Кто такой гуманитарий и технарь: Типы личности ребёнка: гуманитарий и технарь.

Содержание

Гуманитарий — кто это такой

Обновлено 22 июля 2021 Просмотров: 149 183 Автор: Дмитрий Петров
  1. Гуманитарий: кто это и почему его так называют
  2. Какие школьные предметы
  3. Гуманитарий и технарь: разница в мышлении
  4. Ярлыки, которые любят вешать на гуманитариев
  5. Как определить свой тип

Здравствуйте, уважаемые читатели блога KtoNaNovenkogo.ru. По мере того как ребенок становится старше, рано или поздно возникают вопросы, какую профессию ему лучше освоить и куда поступать после школы.

Выбор специальностей сейчас достаточно обширен, поэтому отталкиваться нужно от того, что ему интересно и какие способности развиты лучше остальных.

На основании этого можно решить, кто он — гуманитарий или технарь.

Психологи уверено заявляют, что такое разделение играет большую роль при выборе университета и факультета. Соответственно, чтобы изначально обозначить приоритетную для себя сферу деятельности, нужно вовремя обратить внимание на свои «сильные стороны».

Как же определить, что вы или ваш ребенок относитесь к типу «Гуманитарий» и что это означает?

Гуманитарий: кто это и почему его так называют

Если говорить просто, то гуманитарий — это специалист по гуманитарным наукам. Этим же термином называют человека, у которого очень хорошо развиты способности в этом направлении.

Технарем, в противовес ему, называют того, у кого наблюдается логическое или математическое мышление, а также есть склонности к точным наукам.

Все гуманитарные науки (от латинского «humanus» — человеческий или «homo» — человек) специализируются на изучении человека, а точнее его духовной, умственной, нравственной, культурной и общественной деятельности.

К ним относятся:

  1. литература;
  2. обществознание;
  3. философия (это как?);
  4. социология (это что?);
  5. психология (что это за наука?);
  6. религиоведение;
  7. риторика;
  8. филология;
  9. культурология;
  10. искусствоведение;
  11. педагогика (это как?);
  12. история и др.

Гуманитарное образование, как правило, специализируется на одной из этих наук, а также частично охватывает другие дисциплины из этого списка.

К примеру, филологи обязательно изучают культурологию и риторику, философы — социологию и обществознание и так далее.

Однако в последнее время все чаще можно встретить такие профессии, которые находятся на стыке творческого и технического направления, к примеру, веб-дизайнеры.

Гуманитарий — это какие предметы

Многим детям советуют выбирать будущую специальность, обращая внимание на свою успеваемость в определенных дисциплинах.

Однако оценивать тип мышления школьника по его оценкам в дневнике не стоит, ведь на баллы часто влияют другие факторы:

  1. умения педагогов заинтересовать своих учеников;
  2. формат обучения;
  3. используемая литература;
  4. окружение ребенка;
  5. ожидания родителей и многое другое.

Ярлыки, которые любят вешать на гуманитариев

В обществе почему-то устоялось мнение, что гуманитарии:

  1. Не разбираются в технике. Конечно же, это не так, и быть технарем для того, чтобы установить себе на компьютер операционную систему или отремонтировать чайник, необязательно.

    Более того, среди людей с техническим складом ума тоже далеко не все сумеют настроить технический прибор или заняться его ремонтом.

  2. Это преимущественно представительницы женского пола. И снова мимо. Когда израильские ученые проводили исследование, оказалось, что все не так однозначно.

    Скорее всего, такой стереотип (это что?) образовался благодаря менталитету (это как?) и устойчивому многовековому убеждению, что женщине «не место» в науке.

    Иными словами, гендерный признак тут при чем, и разные предметы даются и парням, и девушкам в одинаковой мере.

  3. Любят читать, а технари — нет. Быть гуманитарием для этого необязательно. Любой образованный человек интересуется литературой как художественной, так и профессиональной. И тип его мышления в этом случае не имеет никакого значения.
  4. Ничего не смыслят в математике и не могут произвести элементарные расчеты. Очередной ложный стереотип. Среди гуманитариев много экономистов, маркетологов (это кто?) и менеджеров, которые легко рассчитывают нужные им показатели.
  5. Заморачиваются над своим внешним видом больше технарей. Здесь тоже не все так однозначно. Ведь все мы знаем, что в порыве творческого вдохновения многие художники и музыканты напрочь забывают о том, как они выглядят.
  6. Не работают по специальности. Конечно, гуманитарных профессий сейчас куда меньше, чем технических. Но уже сегодня многие крупные бренды пополняют свой штат психологами, маркетологами и философами.

    Эта востребованность объясняется очень просто. Такие люди хорошо понимают аудиторию, и как результат – способны увеличивать продажи.

Легендарный Стив Джобс говорил: «Только технология в союзе с гуманитарными науками дает результат, который заставляет наши сердца петь».

Как определить свой тип

Есть немало способов, определить, кто вы — гуманитарий или технарь. Тест по психологии или профориентации, который выдаст результат на основании ваших ответов — самый популярный вариант. Однако такого рода методики носят, скорее, развлекательный характер и не всегда точны.

Проходить тестирование для того, чтобы определять будущие профессии или специальности в университете, не совсем правильно. В первую очередь, вам или вашему ребенку должна быть интересна та сфера деятельности, на которой вы планируете сосредоточиться.

Если все признаки указывают на то, что человек обладает техническим типом мышления, не стоит отказывать ему в удовольствии заниматься любимым делом — изучать психологию, посещать курсы иностранных языков или поступать на специальность «Филология».

Аналогичной рекомендации следует придерживаться и гуманитариям.

Удачи вам! До скорых встреч на страницах блога KtoNaNovenkogo.ru

Эта статья относится к рубрикам:

Про гуманитариев и технарей — Блог Артема Краснова

Почему слово «гуманитарий» стало почти синонимом слова «тупица»? Я против таких параллелей, но раз они укоренилось, вопрос в силе.

В университете была кафедра «Термеха», а у неё был гимн, из которого мне запала строчка: «…и на гуманитариев мы смотрим сверху вниз». Я всё думал: и почему, интересно? Ну, меняйте позы почаще, будете смотреть наоборот.

Побывав в шкуре технаря (20 лет) и гуманитария (20 лет), могу сказать следующее. Технари всегда отвечают на вопрос «как?». Гуманитарии — «зачем?» Как построить плотину — это для инженеров. А для гуманитариев: зачем она нам, если человечество — лишь бусина в бесконечной ткани Вселенной?

Вообще-то важны оба вопроса. Но если технари действительно знают как, то гуманитарии от века к веку терзаются великими вопросами, не говоря ничего конкретного: «эх!» и «чу!», «вот если бы…», но и только. И у недалёких личностей создаётся впечатление, будто гуманитарии по большей части софисты, риторы и пиздоболы. Что не совсем верно.

Может быть, гуманитариев портит образование? Подозреваю, что обучение технарей, физиков или медиков более предметно, структурно и проверяемо. Гуманитарные науки зависят от субъективизма, большой политики и гормонального фона учителя, а чтобы всё не превратилось в кисель окончательно, есть каркасы максим из серии «Пушкин наше всё», за нарушение которых спросят в Минпросвете. От этого у гуманитариев сплошь и рядом случаются метания между свободомыслием и крайним догматизмом. Многие будто сами не решили, держаться ли скелета проверяемых знаний или плавать в вакууме лёгкого слабоумия, свойственного всем провидцам?

Плюс нам ведь есть, за что мстить гуманитариям. Кто не получал от них зуботычину в комментариях? Что-нибудь из серии: «О боже! В сложноподчинённых предложениях зависимая часть составного определения обособляется по смысловому принципу. Чему вас в школе учили?!!». Хочется, конечно, возразить им что-нибудь из серии «А вы закон Кирхгофа не помните!», только я его сам не помню.

А вообще негативный оттенок слова «гуманитарий» появился из-за подмены понятий. Присущий гуманитарным наукам субъективизм и отсутствие жёстких критериев стали использоваться для оправдания любой глупости (типа пресловутых 8 млн россиян Леси Рябцевой). Принцип «я художник, так вижу» был возведён в степень. Но поскольку гуманитарии не знакомы с возведением в степень, они не заметили подвоха.

В остальном же гуманитарные науки требуют и развитого интеллекта, и хорошей памяти, и умения вычленять суть. Люди вообще не делятся на технарей и гуманитариев. Они делятся на умных и тупых. И если первым под силу любые дисциплины, то вторые затрудняются и с расстановкой запятых, и с вычислением процентов.

