто идеи, принадлежащие Богу.

Разум и тело

Согласно Спинозе, и разум, и тело являются модификациями Бога, но при этом являются модификациями двух разных атрибутов: мысли и протяженности.Тем не менее, они имеют очень тесную взаимосвязь: объект ума (то есть то, что представляет идея) как раз и есть физическое тело. Из-за этого они «параллельны» в том смысле, что каждое свойство или изменение одного сопоставляется с соответствующим изменением другого. Кроме того, Спиноза, по-видимому, считает, что разум и тело в основе своей представляют собой одну и ту же модификацию Бога, проявляющуюся двумя разными способами. Эта лежащая в основе идентичность могла бы затем объяснить их параллелизм. Одно из преимуществ этой точки зрения (которая имеет поразительное сходство с современными взглядами на разум и тело с двойным аспектом) состоит в том, что нет необходимости объяснять, как получается, что разум и тело находятся в причинно-следственных отношениях – это одно главных возражений против взгляда Декарта на них как на отдельные субстанции.

Большая часть дурной славы Спинозы проистекала из его отрицания бессмертия души (или разума). Учитывая интимную связь, которую он считал поддерживающей между разумом и телом, он был убежден в том, что разрушение тела неизбежно сопровождалось разрушением души. Тем не менее Спиноза считал, что в определенном смысле разум продолжает существовать, но только как абстрактная сущность в разуме Бога, лишенная каких-либо специфических черт своей прежней личности.

Локк

Британский философ Джон Локк опубликовал свое монолитное эссе о человеческом понимании в 1689 году.Хотя его работы отражают работы Томаса Гоббса, Локк обычно считается первым настоящим сторонником того, что стало известно как «британский эмпиризм». Его работа отмечена склонностью доверять эмпирическим данным, а не абстрактным рассуждениям, и, таким образом, знаменует собой одну из самых ранних устойчивых попыток развития дисциплины психологии.

Скептицизм

В отличие от Декарта или Спинозы, Лейбниц не верил, что для нас возможно определенно достичь совершенства в отношении существования внешнего мира или надежности наших органов чувств.Он считал, что наши чувства действительно давали нам слабое знание о существовании внешних тел, но не видел в этом такого же знания, которое мы имеем о существовании Бога или о нашем собственном.

Это признание нашей ограниченности, тем не менее, сопровождалось призывом к милосердию Бога, хотя и в несколько иной форме, чем та, которую представил Декарт. Локк утверждал, что, как конечные существа, мы должны признать, что Бог просто наделил нас когнитивными способностями, достаточными для наших задач на Земле, и что было ошибкой пытаться расширить эти возможности за пределы их естественных границ.

Бог

Локк отрицал, что у всех людей есть врожденное представление о Боге, но он действительно верил, что можно продемонстрировать существование Бога только на основе нашего собственного существования. В сокращенной форме его рассуждения заключались в том, что существование конечных мыслящих существ требует некоторого причинного объяснения, и что единственный вид существ, способных производить этих существ (вместе с остальной вселенной), будет мыслящим, вечным, максимально могущественным. бытие – то есть Бог.

Разум и тело

Локк, вслед за Декартом, был впечатлен новым математическим подходом к физике и считал, что единственные истинные свойства тел – это свойства, описываемые в геометрии (в частности, протяженность и движение).Он назвал эти качества «первичными». Другие свойства (называемые «вторичными качествами»), такие как цвета и звуки, просто сводятся к способности объектов производить в нас идеи цветов и звуков через свои первичные качества. Но в то время как наши представления о математических свойствах похожи на свойства объектов, которые их создают, это не относится к нашим представлениям о вторичных качествах.

Учитывая это, может показаться, что Локк последует за Декартом в утверждении, что сознание должно быть отличной субстанцией от тела.Хотя он действительно считает, что это наиболее вероятная позиция, однако Локк не хотел исключать возможность того, что некоторые физические объекты были способны мыслить. В отличие от Декарта Локк не считал, что нашего понимания природы разума и тела достаточно, чтобы установить этот результат.

Лейбниц

Немецкий философ Готфрид Вильгельм Лейбниц был одним из интеллектуальных центров своего времени, не только разработавшим в высшей степени систематизированную философию, но и сделав новаторские разработки почти во всех академических дисциплинах (он изобрел форму исчисления одновременно с Ньютоном).В отличие от других современных людей, Лейбниц никогда не публиковал окончательного изложения своих взглядов, хотя влиятельные публикации включают New System of Nature (1695) и Theodicy 1710 года.

Бог

Лейбниц, как и Декарт, принял версию онтологического аргумента в пользу существования Бога. Однако он также выдвинул гораздо более оригинальный (и противоречивый) аргумент. Согласно Лейбницу, лучшей метафизической картиной Вселенной была та, в которой существовало бесконечно много непротяженных, невзаимодействующих мыслящих субстанций (монад) с состояниями восприятия, которые точно представляли (хотя и запутанно) природу всех других монад в мире. Вселенная.Эти состояния разворачивались без какого-либо внешнего влияния (так что монады иногда изображаются как заводные игрушки). Единственное возможное объяснение такой вселенной, утверждал Лейбниц, – это всемогущий, всезнающий Бог, который установил такую ​​ предустановленную гармонию при сотворении.

Согласно Лейбницу, Бога лучше всего понять в терминах его бесконечного интеллекта и его воли. Разум Бога содержит идеи обо всем, что возможно, поэтому Бог понимает все возможные пути развития мира.В самом деле, для Лейбница, чтобы что-то стало возможным, просто означает, что Бог имеет какое-то представление об этом. Единственным правилом, управляющим идеями Бога, был «принцип непротиворечивости», так что Бог задумал все возможное, а все невозможное было связано с некоторым противоречием. С другой стороны, воля Бога лучше всего характеризовалась «принципом достаточного основания», согласно которому все действительное (то есть все, что было создано Богом) имело причину для своего существования. Учитывая это, Лейбниц утверждал, что единственно возможным выводом было то, что Бог создал лучший из всех возможных миров, поскольку для него не могло быть достаточных оснований поступать иначе.

Разум и тело

Лейбниц считал, что Вселенная должна состоять из веществ, но эти вещества должны быть простыми. Однако все протяженные (физические) вещи могут быть разбиты на части и поэтому не могут быть простыми. В свете этого Лейбниц пришел к выводу, что Вселенная, по сути, может состоять только из нефизических субстанций без каких-либо пространственных измерений. Однако это должны быть умы (единственный тип вещей, который мы можем постичь помимо тела). Однако единственные свойства, которыми обладают умы, – это восприятия, так что в картине Лейбница Вселенная исчерпывающе состоит из разумов и их восприятий.Это часто называют формой идеализма.

Лейбница, как и Спиноза, беспокоило, как могут взаимодействовать две разные субстанции (особенно субстанции, такие разные, как разум и тело, описанные Декартом). Это привело Лейбница к упомянутой выше позиции, согласно которой все субстанции действуют в не взаимодействующей заранее установленной гармонии.

Беркли

Джордж Беркли был ирландским епископом, теологом и философом, который был вдохновлен философскими достижениями Локка и Декарта, но также был обеспокоен тем, что аспекты их философии подпитывали атеистические настроения того времени.В своих Принципах человеческого знания (1710) и Три диалога между Гиласом и Филонусом (1713) он представил смелую теоцентрическую философию, направленную как на изменение направления философии, так и на восстановление авторитета здравого смысла.

Скептицизм

Беркли считал, что центральной причиной скептицизма была вера в то, что мы воспринимаем объекты не напрямую, а только посредством идей. Однако, как только эта вера становится на место, мы быстро приходим к пониманию, что застряли за «пеленой» идей и поэтому не имеем связи с реальностью.Та же самая вера в объекты, которые существуют независимо от наших представлений, думал он, естественным образом заставляла людей сомневаться в существовании Бога, поскольку действия вселенной казались полностью объяснимыми, просто обращаясь к физическим законам. Беркли считал, что эти взгляды основаны на простой философской ошибке: на вере в существование «материальной субстанции».

Разум и тело

Беркли разделял мнение Локка о том, что все наши знания должны основываться на нашем сенсорном опыте.Он также считал, что весь наш опыт включает в себя не что иное, как восприятие идей. Согласно такой точке зрения, единственное возможное представление об объектах, составляющих мир, – это одно из объектов как совокупности идей. Мало того, что Беркли считал, что нет никаких причин для постулирования какой-либо «субстанции», «стоящей за» идеями (как это явно делал Локк), но и само понятие было бессвязным; единственные представления о существовании, которые у нас есть, исходят из опыта, а наш опыт заключается только в восприятии вещей (например, нашего собственного разума) или воспринимаемых вещей (идей), но материальная субстанция по определению не является ни тем, ни другим.Следовательно, утверждение, что материальная субстанция существует, равносильно утверждению, что нечто, что не воспринимает и не воспринимается, либо воспринимает, либо воспринимается.