Гуманитарий или технарь. Кто ты? | LearnEasy. Математика с Бали

Кто же я???

Кто же я???

Как же прикольно “технарям” смотреть мемы о том, какие гуманитарии тупые. Или наоборот “гуманитарии” стебутся над “технарями”. Читай, и у тебя больше никогда не будет вопросов, кто же ты на самом деле.

Я делю людей на 4 категории:

1) Гуманитарии

2) Технари

3) Иррационалы

4) Деграданты

Чем же отличаются они? Почему многие люди считают гуманитариев тупыми и наоборот?

Ответ прост: ЯЗЫКОМ. Да-да, языком.

Гуманитарии

говорят на ОБЫЧНОМ ЯЗЫКЕ на профессиональном уровне. Для русских – это русский язык, для англичан – английский. Это люди свободно владеющие своим языком и использующие его на максимум. Это не те, кто не может связать 4-5 слов вместе и понять их смысл.

Это логики! Они описывают мир словами и текстом.

И это точно не: “я не технарь, значит я – гуманитарий”. Именно это и является причиной, почему технари смеются над такими высказываниями и над такими “гуманитариями”. Так как есть люди, не имея внутренней логики (я их называю интуиты), начинают называть себя гуманитариями.

Технари

Это второй логичный тип людей. Отличие от гуманитариев состоит в том, что их главнейший язык – МАТЕМАТИКА! Да, математика – это язык. Точнее я бы сказал, что это надстройка над обычным языком.

Русский язык – это стены, а математика – крыша нашего дома мировоззрения)

Эти логики описывают мир числами и формулами!

Технарем не может быть тот, кто не знает своего языка, ведь математика базируется на нашем обычнейшем русском языке.

Кстати, именно в этом и есть преимущество технарей – если они захотят, то спокойно разберутся в любой гуманитарной науке. Это у них уже “впитано с молоком матери”)

Иррационалы

Это зачастую нелогичные люди, хотя точнее – они такими кажутся логичным технарям и гуманитариям.

Сюда я отношу поэтов, художников, спортсменов, музыкантов, певцов, актеров и др. У каждого иррационала свой язык: нотная грамота, мазки кистью, удары для боксера, управление голосом, управление эмоциями с помощью мимики и слов и т.д.. Эти языки трудно выявить и поэтому их труднее освоить – именно поэтому для гуманитария и технаря эти люди будут казаться странными и непонятными.

Чтобы гуманитарий или технарь стали иррационалами, им придется в некотором смысле предать свою логику и просто начать повторять, что им говорит тренер карате или учитель игре на гитаре. Но у технарей опять же преимущество, так как они видят наш мир более полно: не только с точки зрения слов, но и чисел и формул.

А вот чистым иррационалам стать гуманитариями и технарями обычно сложно. У них нет внутренней логики. Эти люди чаще живут за счет интуиции.

Деграданты

Это все люди, которые не входят в предыдущие три группы. Я искренне считаю, что таких людей нет. Что каждый человек к чему склонен, имеет набор способностей и не пришел в этот мир без ничего, чтобы деградировать.

В итоге получается вот такая схемка

Эти три группы определяют разные части знаний об окружающем нас мире.

Словесное описание происходящего – гуманитарная часть.

Описание мира в формулах – удел технаря.

Все остальные виды – это иррационалы.

Я был технарем и также насмехался раньше над горе-гуманитариями, пока не осознал, что если я только технарь, то я упускаю возможность видеть мир более полно, более четко понимать причины и следствия событий, поведения людей и т. д.

Для чего вся эта статья? Чтобы жить и получать максимум, нужно понимать как работает этот мир. А ограничиваясь понятиями “я – гуманитарий” или “я – технарь”, мы ограничиваем свой горизонт видения какой-либо проблемы.

Всех благ, спасибо за уделенное внимание и удачи)

Технарь или гуманитарий: какую сферу выбрать?

Еще в 50-е годы прошлого столетия поэт Борис Слуцкий писал: «Что-то физики в почете, что-то лирики в загоне». И в наше время иногда можно услышать отголоски этих споров. Так можно ли решить, кто лучше: технари или гуманитарии? Давайте попробуем разобраться в этой статье.

Кого называют технарями

Технари в современном понимании – представители инженерных и естественных специальностей, а также профессионалы, работающие в области IT. Они должны уметь не только придумывать абстрактные проекты, но и воплощать их в жизнь.

Урон престижу этих профессий нанесли 1990-е годы. Масса предприятий оказалась нерентабельной. Зарплату не платили по нескольку месяцев и работники вынуждены были искать другой способ заработка. Но эти времена остались позади.

Рассмотрим плюсы и минусы технических специальностей.

Плюсы

Сейчас эти специалисты востребованы и легко находят рабочие места на заводах, которые выжили в эпоху становления капитализма, или многочисленных совместных предприятиях. Большое количество вакансий на оборонных объединениях. У современных инженеров, как правило, есть возможность повышения квалификации и карьерного роста.

Для поступления в инженерный вуз нужно хорошо знать профильные и смежные предметы: математику, физику, химию. Конкурс в технические вузы не очень большой. Если знания твердые, поступить можно без проблем даже в ведущие столичные вузы. Причем основная масса студентов учится на бюджете.

Минусы

Технари часто увлечены своей специальностью и работой, поэтому производят впечатление замкнутых людей. На самом деле они, обычно, не умеют поддержать разговор, если он им кажется пустопорожним.

Об ограниченности «технарей» существует много легенд, но в большинстве случаев это просто мифы.

Кто такие гуманитарии

Гуманитарными называют науки о человеке и таких сферах его деятельности, как духовность, нравственность, существование в социуме. Гуманитарии – это люди, закончившие так называемые «гуманитарные» вузы. Их специальности часто подразумевают работу с людьми. Типичные гуманитарии – социальные работники, артисты, психологи, воспитатели (и не только).

Умение общаться часто приводит к тому, что после окончания вуза гуманитарии работают в различных отделах, связанных с продажами.

Плюсы

Умение общаться с разными людьми может пригодиться не только в рабочей, но и в домашней обстановке.

Гуманитарии умеют производить нужное впечатление и легко находят темы для разговоров даже с малознакомыми людьми.

Минусы

Гуманитарных вузов, а, следовательно, и их выпускников в стране переизбыток. Но востребованы высококвалифицированные специалисты. Специалистам после вуза приходится соглашаться на низкооплачиваемую работу, чтобы набрать опыт.

Конкурс в гуманитарные вузы достаточно высокий, а бюджетных мест мало. Обучение, в основном, платное. Много вузов, которые выпускают специалистов с низкой квалификацией.

При сокращении гуманитарии первыми попадают под удар. Предприятия стараются сохранить высококвалифицированных инженеров и, в первую очередь, сокращают работников в области продаж, связей с общественностью и аналогичных специалистов.

Часто гуманитарии работают не по специальности, полученной в вузе.

Действительно ли они отличаются?

На самом деле, подобное разделение достаточно условное. Например, педагогов обычно считают гуманитариями. Но преподаватели IT и естественных дисциплин и по образованию, и по менталитету, как правило, технари.

К гуманитариям или технарям отнести представителей медицинских специальностей? Хороший врач или фармаколог должен досконально знать анатомию, химию, разбираться в электронных приборах.

Медицина все более становится доказательной, что предполагает отличное знание статистики.

Другой пример: экономист – это гуманитарий или технарь? Современная экономика требует отличного знания математики, умения работать с цифрами и большими объемами информации. Экономисты, работающие на производстве, должны разбираться в тонкостях применяемых технологических процессов, иметь представление об их математическом моделировании. В то же время любой экономист должен знать социологию, психологию и другие традиционно гуманитарные предметы. Поэтому они одновременно и гуманитарии, и технари.

Подобных примеров масса. На «стыке» технологий сейчас многие творческие профессии. Так, специалист в области веб-дизайна должен разбираться в IT-технологиях. Но чтобы созданный им сайт выделялся среди массы подобных, он должен быть красочным и креативным, «цеплять» взгляд. Для этого разработчику необходимы художественные способности.

С научной точки зрения

Нейропсихология связывает гуманитарное и техническое мышление с активностью левого и правого полушария головного мозга.