Учитывая такую ​​картину, было бы ошибкой спрашивать о том, как разум и тело причинно взаимодействуют, если только это не вопрос о разуме, имеющем идеи. Беркли считал, что нет ничего загадочного в том, как разум может генерировать идеи (то, что мы делаем каждый день в нашем воображении), поэтому он считал, что это позволяет избежать проблемы Декарта.

Бог

Однако большинство наших идей не рождаются в нашем воображении. Беркли отметил, что идеи, которые мы создаем, слабы, мимолетны и часто непоследовательны (подумайте о наших бессмысленных мечтах). Тем не менее, мы постоянно находим в уме яркие, устойчивые, сложные и последовательные идеи. Поскольку единственный способ понять идеи, которые будут генерироваться, – это их порождение разумом, а более могущественные умы генерируют лучшие идеи, Беркли полагал, что мы можем сделать вывод, что большинство идей в нашем сознании были созданы каким-то другим, гораздо более могущественным разумом. – а именно Бог.

Беркли считал, что такая картина очень положительно повлияет на веру людей. Поскольку, согласно его картине, Бог находится в почти постоянной причинно-следственной связи с нашим разумом, так что мы не можем представить себе, что какие-либо наши действия или мысли ускользают от внимания Бога.

Хьюм

Дэвид Хьюм провел большую часть своей жизни в своей родной Шотландии, не считая нескольких поездок во Францию, где он пользовался бешеной популярностью. Его первой и наиболее существенной философской работой был «Трактат о природе человека » (опубликован в 1739 и 1740 годах).Когда эта работа не стала популярной, Юм переработал ее части в «Исследование , касающееся человеческого понимания», (1748 г.) и «Исследование , касающееся принципов морали», (1751 г.). Юм широко рассматривался (вероятно, правильно) как атеист и (менее точно) как радикальный скептик, и тонкости его работы часто игнорировались. Сегодня многие считают его одним из самых искушенных и проницательных философов в истории.

Скептицизм

Возможно, самый известный аргумент Юма касается определенного типа вывода, известного сегодня как «индуктивный вывод».Индуктивный вывод делает вывод о каком-то неизвестном факте (например, взойдет ли солнце завтра) на основе известных фактов (например, что солнце всегда вставало в прошлом). Юм внимательно изучил природу таких выводов и пришел к выводу, что они должны включать некоторый шаг, не связанный с разумом. «Разум», как его видел Юм, – это наша способность участвовать в определенных, демонстративных рассуждениях на основе принципа противоречия. Тем не менее, нет никакого противоречия в возможности того, что солнце может не взойти завтра, несмотря на то, что оно всегда так было в прошлом.

Естественным ответом на это беспокойство является апелляция к чему-то вроде единообразия природы (точка зрения, согласно которой все в природе в разное время работает одинаково). Ведь если бы мы предположили, что природа единообразна, то было бы противоречие, если бы ненаблюдаемые экземпляры не походили бы на наблюдаемые. Но, спросил Юм, откуда мог быть известен такой принцип единообразия? Не прямо по разуму, поскольку в идее неоднородности нет ничего противоречащего.Альтернативой могло бы быть то, что однородность была бы известна с помощью индуктивного вывода. Это, однако, потребовало бы кругового рассуждения, поскольку уже было установлено, что индуктивный вывод может осуществляться через разум только в том случае, если он предполагает единообразие природы.

Юм пришел к выводу, что наши индуктивные выводы должны поэтому использовать совершенно иную способность. Эта способность, как утверждал Хьюм, обусловлена ​​обычаем или нашей психологической тенденцией формировать ожидания на основе прошлого опыта.Точно такая же способность проявляется у всех других животных (подумайте о том, как дрессируют собаку), поэтому один из выводов Юма заключался в том, что философы заблуждались, ставя себя как разумные существа выше остальной природы. Далее Юм утверждал, что точно такая же способность лежит в основе нашей концепции причинности и нашей веры в то, что объекты продолжают существовать, когда мы их больше не воспринимаем.

Бог

Юм был совершенно не впечатлен априорными доказательствами существования Бога (такими как онтологический аргумент или аргумент Лейбница, основанный на предустановленной гармонии), однако он считал, что эмпирические аргументы, такие как аргументы Локка, требуют тщательного изучения.В «Исследовании » Юм представляет критику аргументов, таких как аргументы Локка, которые выводят свойства причины вселенной (например, разум, доброжелательность) просто из свойств следствия (вселенной). Ясно, утверждает Юм, что при нормальном причинном рассуждении не следует приписывать какие-либо свойства ненаблюдаемой причине, кроме тех, которые были строго необходимы для осуществления наблюдаемого эффекта (рассмотрим кого-то, кто пришел к выводу, что инопланетяне посетили Землю после обнаружения искривленного куска металла. в лесу).Тем не менее, похоже, именно это и делает аргумент Локка.

В своих посмертных диалогах о естественной религии Юм подверг такие аргументы еще более тщательной проверке. Особо следует отметить (и особенно актуально для современных дебатов) его регрессные опасения по поводу аргументов, исходящих от дизайна. Если, утверждал Юм, кто-то вправе сделать вывод, что вселенная должна иметь некую сложную разумную причину из-за ее сложности, и кто-то делает вывод, что такая причина должна существовать, тогда он должен далее, иметь право предположить, что эта разумная причина ( будучи, по крайней мере, столь же сложным, как и его создание), также должно иметь определенную причину.Однако, если кто-то настаивает на том, что такому существу не нужна причина, тогда может показаться, что у него не было оснований для вывода о вселенной, которая также должна иметь причину.

Список литературы

Декарт

  • Философские сочинения Декарта, Джон Коттингем, Роберт Штутхофф и Дугальд Мердок, (ред.) Кембридж: Издательство Кембриджского университета. Том I, 1985. ISBN 052128807X; Том II, 1985. ISBN 0521288088; Том III, 1991. ISBN 0521423503

Спиноза

  • Спиноза: Полное собрание сочинений, Майкл Л.Морган (редактор), Сэмюэл Ширли (перевод) Индианаполис: Hackett Publishing, 2002. ISBN 0872206203

Локк

  • Эссе о человеческом понимании, Питер Ниддич (ред.). Оксфорд: Oxford University Press, 1975. ISBN 0198243863

Leibniz

  • Philosophical Essays, Roger Ariew и Daniel Garber (ред.). Индианаполис: Hackett Publishing, 1989. ISBN 0872200620

Беркли

  • Принципы человеческого знания и три диалога между Гиласом и Филонием, Роджер Вулхаус (изд.). Лондон: Penguin Books, 1988.

Хьюм

  • Трактат о человеческой природе, Питер Ниддич (редактор) Оксфорд: Oxford University Press, 1978. ISBN 0198245874
  • Запросы относительно человеческого понимания и относительно принципов морали, Питер Ниддич (редактор) Оксфорд: Clarendon Press, 1975. ISBN 0198245351

Внешние ссылки

Все ссылки получены 11 октября 2018 г.

Источники общей философии

Кредиты

Эта статья началась как оригинальная работа, подготовленная для Энциклопедии Нового Света и предоставляется общественности в соответствии с условиями Энциклопедии Нового Света: Creative Commons CC-by-sa 3.0 Лицензия (CC-by-sa), которая может использоваться и распространяться с указанием авторства. Любые изменения, внесенные в исходный текст с тех пор, создают производную работу, на которую также распространяется лицензия CC by sa. Чтобы процитировать эту статью, щелкните здесь, чтобы просмотреть список допустимых форматов цитирования.

Примечание. Некоторые ограничения могут применяться к использованию отдельных изображений, на которые распространяется отдельная лицензия.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ФИЛОСОФИИ В ПОВСЕДНЕВНОЙ ЖИЗНИ

Разве философия принадлежит только академическим залам? Неа. Это должно быть в жизни каждого.Это помогает нам решать наши проблемы – земные или абстрактные, и помогает нам принимать более правильные решения, развивая наше критическое мышление (что очень важно в эпоху дезинформации). Но вы говорите, что это скучно. Вы говорите, что это трудно понять. Оказывается, философия не обязательно должна быть большим праздником. Это действительно может быть стимулирующим и веселым занятием. Посмотрите одно из этих пяти названий, авторы которых делают «Философию 101» доступной, интересной и, что самое главное, актуальной для вашей жизни.