Правое полушарие отвечает за эмоции, фантазии, мечты – черты, свойственные гуманитариям. Часто его называют творческим.

Левое полушарие связано с развитием логического и аналитического мышления, что отличает технарей.

Что выбрать?

Вопрос, кто лучше: технарь или гуманитарий, некорректный. В любой сфере прежде всего ценится компетентность и профессионализм. Будущая специальность должна нравиться и соответствовать природным данным. Каждому человеку известны печальные случаи, когда выпускник с явно гуманитарным складом ума по настоянию родителей поступает в технический вуз и потом долго не может найти свое призвание.

Тем не менее, если это случится, не стоит относиться к такой ситуации трагически. Сейчас существует много возможностей получить второе образование и стать востребованным специалистом. Например, с продажами электронного оборудования лучше справится технический специалист. А риэлтору не помешает знание хотя бы азов строительных специальностей.

Гуманитарий и технарь могут прекрасно сочетаться в одном человеке: знаменитый писатель-фантаст Айзек Азимов, автор «трех законов робототехники», был известным в своей области биохимиком и популяризатором науки. А выдающаяся оперная певица Ирина Архипова успешно окончила Московский архитектурный институт.

Можно ли переквалифицироваться из технаря в гуманитария

Сейчас не нужно тратить несколько лет, чтобы получить вторую специальность или сменить профессию. Второе образование можно получить дистанционно, пройдя профессиональную переподготовку. Широкие возможности для этого предоставляет ЕЦВДО (Единый центр высшего дистанционного образования) – крупнейший региональный представитель учебных заведений России и стран СНГ.

Период пандемии показал, что при хорошей организации и внедрении современных методов обучения дистанционное образование может быть столь же эффективным, как и очное. Студенты могут получить востребованную профессию при любых финансовых возможностях и независимо от состояния здоровья. Учиться можно не только в вузе, но и в колледже, где обучение более ориентировано на практику.

Поэтому ответ на поставленный вопрос однозначно положительный. Причем возможен и обратный переход: из гуманитариев в технари. А добиться успеха в жизни могут и те, и другие. Главное – стать настоящим профессионалом в избранной области.

 

Классификация на гуманитариев и технарей по комментариям в VK / Хабр

Привет, хабр! Хочу поделиться своим опытом классификации пользователей социальной сети по их комментариям на два класса по складу ума: гуманитарный или технический. В данной статье не будут использоваться последние достижения глубокого обучения, но будет разобран завершенный проект по классификации текстов: от поиска подходящих данных до предсказаний. В конце будет представлено веб-приложение, в котором вы сможете проверить себя.


Постановка задачи

Задача в нашем случае бинарной классификации ставится так: есть пользователь, есть его комментарии, и по ним необходимо определить класс: гуманитарий или технарь. Для решения этой задачи применим техники машинного обучения и обработки естественного языка. Итоговый результат можно будет использовать, например, для таргетированной рекламы.


Данные

Существующей размеченной выборки нет: эти понятия сложно формализовать, и необходимо будет по каким-то признакам разделить пользователей на два класса.

Решено было собрать свой набор данных на основе комментариев пользователей социальной сети “ВКонтакте”. На публичных страницах люди обычно обсуждают посты или просто общаются, оставляя множество комментариев. Страница паблика/группы должна быть нейтральной тематики для того, чтобы количество гуманитариев и технарей примерно совпадало. Я выбрал публичную страницу, посвященную обсуждению жизни конкретного города. Количество подписчиков – около 300 тысяч, количество публикаций – около 50 тысяч, среднее количество комментариев к публикации – 20.


Получение и разметка данных

Выкачать все комментарии можно с помощью VK Open API, с помощью которого было получено около 3 миллионов комментариев от 130 тысяч пользователей. Этого количества должно с запасом хватить, чтобы обучить почти любую модель машинного обучения, но есть одно “но”: у нас нет разметки этих данных, мы не знаем, кто гуманитарий, а кто технарь. Конечно, можно было бы попытаться написать каждому из пользователей и спросить у них лично, но это сомнительная идея. Придется использовать те знания, которые мы можем получить со страниц пользователей.

Только у 11 тысяч человек из 130 был указан факультет образования. В результате такой фильтрации осталось только 170 тысяч комментариев, что составляет только 6% от исходного объема. Всего различных факультетов оказалось 160. Я разделил все факультеты на гуманитарные, технические и другие (естественные или вовсе не относящиеся к научным, например, музыкальные или художественные). Эти “другие” факультеты были отброшены и не участвовали в эксперименте. Каждому пользователю был присвоен класс в соответствие с факультетом, который был указан у него в профиле.

Возможно не все, кто учатся на гуманитарных факультетах, являются гуманитариями, и то же можно сказать о технических, но на общем фоне таких пользователей должно быть меньшинство. Для подтверждения или опровержения этой теории мною был организован соцопрос на своем факультете. Из 200 человек 62 (то есть 31%) указали, что их склад ума — гуманитарный несмотря на то, что сам факультет технический. Аналогично, на гуманитарном факультете из 150 опрошенных 14 человек (только 9%) признались в том, что они технари в душе. Таким образом, более правильно назвать классификацию по таким данным классификацией по типу полученного высшего образования.


Анализ данных

Пример таблицы с данными по комментариям:

Прежде чем переходить к построению моделей, необходимо провести анализ имеющейся выборки. Это поможет понять, какие признаки нужно учитывать, как они распределены и какие модели лучше использовать. Также это помогает найти выбросы и аномалии в данных, которые не типичны для данной выборки. Их удаление поможет построить модель с большей обобщающей способностью. После разделения пользователей в обоих классах получилось примерно по 4000 человек. Сначала посмотрим на распределение не текстовых признаков пользователей.


Пол

В выборке пользователей мужского пола оказалось 55%. В обществе существует стереотип, что у мужчин более аналитический склад ума, а у женщин — гуманитарный или творческий. По данным выборки построен график, который показывает распределение этого признака отдельно по двум классам.

Видно, что среди пользователей мужского пола преобладает класс «технарь», а среди пользователей женского пола — «гуманитарий».


Отношение к алкоголю

Около 1500 пользователей из каждого класса отметили своё отношение к алкоголю и около 1600 — к курению. Конечно, многие не заполняют этот пункт в социальных сетях, лишь у 30% он был указан. Какая-то часть могла указать заведомо ложную информацию, чтобы показать себя в лучшем свете или произвести впечатление на одноклассников. Но общая тенденция в различии двух классов все равно просматривается.

По оси абсцисс расположены категории от «очень негативное» до «позитивное» отношение к алкоголю. Для каждой категории считалось количество человек в обоих классах. На оси ординат обозначена доля гуманитариев в группе. Вертикальной полосой обозначен доверительный интервал. По графику видно, что технари чаще указывают у себя в профиле позитивное отношение к алкоголю. Очень негативное отношение чаще указывают гуманитарии.


Отношение к курению

В отношении к курению видна противоположная ситуация. Пользователи из класса «гуманитарий» чаще указывают позитивное отношение к курению. Видно, что не все значения отличаются от статистически значимых (некоторые доверительные интервалы включают значение 0.5, значит нельзя заявлять о различии), но тенденция все равно интересная.


Семейное положение и главное в жизни

По признаку «семейное положение» сильный перекос есть только в двух: «всё сложно» и «в активном поиске». Они оба смещены в сторону «гуманитарий».

По признаку «главное в жизни» — значимое отклонение есть только по одному — «красота и искусство», — и оно в сторону класса «гуманитарий».


Время активности

Построим распределение активности пользователей в разное время суток.

По графику видно, что в ночные часы (с 11 до 2) количество комментариев от класса «технарь» значительно больше. Это говорит о более «ночном» образе жизни пользователей этого класса. Также видно, что наименьшая активность наблюдается в 5-6 часов утра. Тем не менее, начиная с 4-х часов утра, количество комментариев от пользователей класса «гуманитарий» значительно больше, что говорит о более раннем времени подъема.


Примеры комментариев

Перед дальнейшим анализом можно посмотреть сами комментарии. Далее представлены несколько примеров из обеих групп.

Класс «технарь»: «Антон, ты когда-нить на заблокированных колесах останавливался? Какой тормозной путь получается?», «поддержим своих, конечно ) 21-го на Труде )», «Первое фото очень оригинально и весьма красиво!».