ЗАВТРАК С СОКРАТОМ: ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ (ФИЛОСОФСКОЕ) ПУТЕШЕСТВИЕ ВО ВРЕМЯ ОБЫЧНОГО ДНЯ РОБЕРТА РАУЛЕНДА СМИТА DB 71181

Бывший стипендиат Оксфорда утверждает, что вопросы, поднятые известными философами, имеют прямое отношение к повседневной жизни.Он иллюстрирует связь влиятельных идей с повседневными делами, такими как просыпание с Декартом и поход в спортзал с Хайдеггером. Немного грубых слов и несколько описаний секса. 2009.

ЧЕМ БЫ БЫ СДЕЛАТЬ АРИСТОТЛЬ? САМОУПРАВЛЕНИЕ ЧЕРЕЗ СИЛУ РАЗУМА, ЭЛЛИОТ Д КОЭН DB 58882

Здравый подход философского консультанта к преодолению саморазрушающих мыслей, эмоций и действий путем использования врожденных способностей разума и критического мышления. Использует сценарии из реальной жизни, чтобы продемонстрировать, как логику Аристотеля можно использовать для борьбы с повседневными недугами, такими как чувство вины, одиночество, горе, гнев, социальная тревога и депрессия.2003

УТВЕРЖДЕНИЯ ФИЛОСОФИИ АЛЭНА ДЕ БОТТОНА DB 51489

Философ Лондонского университета находит практические советы по решению жизненных проблем в трудах некоторых всемирно известных мыслителей. Каждый из шести разделов представляет проблему и предлагает источник вдохновения. Например, Сократ утешает непопулярность, а Эпикур – бедность. 2000

СЕРДЦЕ ФИЛОСОФИИ ДЖЕЙКОБА НИДЛМЕНА ДБ 19136

Профессор философии предлагает убедительное и наводящее на размышления исследование, в котором он пытается примирить философские концепции с повседневной жизнью.Нидлман использует детские воспоминания, обучающие эпизоды и воспоминания о смерти друзей, чтобы проиллюстрировать актуальность философии.

ИССЛЕДОВАННАЯ ЖИЗНЬ: ФИЛОСОФСКИЕ МЕДИТАЦИИ Роберта Нозика DB 30651

Профессор философии Гарвардского университета делится своими взглядами на поиски понимания и просветления. Он обсуждает темы счастья, смерти, бессмертия, творчества, веры, сексуальности, добра и зла, мудрости и пропасти между идеальным и реальным.Бестселлер. 1989

Мнение: Зачем науке нужна философия

Несмотря на тесные исторические связи между наукой и философией, современные ученые часто воспринимают философию как нечто совершенно отличное от науки или даже антагонистическое ей. Мы утверждаем, что, наоборот, философия может иметь важное и продуктивное влияние на науку.

Мы проиллюстрируем нашу точку зрения тремя примерами, взятыми из различных областей современных наук о жизни. Каждый из них связан с передовыми научными исследованиями, и каждый был однозначно признан практикующими исследователями как полезный вклад в науку.Эти и другие примеры показывают, что вклад философии может принимать по крайней мере четыре формы: разъяснение научных концепций, критическая оценка научных предположений или методов, формулирование новых концепций и теорий и налаживание диалога между различными науками, а также между наукой и обществом.

Концептуальное разъяснение и стволовые клетки.

Во-первых, философия предлагает концептуальное разъяснение. Концептуальные разъяснения не только улучшают точность и полезность научных терминов, но также приводят к новым экспериментальным исследованиям, потому что выбор данной концептуальной основы сильно ограничивает то, как задуманы эксперименты.

Определение стволовых клеток является ярким примером. Философия имеет давнюю традицию исследования свойств, и инструменты, используемые в этой традиции, недавно были применены для описания «стволовости», свойства, которое определяет стволовые клетки. Один из нас показал, что в современных научных знаниях существуют четыре различных типа свойств под видом строгости (1). В зависимости от типа ткани стволовость может быть категориальным свойством (внутренним свойством стволовой клетки, независимо от ее окружения), диспозиционным свойством (внутренним свойством стволовой клетки, которое контролируется микросредой), реляционным свойством. (внешнее свойство, которое может быть придано не стволовым клеткам микросредой) или системное свойство (свойство, которое поддерживается и контролируется на уровне всей популяции клеток).

Исследователь стволовых клеток и рака Ганс Клеверс отмечает, что этот философский анализ подчеркивает важные семантические и концептуальные проблемы в онкологии и биологии стволовых клеток; он также предполагает, что этот анализ легко применим к экспериментам (2). Действительно, помимо концептуального разъяснения, эта философская работа имеет практическое применение, что проиллюстрировано случаем раковых стволовых клеток в онкологии.

Исследования, направленные на разработку лекарств, нацеленных либо на раковые стволовые клетки, либо на их микроокружение, на самом деле полагаются на разные виды стволовости и, таким образом, могут иметь разную степень успеха в зависимости от типа рака (1).Более того, они могут не охватывать все типы рака, потому что современные терапевтические стратегии не принимают во внимание системное определение стволовости. Таким образом, определение типа стволовости каждой ткани и рака полезно для управления разработкой и выбором противоопухолевых методов лечения. На практике эта структура привела к исследованию методов лечения рака, которые сочетают в себе нацеливание на внутренние свойства раковых стволовых клеток, их микроокружение и иммунные контрольные точки, чтобы охватить все возможные виды стволовых клеток (3).

Кроме того, эта философская концепция недавно была применена к другой области, изучению органоидов. В системном обзоре экспериментальных данных по органоидам из различных источников Picollet-D’hahan et al. (4) охарактеризовали способность образовывать органоиды как диспозиционное свойство. Затем они могут утверждать, что для повышения эффективности и воспроизводимости производства органоидов, что является основной проблемой в данной области, исследователям необходимо лучше понимать внутреннюю часть диспозиционного свойства, на которое влияет микросреда.Чтобы различать внутренние особенности клеток с таким расположением, эта группа в настоящее время разрабатывает высокопроизводительные функциональные геномные методы, позволяющие исследовать роль практически каждого человеческого гена в формировании органоидов.

Иммуногенность и микробиом.

В дополнение к своей роли в концептуальном прояснении, философия может способствовать критике научных предположений и даже может быть проактивной в формулировании новых, проверяемых и предсказательных теорий, которые помогают установить новые пути для эмпирических исследований.

Например, философская критика структуры иммунного «я-несамо» (5) привела к двум важным научным вкладам. Во-первых, это стало основой для формулировки новой теоретической основы, теории прерывности иммунитета, которая дополняет предыдущие модели «я-не-я» и опасность, предполагая, что иммунная система реагирует на внезапные модификации антигенных мотивов (6). Эта теория проливает свет на многие важные иммунологические явления, включая аутоиммунные заболевания, иммунные реакции на опухоли и иммунологическую толерантность к хронически экспрессируемым лигандам.Теория прерывности была применена к множеству вопросов, помогая исследовать влияние химиотерапевтических агентов на иммуномодуляцию при раке и разъясняя, как естественные клетки-киллеры постоянно изменяют свой фенотип и функционируют посредством взаимодействия со своими лигандами таким образом, чтобы обеспечить толерантность к телесным повреждениям. (самостоятельные) составляющие (7). Теория также помогает объяснить последствия повторных вакцинаций у лиц с ослабленным иммунитетом (8) и предлагает динамические математические модели иммунной активации.В совокупности эти различные эмпирические оценки иллюстрируют, как философски вдохновленные предложения могут привести к новым экспериментам, открывая новые возможности для исследований.

Во-вторых, философская критика вместе с другими философскими подходами внесла вклад в представление о том, что каждый организм, далекий от генетически однородного «я», представляет собой симбиотическое сообщество, укрывающее и допускающее множество чужеродных элементов (включая бактерии и вирусы), которые признаются, но не признаются. устраняется его иммунной системой (9).Исследования симбиотической интеграции и иммунной толерантности имеют далеко идущие последствия для нашей концепции того, что составляет индивидуальный организм, который все больше концептуализируется как сложная экосистема, ключевые функции которой, от развития до защиты, восстановления и познания, зависят от взаимодействия с микробами. (9).

Влияние на когнитивную науку.

Изучение познания и когнитивной нейробиологии предлагает поразительную иллюстрацию глубокого и длительного влияния философии на науку.Как и в случае с иммунологией, философы сформулировали влиятельные теории и эксперименты, помогли инициировать конкретные исследовательские программы и внесли свой вклад в смену парадигм. Но масштабы влияния затмевают дело иммунологии. Философия сыграла свою роль в переходе от бихевиоризма к когнитивизму и вычислительной технике в 1960-х годах. Возможно, наиболее заметной была теория модульности разума, предложенная философом Джерри Фодором (10). Его влияние на теории когнитивной архитектуры трудно переоценить.В честь кончины Фодора в 2017 году ведущий когнитивный психолог Джеймс Рассел в журнале Британского психологического общества выступил с докладом «Когнитивная психология развития BF (до Фодора) и AF (после Фодора)» (https://thepsychologist.bps.org .uk / jerry-fodor-1935-2017).