Класс «гуманитарий»: «Очень симпотичные котятки’, ‘=)))», «По — моему, делается всё для того, чтобы дети знали, как можно больше о наркотиках.», «я не успеваю за скоростью твоей мысли))))я безнадежен».

Видно, что комментарии написаны на разные темы. Можно постараться найти различия в затрагиваемых тематиках. Слова нужно будет привести к начальной форме, чтобы избежать множества похожих слов, одинаковых по смыслу. Возможно даже простое выделение используемых слов сможет хорошо разделять два класса. Также большое внимание нужно уделить используемым смайлам, эмодзи и пунктуации.


Предобработка данных

Первоначально необходимо удалить из выборки слишком длинные и слишком короткие комментарии. Они могут помешать обобщать моделям. Максимальная длина была ограничена 50-ю словами, а минимальная – 3-мя словами. Далее необходимо избавиться от спама. Сначала были удалены все комментарии, которые включали в себя ссылки на сторонние сайты, их оказалось менее 1%. Затем были удалены сообщения, которые повторялись более 2х раз, а значит были спамом, тоже менее 1%.

В данных было очень много обращений. В комментариях можно обращаться к определённому человеку через ссылку на его страницу. При скачивание через API имена заменяются на id страницы пользователя. Чтобы не засорять модель информацией об id, а также не допустить запоминания конкретных личностей, все обращения были удалены.


Генерация признаков

После анализа и очистки данных в задачах машинного обучения начинается этап построения и отбора признаков. Полезность финальной модели напрямую зависит от количества и качества полученных признаков.

Прежде чем начать работу с текстом, его нужно токенизировать, то есть разбить на слова. Это можно сделать с помощью стемминга или лемматизации. Стемминг – это выделение основы слова, откидывание окончания. Например, слова: “демократия”, «демократический», “демократизация” приводятся к слову «демокр». Лемматизация – это приведение слова к начальной форме. Все три слова из предыдущего примера приводятся к слову “демократия”. В данной задаче лучше сработала лемматизация, выполненная с помощью библиотеки pyMorphy2.


Векторизация текста

Необходимо комментарии трансформировать в векторы, потому что большинство моделей машинного обучения принимают на вход численные векторы. Самый простой подход называется мешок слов: он считает количество вхождений в текст каждого из слов. Перед тем, как получать векторы таким способом, необходимо избавиться от стоп-слов. Это такие слова, которые встречаются очень часто и не несут смысловой нагрузки, например, «иначе», «это», «или» и так далее.

При таком подходе не учитывается порядок слов в предложение. Фразы «не черный кот» и «кот черный не» будут преобразованы к одинаковому вектору, потому что в них одинаковый набор слов. Чтобы решить эту проблему, можно использовать идущие подряд токены – N-граммы.

Такие же векторы признаков можно строить и на уровне символов. Текст разбивается на N-граммы символов, где N обычно берется равное трем. Слово «лесной» разобьётся на: «лес», «есн», «сно», «ной». Этот подход имеет большое преимущество: он более устойчив к новым словам, которых не было в обучающей выборке.

Также для векторизации текста использовался Tf-Idf. Это статистическая мера, используемая для оценки важности слова в контексте документа, являющегося частью коллекции документов или корпуса. Большой вес получают слова с высокой частотой в пределах конкретного документа и с низкой частотой употреблений в других документах. Более подробно на хабре, например здесь.

Последняя опробованная модель векторизации — word2vec. Векторное представление основывается на контекстной близости: слова, встречающиеся в тексте с одним контекстом, в векторном представлении будут иметь близкие координаты. В интернете можно найти уже обученные на больших корпусах модели, которые сопоставляют слову его вектор. Отличные примеры работы word2veс на хабре.


Другие признаки

Другими источниками признаков стали общие характеристики комментария. Они описывают комментарий в целом.

Пунктуационные признаки:


  • наличие прямой речи;
  • количество запятых, знаков вопроса, восклицательных знаков, многоточий;
  • количество смайлов вида «)», «))», «((».

Признаки содержания:


  • процент слов, написанных CapsLock-ом;
  • процент английских слов;
  • наличие большой буквы в начале предложения.

Общие признаки:


  • количество слов;
  • количество предложений;
  • средняя длина слова;
  • средняя длина предложения.

Процесс получения предсказаний

Получив вектор признаков, перейдем к обучению моделей. Использование ансамбля нескольких моделей вместо одной предпочтительнее, так как это повышает точность и уменьшает дисперсию предсказаний. Строится несколько моделей, затем они опрашиваются по каждому объекту, который нужно классифицировать, и победитель выбирается по большинству голосов, — принцип простого голосования.

Пользователи были разделены на две части в пропорции 80 к 20. На первой проводилось обучение моделей, на второй – тестирование. Так как классы были сбалансированы, то за метрику была взята точность (accuracy) – это отношение числа верно классифицированных примеров к общему количеству примеров.

Итоговая задача – классифицировать пользователей, но так как классификация осуществляется по текстовым комментариям, то модели будут классифицировать каждый комментарий по отдельности. Чтобы сделать предсказание для пользователя, будем выдавать наиболее частый класс, предсказываемый для его комментариев ансамблем моделей.
Каждая модель будет обучаться на своем подмножестве признаков. Таким образом, модели получаются более устойчивы к выбросам, их предсказания становятся менее коррелированы, и ошибка обобщения (generalization error) минимальна.


Используемые модели

Линейная регрессия – модель, которая линейно взвешивает входные признаки. Линейные модели хорошо подходят для задач с большим количеством разреженных признаков, а векторное представление текста как раз таким и является. Также можно интерпретировать веса перед признаками. Например в случае векторизации с помощью мешка слов, положительный вес перед словом означает, что вероятность принадлежности к первому классу больше.

Многослойная нейронная сеть – модель, которая состоит из нескольких слоев с нейронами. Благодаря неоднократному применению функции активации, нейронная сеть представляет собой нелинейную функцию, что позволяет, теоретически, захватывать более сложные зависимости в данных.

Рекуррентная нейронная сеть – вид нейронной сети, который был специально создан для моделирования и анализа последовательностей (например, слов или символов). С помощью такой модели получается учитывать не только наличие конкретных признаков, но и их порядок.

Предсказания нейронных сетей намного сложнее интерпретировать. Чтобы получить хорошие результаты, нужно перебрать множество гиперпараметров: количество нейронов, количество слоев, величину регуляризации и другие. Для обучения нейронных сетей использовался фреймворк Keras. Более подробно о нейронных сетях можно почитать в серии статей на хабре.

Три модели, которые были перечислены выше, принимают на вход комментарии с различными вариантами векторизации: мешок слов, Tf-Idf, word2vec. Техника мешка слов применялась как на на уровне слов, так и на уровне символов. Как было сказано выше, чем больше разных моделей, тем лучше, поэтому были отобраны несколько вариантов одних и тех же моделей с различными гиперпараметрами.

Последняя модель – градиентный бустинг деревьев. Этот алгоритм показывает хорошие результаты в случае работы с количественными и категориальными признаками. В отличие от предыдущих моделей, она обучалась на общих характеристиках комментария (количество запятых, средняя длина слова и других статистиках). Использовалась библиотека XGBoost.

С помощью валидации были выбраны модели, которые показывали лучшее качество на уровне пользователей. Они и вошли в финальный ансамбль. Также была проанализирована корреляция между предсказаниями моделей.

Можно заметить, что сильнее всего отличались предсказания моделей градиентного бустинга (xgb) и рекуррентной сети на уровне символов (lstm_char). Строка prediction — ансамбль всех моделей.

Модели выбирались в ансамбль не только по точности, но и по некоррелированности предсказаний. Если две модели имеют одинаковую точность и очень похожи, — толку от их усреднения не будет.


Результаты

Качество финальной модели зависит от минимального количества комментариев, которое будет использоваться для классификации одного пользователя. В теории, чем больше комментариев, тем лучше.

Однако при увеличении минимального количества комментариев от одного человека, уменьшается число человек, имеющих данное или большее кол-во комментариев, т.е. уменьшается размер обучающей выборки. Например, 2 и более комментария имеют примерно 4000 человек, а 10 и более комментариев – менее 1000. Этим объясняется снижение точности классификации при увеличении количества комментариев одного пользователя до 11-ти и больших значениях.

Наилучшая точность, равная 0.66, достигается при использование 11 комментариев от одного человека. Этого результата недостаточно, чтобы говорить об успешном решении поставленной задачи классификации, но все же эта точность превосходит качество предсказаний с помощью бросания монетки. В дальнейшем результаты можно улучшить путем сбора большего количества данных.