Модульность относится к идее, что ментальные феномены возникают в результате действия множества различных процессов, а не одного недифференцированного. Вдохновленный данными экспериментальной психологии, лингвистики Хомского и новыми вычислительными теориями в философии разума, Фодор предположил, что человеческое познание структурировано в виде набора низкоуровневых, предметно-ориентированных, инкапсулированных в информацию специализированных модулей и более высокого уровня. Общая центральная система для абдуктивных рассуждений с информацией, идущей только вверх по вертикали, а не вниз или по горизонтали (т.е., между модулями). Он также сформулировал строгие критерии модульности. По сей день предложение Фодора устанавливает условия для многих эмпирических исследований и теорий во многих областях когнитивной науки и нейробиологии (11, 12), включая когнитивное развитие, эволюционную психологию, искусственный интеллект и когнитивную антропологию. Хотя его теория была пересмотрена и подвергнута сомнению, исследователи продолжают использовать, корректировать и обсуждать его подход и базовый концептуальный инструментарий.

Философия и наука разделяют инструменты логики, концептуального анализа и строгой аргументации.Тем не менее философы могут использовать эти инструменты с такой степенью тщательности, свободы и теоретической абстракции, которую практикующие исследователи часто не могут себе позволить в своей повседневной деятельности.

Задание на ложное убеждение представляет собой еще один ключевой пример воздействия философии на когнитивные науки. Философ Дэниел Деннет был первым, кто задумал основную логику этого эксперимента как пересмотр теста, используемого для оценки теории разума, способности приписывать психические состояния себе и другим (13).Задача проверяет способность приписывать другим убеждения, которые один считает ложными, при этом ключевая идея состоит в том, что рассуждение о чужих ложных убеждениях, в отличие от истинных убеждений, требует представления других людей как имеющих ментальные представления, которые расходятся с вашими собственными и от других. каков мир на самом деле. Его первое эмпирическое применение было сделано в 1983 г. (14) в статье, название которой «Убеждения относительно убеждений: репрезентация и сдерживающая функция ложных убеждений в понимании обмана маленькими детьми» само по себе является прямой данью вкладу Деннета.

Задание на ложное убеждение представляет собой важный эксперимент в различных областях когнитивной науки и нейробиологии с широким применением и последствиями. Они включают в себя тестирование стадий когнитивного развития у детей, обсуждение архитектуры человеческого познания и его различных способностей, оценку теории умственных способностей у человекообразных обезьян, разработку теорий аутизма как умственной слепоты (согласно которым трудности при прохождении задания на ложное убеждение являются связанных с состоянием), и определение того, какие конкретные области мозга связаны со способностью рассуждать о содержимом разума другого человека (15).

Философия также помогла области когнитивной науки отсеять проблемные или устаревшие предположения, способствуя научным изменениям. Понятия разума, интеллекта, сознания и эмоций повсеместно используются в разных областях, часто с небольшим соглашением об их значении (16). Разработка искусственного интеллекта, построение психологических теорий переменных психического состояния и использование инструментов нейробиологии для исследования сознания и эмоций требуют концептуальных инструментов для самокритики и междисциплинарного диалога – именно тех инструментов, которые может предоставить философия.

Философия, иногда обозначаемая греческой буквой фи, может помочь продвинуться на всех уровнях научного предприятия, от теории до эксперимента. Недавние примеры включают вклад в биологию стволовых клеток, иммунологию, симбиоз и когнитивную науку. Изображение предоставлено Вибке Бреттинг (художник).

Философия и научные знания.

Приведенные выше примеры – далеко не единственные: в науках о жизни философские размышления сыграли важную роль в таких разнообразных вопросах, как эволюционный альтруизм (17), дебаты по единицам отбора (18), построение «дерева» жизни »(19), преобладание микробов в биосфере, определение гена и критический анализ концепции врожденности (20).Точно так же в физике фундаментальные вопросы, такие как определение времени, были обогащены трудами философов. Например, анализ временной необратимости Хью Прайсом (21) и замкнутых временных кривых Дэвидом Льюисом (22) помог рассеять концептуальную путаницу в физике (23).