Наиболее важными для модели градиентного бустинга, не использующей непосредственно слова комментариев, оказались следующие признаки:


  • средняя длина слова;
  • количество слов;
  • доля английских слов в комментарии;
  • использование восклицательного знака.

С помощью библиотеки eli5 визуализируем предсказания линейной модели, работающей поверх представления текста в виде мешка слов:

На уровне символов:

Зеленым подсвечены слова и символы, которые вносят максимальный вклад в предсказанный класс, а красным которые вносят вклад в противоположный класс. y = 1 означает, что модель предсказывает класс гуманитарий, y = 0 — технарь.


Веб-сервис

Для демонстрации работы я развернул модель в качестве веб-сервиса. В качестве бэкенда был использован Flask, простой дизайн сделан с помощью Bootstrap, а для хостинга был взят Heroku. Попробовать на себе можно по адресу www.commentsanalysis.ru.

Важным ограничением стало время формирования одного предсказания. Из-за этого было решено оставить лишь 5 лучших линейных моделей для ансамбля.

На сайте четыре основных блока: краткая инструкция, поле со случайным комментарием, поле для ввода комментария пользователя и поле с результатом классификации. После того, как будет введено не менее 5 комментариев, результат может быть предсказан.

Теперь, когда система разработана и запущена, можно подумать об ее применении. Например, студентов-гуманитариев, учащихся на технических факультетах, можно автоматически переводить на более подходящие им факультеты.

Ссылка на GitHub.

P.S: огромное спасибо olferuk за правку текста.

Как гуманитарию полюбить исследование технологий, рассказал ученый Европейского университета Николай Руденко

Университет ИТМО и Европейский университет запустили цикл открытых лекций в рамках новой магистерской программы «Наука и технологии в обществе». Во время лекций, которые пройдут в мае и июне в Музее советских игровых автоматов, ученые расскажут о современных технологиях и науке: поговорят о хайтек-предпринимательстве, роли онлайн-игр в совершении научных открытий, современных исследованиях науки и технологий и многом другом. В рамках первой лекции цикла Николай Руденко, научный сотрудник Центра STS и кандидат социологических наук, рассказал о том, почему гуманитарии и «технари» такие разные, что такое технооптимизм и технопессимизм и как гуманитарию перестать бояться и полюбить исследование технологий. 

Мир технологий и мир культуры  

Мы привыкли разделять людей на «технарей» и гуманитариев. Статистика за 2016 год говорит о том, что среди поступающих студентов РФ гуманитариев было больше 600 тысяч человек, а «технарей» порядка 500 тысяч. Таким образом, общество практически поровну делится на тех, кто занимается технологиями (придумывает их, разрабатывает, внедряет в жизнь) и тех, кто занимается образами, дискурсами, словами, которые выстраиваются вокруг технологий или же в отрыве от них. Мир технологий и мир культуры – это две части профессиональной культуры, представленные так или иначе во всем мире. 

Различия «технарей» и гуманитариев многим известны и понятны. Так, если работа инженера или программиста более-менее универсальна для всего мира и представитель такой профессии может сменить место жительства с относительной легкостью, для гуманитария необходимо будет познакомиться с культурным контекстом страны, в которую он переехал, чтобы заниматься своим делом. Также программист сможет с легкостью найти работу в крупной компании, в то время как гуманитарию традиционно это сделать гораздо тяжелее.

На вопрос, откуда взялось такое деление, ответ дает английский писатель и ученый Чарльз Сноу. В 1959 году ученый публикует лекцию, прочитанную им ранее в Кембридже, которая называется «Две культуры». На одном полюсе ученый представляет художественную интеллигенцию (гуманитарии), а на другом – ученых и инженеров. Для него две культуры отличаются между собой ритуалами, отношением друг к другу и миру в целом. Так, ученый говорит, что для интеллигенции характерны упаднические настроения, критика мира, трагичность, моральная западня, вызванная глубокой саморефлексией. Также Сноу отмечает, что гуманитарии читают традиционную литературу, но не знают естественные науки (физику). При этом ученые и инженеры мало читают художественную литературу и получить хорошую работу для них легче, чем для гуманитариев. Эта тенденция сохраняется во многих местах и сегодня. Также в «технарях» Чарльз Сноу видит в основном консервативных людей, которые создают технологии для мира здесь и сейчас, они редко хотят что-то изменить. Говоря современным языком, большинство технарей придерживаются умеренных политических взглядов, в то время как гуманитарии обычно тяготеют к левым взглядам.

Гуманитарии и технари. Источник: unium.ru

По мнению Сноу, такое разделение – следствие образования. Пока «технарей» обучают математике и инженерным наукам, гуманитарии читают литературу и историю социологической мысли. Причем в некоторых странах высшее образование узко специализированное и не подразумевает, что и те, и другие познакомятся с обязательной базой – например, Диккенса в Великобритании читают далеко не все.

Другой ответ дает английский историк Реймонд Уильямс: различия исходят из ответа на вызовы промышленной революции. По мнению историка, гуманитарии – порождение «технарей». Когда в конце 18 века возникла промышленная революция, она изменила уклад жизни людей полностью. Так, у крестьян отнимали земли и заставляли работать по 14 часов в день на фабриках, где им мало платили и где работали их дети (уже в семилетнем возрасте ребенок стоял за станком, у него могло даже не быть перерыва на обед). Промышленная революция привела к ухудшению положения нескольких категорий общества, несмотря на ту блестящую историю успеха, о которой мы привыкли читать. Гуманитарии, которые были озабочены состоянием общества, забили тревогу. Уильямс показывает, как многие классики английской литературы обращаются к промышленной революции и критикуют ее. Они же решили придумать идею, объединяющую не вокруг экономики, и приходят к идее культуры. 

Культура возникает постепенно как образ морального единства, не зависящий от экономики, но объединяющий через общие привычки, ритуалы, язык. Ее создатели верят, что культура способствует совершенствованию. Появление идеи культуры и ее автономность сегодня обусловлены большим количеством стараний и мыслительной работы интеллектуалов. Создание культуры как концепта велось параллельно с промышленной революцией и тем образом жизни, который она диктовала. Так, одним из основных символов 19 века стали всемирные выставки, в рамках которых разные страны демонстрировали технические достижения и одновременно культурные особенности. Так, самая известная выставка прошла в Париже в 1900 году. На ней можно было увидеть воздушные шары и различные машины, но в это же время элементы национальной культуры, например, архитектуру (так, российский павильон заимствовал элементы Московского и Казанского Кремля). И то, и другое характеризует время, когда создавались невероятные разработки в промышленности и технологиях и был расцвет культуры, в том числе национальной. В итоге с одной стороны сформировалась профессиональная культура «технарей», а с другой – гуманитариев. Сегодня мы участники этой системы.

Лекция Николая Руденко «Как гуманитарию перестать бояться и полюбить исследование технологий»

Эпоха падения инженеров и контркультура

Подобным образом ситуация складывалась до середины 20 века, после 1950-ого года началось нарастание напряжения между техническими и гуманитарными специальностями. Именно в это время общество, пользующееся благами умов ученых и инженеров (железные дороги, телеграф, канализация), задумалось о том, насколько высокую цену оно платит за технологии в своей жизни. Именно в этот период начинают обсуждать вопросы появления экологических проблем в связи с развитием и использованием новых технологий, а также проблемы безопасности людей при использовании этих технологий.

В это же время (1950-60-е гг.) возникают контркультурные движения (битники, хиппи и другие), лозунгами которых в том числе становится критика технологий. Историк контркультуры Теодор Роззак в «Создании контркультуры» пишет о том, что техкнократия стала проблемой, а молодежь, которая приезжает в университеты за свободным выбором и самовыражением, обнаруживает, что «крупные университеты служат совсем иному политическому порядку: связанные контрактами с милитаристами в правительстве, они процветали на ядерной физике». Для США в тот момент остро стояла проблема участия во Вьетнамской войне, и напряжение в обществе продолжало нарастать. Если сегодня мы можем видеть всемирные акции в защиту научных фактов против fake news (Всемирный «Марш в защиту науки»), то еще лет 40-50 ситуация была обратной. Связано это с тем, что ученые работали на большие компании и правительство, а не на отдельных людей.

В момент напряжения зарождается дисциплина исследования науки и технологий, которая связана с гражданской позицией стремления к более реальной науке – контролю действий ученых и обозначению этических границ. В 1960-е годы появляется дилемма Коллиндриджа, идея которой заключается в контроле инноваций. Коллиндридж говорит, что на раннем этапе развития технологии человек не может предсказать всех рисков, которые она несет для человека, а в момент, когда мы про нее знаем достаточно, мы уже не можем что-либо изменить, потому что к этому времени она введена в эксплуатацию. Исследователь был внутри подхода, который называется «оценка технологий» и выступил за то, чтобы с самого начала регулировать технологию, изучая ее возможности и предсказывая, как она будет развиваться, контролируя ее на каждом этапе и не допуская вредных эффектов.    

«Марш в защиту науки». Источник: fortune.com

Технопессимизм, технооптимизм и технореализм  

Ближе к 1970-ым годам английский писатель Лео Маркс описал идею технодепрессии. В какой-то момент мысль о том, что вокруг людей огромное количество технологий, от которых невозможно отказаться и что-либо изменить, стала доминировать в западном обществе. После того, как произошли крупные техногенные аварии (Чернобыльская АЭС), технодепрессия стала усиливаться. Люди стали понимать, что, даже если в таких сложных технических системах происходят сбои, они все еще должны жить с ними. Напряжение достигло пика и переродилось в депрессию (но не у всех).

Ярким примером проявления технодепрессии стала деятельность Теда Качински, известного также как Унабомбер. Сделав в 1960-е годы блестящую карьеру математика в Беркли, в какой-то момент ученый понял, что больше не хочет жить в технологической цивилизации и уехал жить в леса Монтаны (штат США). Столкнувшись и там с наступлением технологического прогресса, в знак протеста ученый стал рассылать бомбы людям, по его мнению, ответственным за технологизацию общества – инженерам, ученым, работникам авиаиндустрии. Пример Теда Качински – воплощение нарыва между двумя культурами, одна из которых создала технологии, а другая пыталась найти выходы и нашла через острую критику технологий, которая, в свою очередь, у Теда Качински переросла в терроризм.   

Технодепрессия появилась как следствие технопессимизма, идеи которого заключаются в том, что технологии принесут зло, от них необходимо освобождаться и искать иные пути развития. Сегодня чаще всего технопессимистами бывают гуманитарии, которые часто критикуют технологии, или консервативные слои населения (жители небольших городов, у которых нет возможности осваивать новое). В противовес технопессимизму выступает технооптимизм. Так, СССР была страной победившего технооптимизма, поэтому западное напряжение между двумя культурами для многих жителей постсоветского пространства осталось незамеченным.

Лекция Николая Руденко «Как гуманитарию перестать бояться и полюбить исследование технологий»

Между сторонниками научно-технического развития (технооптимистами) и его противниками (технопессимистами) стоят технореалисты, которые пытаются прийти к разработчикам технологии и ее пользователям, чтобы понять и исследовать, как применяется технология. Научная дисциплина STS (Исследования науки и технологий от англ. Science and Technology Studies) берет свои начала в технореализме.

Как гуманитарию полюбить исследование технологий

Прежде всего, понять, что технологии важны и интересны. Сегодня исследователи выделяют три типа любви: филия (любовь, основанная на уважении, признании добродетели в другом и на взаимоотдаче), эрос (любовь, основанная на идее поиска в другом объекте (человек или идеи) качеств, которых сам ты лишен, и желании обладать этим объектом, чтобы достичь совершенства), агапе (проявление любви к ближнему, присущей данному человеку в целом, исходит из любви христианского бога к людям). Все эти три вида любви можно применить к миру технологий.

Так, филия может проявиться в случае, когда ты проникаешься уважением к тем алгоритмам, которые действуют автономно и зачастую помогают людям наладить их жизнь (например, приложение, которое помогает записаться на повторный водительский экзамен, может помочь человеку вовремя получить работу). В этом случае ты даешь самостоятельно движущейся системе дистанцию, позволяешь существовать в мире с собой, предоставляя ей собственное место.

Лекция Николая Руденко «Как гуманитарию перестать бояться и полюбить исследование технологий»

Любовь к технологиям может быть и второго типа – эросом. Обычно это случается, когда человек с помощью технических решений может увеличить свою эффективность и возобладать функциями, которых раньше у него не было (в некотором смысле достичь совершенства) и быть за это благодарным. Так, при появлении модемов люди смогли подключаться к сети и быть погруженными в электронный мир, где они обмениваются информацией, работают и проводят значительную часть жизни.

Агапе случается тогда, когда вещь становится равной человеку в том смысле, что к ней нужно относиться с той же серьезностью, как к социальным институтам и другим людям. Когда мы видим новую технологию, мы не должны делать преждевременные выводы, для начала необходимо погрузиться в ее сложную сеть.

Так мы отдаем должное технологии, учимся у нее и делаем мир более богатым. Все три способа полюбить исследование технологий и сами технологии – история о вступлении в удивительные отношения с объектом, которое дает новое измерение мира, а человек, в свою очередь, дает этому объекту возможность существовать. 

Перейти к содержанию

Технари и гуманитарии – Качество жизни определяется количеством мгновений, которые нам бы хотелось остановить — ЖЖ

Задумалась о том, что не могу однозначно сказать, кто мои старшие дети – гуманитарии или технари. Это интересно. Какие именно характеристики это определяют?..

У обоих нет никаких проблем с изучением математики. Что-то легче дается, что-то сложнее, но в целом – нет проблем. Для поступления в вуз в Турции иностранцы сдают именно математику, потому дети занимаются ею с хорошими учителями класса с 6-7. Ваня полтора года изучал Python, давалось без проблем, но потом заскучал, переключился на 3D-моделирование.

Также нет проблем с физикой и химией. В разные периоды эти науки они изучали разными способами – и Женя преподавал физику, и брали курсы типа увлекательная химия, и занимались с уителями индивидуально, сейчас это групповые занятия. Ваня брал отдельные курсы по квантовой физике, читал доп литературу с интересом. Федя одно время зачитывался книжками по химии, сейчас здорово увлекся задачами по физике (проходит соответствующий курс).

Технари?

При этом Ваня – фанат чтения, читает запоем, очень интересуется критикой, пишет свой роман. Берет курсы по изучения классической литературы, по творчеству поэтов, сейчас добавилась политология. Очень любит что-то мастерить руками. Обожает кино и кинокритику, обсуждения сюжетов, игры актеров, саундтреков – это его.

Несколько лет был нацелен на поступление на технические специальности, сейчас сместил фокус на филологию и литературу. Не исключаю, что все еще может кардинально поменяться (благо, экзамен тут все равно один и тот же на все факультеты).

Федя постоянно рисует. Разные материалы, разные техники. Изучает фотошоп. Очень любит свой доп курс “8 рассказов”, где читают и обсуждают определенные рассказы в группе.

Обоим хорошо даются языки, они изучают сразу 4 – украинский, английский, турецкий, русский. Не скажу, что они прям полиглоты, но дело идет хорошо, им интересно! Федя и французские слова выписывал, и еще какие-то, заучивал…

Гуманитарии?

А может дело в преподавателях и можно любую науку дать детям так, что она их увлечет? Или все предопределено, а мы просто не может определиться, куда нам, к умным или к красивым? 🙂

Я в школе считала себя гуманитарием, так как очень любила русский язык и много читала. Но у меня была великолепная учительница по русскому языку, как она преподавала! Математику я сдавала на 4. Мне было скучно, но не потому, что мне это не давалось – нет, как раз давалось легко. Мне очень нравится четкость и определенность математики, люблю, когда все сходится, люблю работать с цифрами и данными. Но у меня был совершенно мне не подходящий учитель по этому предмету, и я сдавала его чисто на своих способностях и без любви. Был бы другой, я могла бы стать увлеченным технарем, я этом у меня сомнений нет.

Вы технарь или гуманитарий? Как определили? А что у ваших подростков с направлениями? Как их определяете?

Empower 2021: Интервью с автором «Технического гуманиста» Кейт О’Нил

Кейт О’Нил – автор, основной докладчик, советник из списка Fortune 500 и эксперт по стратегии опыта, цель которого – помочь человечеству подготовиться к технологичному будущему. обучение бизнеса тому, как создавать технологии, которые лучше подходят для людей. Интегрированный мыслитель и теоретик, Кейт делает свою работу в качестве основателя и главного технического гуманиста KO Insights, чтобы исследовать ориентированную на человека цифровую трансформацию, будущее работы и человеческих рабочих мест, а также человеческий смысл во все более автоматизированном мире.