Вдохновленные этими и многими другими примерами, мы видим, что философия и наука находятся в континууме. Философия и наука разделяют инструменты логики, концептуального анализа и строгой аргументации.Тем не менее философы могут использовать эти инструменты с такой степенью тщательности, свободы и теоретической абстракции, которую практикующие исследователи часто не могут себе позволить в своей повседневной деятельности. Философы, обладающие соответствующими научными знаниями, могут внести значительный вклад в развитие науки на всех уровнях научного предприятия от теории до эксперимента, как показывают приведенные выше примеры.

Но как на практике мы можем облегчить сотрудничество между исследователями и философами? На первый взгляд решение может показаться очевидным: каждое сообщество должно сделать шаг навстречу другому.Однако было бы ошибкой считать это легкой задачей. Препятствий много. В настоящее время значительное число философов презирают науку или не видят ее отношения к своей работе. Даже среди философов, предпочитающих диалог с исследователями, немногие хорошо знакомы с новейшими научными достижениями. И наоборот, немногие исследователи осознают пользу, которую могут принести философские идеи. В нынешнем научном контексте, где преобладают растущая специализация и растущие потребности в финансировании и результатах, только очень ограниченное число исследователей имеет время и возможность даже быть в курсе работ, произведенных философами в области науки, не говоря уже о том, чтобы читать их.

Чтобы преодолеть эти трудности, мы считаем, что ряд простых рекомендаций, которые можно было бы легко реализовать, могут помочь преодолеть разрыв между наукой и философией. Восстановление связи между философией и наукой весьма желательно и более осуществимо на практике, чем предполагалось десятилетиями отчуждения между ними.

  • i ) Освободите место для философии на научных конференциях. Это очень простой механизм, позволяющий исследователям оценить потенциальную полезность идей философов для их собственных исследований.В свою очередь, большее количество исследователей могло бы участвовать в философских конференциях, расширяя усилия таких организаций, как Международное общество истории, философии и социальных исследований биологии; Ассоциация философии науки; и Общество философии науки на практике.

  • ii ) Приглашайте философов в научные лаборатории и отделы. Это мощный способ (уже исследованный некоторыми авторами и другими) для философов изучать науку и предоставлять более подходящий и хорошо обоснованный анализ, а для исследователей – получать пользу от философского вклада и адаптироваться к философии в целом.Это может быть наиболее эффективным способом помочь философии оказать быстрое и конкретное влияние на науку.

  • iii ) Совместное руководство аспирантами. Совместное руководство аспирантами со стороны исследователя и философа – прекрасная возможность сделать возможным перекрестное кормление этих двух областей. Он способствует созданию диссертаций, которые являются как экспериментально богатыми, так и концептуально строгими, и в процессе обучения новое поколение философов-ученых.

  • iv ) Создавайте учебные программы, сбалансированные по науке и философии, которые будут способствовать подлинному диалогу между ними. Некоторые из таких учебных программ уже существуют в некоторых странах, но их расширение должно стать первоочередной задачей. Они могут предоставить студентам, изучающим естественные науки, точку зрения, которая позволит им лучше решать концептуальные задачи современной науки и предоставить философам прочную основу для научных знаний, которые будут оказывать максимальное влияние на науку. Учебные программы по естествознанию могут включать занятия по истории науки и философии науки.Учебные программы по философии могут включать в себя научный модуль.

  • v ) Читайте науку и философию. Научное чтение необходимо для практики философии науки, но чтение философии также может стать отличным источником вдохновения для исследователей, о чем свидетельствуют некоторые из приведенных выше примеров. Например, журнальные клубы, в которых обсуждаются как научные, так и философские вклады, представляют собой эффективный способ интеграции философии и науки.

  • vi ) Откройте новые разделы, посвященные философским и концептуальным вопросам в научных журналах.Эта стратегия была бы подходящим и убедительным способом предположить, что философская и концептуальная работа является продолжением экспериментальной работы в той мере, в какой она вдохновляется ею и может вдохновлять ее в ответ. Это также сделало бы философские размышления о конкретной научной области более заметными для соответствующего научного сообщества, чем когда они публикуются в философских журналах, которые ученые редко читают.

Мы надеемся, что изложенные выше практические шаги будут способствовать возрождению интеграции науки и философии.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.