Нам посчастливилось сесть с Кейт перед ее основным докладом в Empower «Сделать будущее, основанное на технологиях, более человечным», чтобы узнать больше о создании значимого человеческого опыта в сфере технологий для стимулирования цифровой трансформации.

1. Что такое технический гуманизм для тех, кто не знаком с этим термином?

Технический гуманизм – это сосредоточение человека на отношениях между технологией и человечеством, а также на взгляд на эти отношения через призму бизнеса, который, как я считаю, является основным средством, которое ставит технологии на путь человечества.Таким образом, он сосредоточен на том, чтобы сделать технологически ориентированный опыт более согласованным между бизнес-целями и человеческими результатами, что означает оптимизацию того, что делает этот опыт значимым для людей, а затем использование технологий, где и когда это имеет смысл, для усиления, измерения и углубления этого выравнивание. По совпадению, этот процесс согласования также имеет тенденцию делать отношения более прибыльными для бизнеса.

2. В своей книге вы говорите об использовании цели как стратегии. Как это выглядит на индивидуальном уровне и на уровне организации?

Использование цели в качестве ключевого входа в стратегию означает однократную и, возможно, периодическую оценку того, что является движущим принципом отдельного лица или организации: например, для чего компания существует и пытается делать в масштабе.

На индивидуальном уровне это упражнение может помочь нам распознать, что нами движет, что заставляет нас чувствовать себя выполненными, что связывает нас с окружающими нас людьми и как помнить об этих ценностях и приоритетах при взаимодействии с такими технологиями, как социальные СМИ, чтобы технологии, которые мы используем, действительно улучшили нашу жизнь.

В организации это дает большую ясность всему, что вытекает из этой артикуляции: ценности, приоритеты, соображения бренда, дизайн опыта и так далее, вплоть до моделирования данных и внедрения технологий.

3.

Как вы определяете значимый человеческий опыт в технологической культуре? Как мы можем это измерить?

Когда мы думаем о значении, думаем ли мы о нем более семантическим, языково-ориентированным или более космическим, экзистенциальным способом, то, что мы всегда исследуем, имеет значение. Таким образом, идея смысла в контексте опыта – это ключ, который помогает нам в разработке, уделяя особое внимание тому, что имеет значение: что важно для человека, который является пользователем или клиентом, и что важно для согласования отношений между компанией и человек вне компании.

С точки зрения измерения значения это, конечно, проблема. Но вы можете подумать о концепциях, которые могут быть смежными со смыслом или на которые может повлиять значимый опыт, например, лояльность клиентов.

В качестве опережающих индикаторов мы могли бы взглянуть на показатели, связанные с удобством использования – они часто предсказывают значимый опыт. Но по большей части мы хотим искать интегрированные представления о системе, а не просто разовые показатели, которые могут быть легко переопределены, могут вводить в заблуждение или могут быть самореализующимися или самоуничтожающимися – например, если Компания электронной коммерции оптимизирует весь свой бизнес только за счет покупок, они могут упускать из виду повторные покупки или продление, и это может быть гораздо более значимым показателем того, удовлетворяет ли бизнес потребности и ожидания клиентов с помощью опыта, который у людей есть.

4. С какими наиболее серьезными проблемами сталкиваются организации при согласовании своей цели, бренда и культуры со своими стратегиями цифровой трансформации? Как они могут преодолеть эти проблемы?

Одна из проблем заключается в том, что этот ориентированный на человека подход не всегда находит отражение в доминирующей деловой лексике. Многие бизнес-лидеры привыкли управлять своими компаниями, ориентируясь на рост и / или прибыль и думая о масштабе. И, безусловно, это полезные, актуальные концепции при построении и ведении бизнеса, но они по замыслу отражают только одно измерение: финансы.Бизнес многогранен: да, вам нужны здоровые финансы для управления компанией, но вы не можете оптимизировать только финансы, иначе вы неизбежно будете принимать решения, которые могут быть недальновидными, несфокусированными и привести к отсутствию руководства командой и согласованность.

Связанная с этим проблема заключается в том, что многим руководителям бизнеса кажется естественным приступить к цифровой трансформации, думая о технологиях, которые будут необходимы. Но начинать не с этого места. Мы всегда должны начинать с размышлений о согласовании между тем, что делает бизнес успешным, и тем, что делает людей вокруг бизнеса – сотрудников, клиентов и других заинтересованных сторон – успешными.Никому не нужна стратегия искусственного интеллекта; им нужна стратегия, например, для быстрой обработки больших объемов вопросов поддержки клиентов и определения того, какие из них являются простыми и должны обрабатываться как можно быстрее и эффективнее, по сравнению с тем, которые требуют детального вмешательства квалифицированных специалистов-людей, которые хорошо обучены и хорошо оплачиваются. Эта последняя проблема, вероятно, будет отличным кандидатом для решения с помощью интеллектуального автоматизированного решения, но она не начинается с представления об ИИ как о молотке, в котором все выглядит как гвоздь.

5. Как мы можем использовать технологические практики, ориентированные на человека, для повышения лояльности и удержания клиентов в отвлеченном мире?

Поощряйте задавать вопросы. Поощряйте гуманизированный язык: вместо того, чтобы всегда говорить «пользователи» или «клиенты», говорите «люди», когда вы имеете в виду «людей». Получите четкое представление о том, какие человеческие проблемы вы пытаетесь решить в масштабе, и побудите команды переводить свою собственную работу на то, как она помогает компании решать эти проблемы.

6. COVID-19 привел к серьезным проблемам и сбоям почти во всех отраслях.

Какие шаги вы порекомендовали бы организациям предпринять, чтобы переосмыслить бизнес-операции, чтобы быть готовыми к будущему в то время, когда сбои становятся все более распространенными?

Сохраняйте оптимизм, но помните о рисках, с которыми вы сталкиваетесь, чтобы не позволить им подкрасться к вам.
Подумайте о работе, которую необходимо выполнить, отдельно от рутинных процедур и мест, посредством которых и в которых эта работа выполнялась исторически, и вы можете увидеть возможности отделить устаревшие ожидания от рабочего места или должностных функций.

Привлекайте членов команды, чтобы они помогли переосмыслить их рабочий процесс: некоторые из них очень хотят вернуться к работе в командных условиях в офисах, потому что они преуспевают в этих условиях, а другие отчаянно надеются остаться дома после COVID-19, потому что они процветают в этой обстановке. Каким бы ни был старый способ, скорее всего, он не обязательно будет тем, к чему вы вернетесь. У вас есть возможность заново изобрести командную работу и культуру в удаленных и распределенных командах и проектах, и готовность к будущему, которую это принесет, вполне может быть неизмеримо огромной.

7. Наш мир становится все более автоматизированным с внедрением ИИ в бизнес и нашу повседневную жизнь. В Laserfiche мы наблюдаем растущее число случаев использования ИИ и машинного обучения в наших продуктах, в нашей деятельности и среди наших клиентов.

О чем мы должны помнить, двигаясь к будущему в сфере труда, который все в большей степени будет зависеть от искусственного интеллекта?

Искусственный интеллект и некоторые другие развивающиеся технологии будут иметь новые возможности и масштабируемость, как никогда раньше. Это означает, что у нас есть все возрастающее обязательство ответственно относиться к миру, который мы строим с их помощью.Я искренне верю, что мы можем использовать новые технологии в бизнесе и за его пределами, в городах, неправительственных организациях и за их пределами, для масштабного решения человеческих проблем. Я вижу реальный потенциал сделать лучшее будущее для большинства людей.

8. По мере того, как мы приближаемся к 2021 году, как вы видите изменение роли технологического гуманизма в более широком общественном диалоге?

Я обнаружил, что примерно каждые 3-5 лет моя работа слегка поворачивается к новому фокусу. Это не поворот, это обычно больше похоже на точную настройку.Обычно это формируется моими собственными исследованиями и разработкой контента, но также зависит от того, что происходит в мире вокруг нас. Очевидно, что в прошлом году COVID-19 занял центральное место, но это был также год огромного социального и расового пробуждения. Движение технических гуманистов не было исключением, и многие дискуссии, которые я проводил и в которых участвовал, как для клиентов, так и в моем собственном шоу, касались широкого воздействия технологий на маргинальные сообщества с точки зрения систем наблюдения и неравенства в занятости. и лидерство, доступ к стартовому капиталу и многие другие вопросы.Я ожидаю, что это направление исследований и приоритет будет продолжать расти, и я думаю, что особенно важно для тех из нас, у кого есть относительно большая привилегия, убедиться, что разговор действительно продолжается и что он ведет к практическим изменениям.

Точно так же похоже, что мы находимся на пороге прорыва в понимании того, как технологии влияют на человечество с точки зрения изменения климата и климатической справедливости. Для меня было честью возглавить дискуссионную группу на Саммите ООН по изменению климата COP25 в Мадриде в декабре 2019 года, в котором лидеры технологий со всего мира обсуждали, как использовать ИИ и другие новые технологии для борьбы с изменением климата.Этот разговор ускоряется, и возможностей здесь предостаточно.

Итак, в целом, мои текущие исследования и писательская работа сосредоточены на том, чтобы исходить из того, откуда технический гуманист привел меня к идее смотреть на эти и другие проблемы будущего, используя все инструменты, имеющиеся в нашем распоряжении, и с оптимизмом и вниманием. дух, готовый сделать работу, чтобы сделать ее лучше. Я с нетерпением жду возможности вынести некоторые из этих новых идей на сцену – настоящую сцену, если повезет! – и уточняю их, когда я запускаю следующую книгу.

Участники Empower 2021: выиграйте бесплатный экземпляр книги Кейт «Технический гуманист»

Чтобы узнать больше об этих идеях, ознакомьтесь с книгой Кейт О’Нил «Технический гуманист: как сделать технологии лучше для бизнеса и лучше для людей» ». У участников ее выступления есть шанс выиграть подписанный экземпляр ее книги.

: Технический гуманист Кейт никогда не поздно что мы врезаемся в гипер-подключенную экономику.

Мы пережили путь агентов изменений, обещающих потрясти самые основы того, как мы ведем бизнес, как мы взаимодействуем с нашими клиентами, нашими партнерами и нашими сотрудниками; как мы структурируем наши бизнес-операции; как мы строим и поставляем наши ИТ-магистрали; как мы балансируем наши портфели устаревших систем с суперподключенными платформами; как мы исследуем попурри из решений для аналитики, автоматизации и искусственного интеллекта, чтобы сделать нас достаточно умными, чтобы держать наш бизнес впереди конкурентов, где фронт-офис может предугадывать потребности наших клиентов, с операциями, ориентированными и точно настроенными для удовлетворения этих потребностей .

Итак, пришло время встретиться с одним из наших основных докладчиков, Кейт О’Нил, которая представит свою новую книгу «Технический гуманист» во время выступления «Как добиться успеха с помощью ориентированных на человека данных и технологий»…

Фил Фершт, генеральный директор и главный аналитик, HFS Research: Кейт, очень рада, что вы выступите на форуме FORA в Нью-Йорке в декабре этого года. Итак, не могли бы вы рассказать нам, о чем вы расскажете в своем основном докладе, и, может быть, немного о новой книге? Что на самом деле движет вашим мышлением в наши дни, с точки зрения того, куда мы идем, и что изменилось за последние пару лет?

Кейт О’Нил: Фил, спасибо, что пригласили меня, я очень рад выступить на Саммите, поэтому я могу поделиться некоторыми идеями из моей новой книги Tech Humanist , и когда я в последний раз выступал в последний раз, я только что опубликовал свою более раннюю работу « пикселей на месте». Тогда речь шла об интегрированном, подключенном, интеллектуальном опыте и данных, которые совместно используются физическим и цифровым уровнями. Я говорил о том, что люди являются связующей тканью между этими слоями мира, и как это означает, что мы должны уважать эти данные и защищать их, а также помнить о тех видах опыта, которые мы создаем, когда используем человеческие данные, чтобы сделать наш бизнес более успешным, что мы, безусловно, можем сделать, и для этого есть много возможностей.

Поговорив на эту тему в течение нескольких лет и развивая работу и исследования, которые я проводил в этой области, стало яснее, что это было частью большой истории и что есть еще кое-что, что можно сказать о работе по созданию значимого опыта вокруг. например, всевозможные новейшие технологии, автоматизация, искусственный интеллект, носимые устройства и Интернет вещей. Весь этот широкий спектр полного набора новых технологий, в основе которых лежат данные, и эти данные являются человеческими данными. Таким образом, становится действительно важным просто взглянуть на эту экосистему в целом и попытаться понять, что делать с этими данными, чтобы сделать наш бизнес настолько успешным, насколько это возможно, в рамках создания более значимого опыта для людей, и в этом случае с уважением относиться к данным, которые мы используем.

Phil: Что касается этой новой волны шума, Кейт, кажется, что мы находимся в четырехлетнем цикле ажиотажа, который первоначально был связан с цифровым прорывом.Затем люди поняли, как и почему они собираются быть нарушенными, поэтому они поняли это. Теперь было много довольно продвинутых размышлений об ИИ и о том, как это меняет парадигму дальше, и кажется, что мы почти возвращаемся к реальности и действительно выясняем, что это на самом деле означает для нашего бизнеса, нашей карьеры и нашей личной жизни. . Как вы думаете, станет ли 2019 год годом, когда мы поговорим примерно о реальных разговорах? Или вы думаете, что мы продолжим наблюдать это распространение шума, шумихи и довольно диковинных теорий? Как вы думаете, что произойдет?

Кейт: [Смех] Я думаю, что и то, и другое, Фил. Но я думаю, что вы правы, что есть этот цикл, когда некоторые из людей, у которых были некоторые из более ранних бесед в прошлые годы, теперь начинают видеть плоды доказательств концепции и ранних экспериментов, что приводит к большому количеству более последовательное понимание того, как эти вещи выглядят на практике.

Наши знания в области RPA и машинного обучения, например, расширились, и я думаю, что еще будет много теории и предположений, но я думаю, что будет важно провести такой теоретический разговор, потому что он будет способствовать тому, как мы Позиционируем идеи.Я думаю, будет интересно увидеть, как это соприкасается с реалиями практики и способами экспериментов.

Когда я случайно говорю с людьми о том, что большая часть моей работы связана с роботами и автоматизацией, они, кажется, думают о каком-то далеком будущем, когда на самом деле в миллионах домов уже есть Roomba и Alexa. Мы уже смотрим на реальность применения робототехники и автоматизации в наших домах и, конечно же, на рабочих местах. Мы привыкли к идее киосков самообслуживания и автоматизации типа самообслуживания, поэтому я думаю, что нам нужно провести гораздо более подробный разговор о том, как это выглядит, и что это означает для будущих видов работ, которые доступны для людей, и как мы сосуществуем на следующих этапах автоматизации и роботов на рабочем месте.

Фил: Одна из вещей, Кейт, что я нахожу действительно захватывающим, – это разработки в таких вещах, как объяснимый AI , где мы намного усерднее работаем с бизнес-пользователями над разработкой AI, так что это то, что движется людей, чтобы развивать бизнес-контекст, чтобы действительно быть чем-то, что мы контролируем, и мы проектируем, в отличие от этой какой-то внешней теории, что ИИ просто возьмет на себя все, все будет самоуправляемым.Итак, если вы посмотрите на то, как все больше людей, ориентированных на бизнес, привлекают к технологиям, например, когда RPA становится своего рода средством доступа к ИИ, как вы видите это развитие? Видите ли вы, как больше людей, ориентированных на бизнес, вовлекаются в разработку технологического уравнения? Или вы думаете, что это будет совсем другой сценарий?

Кейт: Я не вижу, чтобы один паттерн воспроизводился. В работе, которую я выполнял последние год или два, общаясь и консультируя компании по этому поводу, и как бы то ни было, как я вижу это как траекторию, кажется, есть несколько разных способов, которыми компании пользуются, как есть этот разговор.Некоторые из них находятся в залах заседаний, и они касаются в первую очередь отказа от стратегии и целенаправленного обсуждения, прежде чем организация сможет действительно осмысленно моделировать себя на основе данных и развертывать ускоряющие технологии. Но я думаю, что в некоторых организациях есть не менее действенный подход из-за культуры, ограничений и всего остального, более ориентированного на технологии, который исходит из ИТ-отделов или операционных отделов. Эти отделы смотрят, каковы возможности и возможности, а затем ускоряются вокруг них, чтобы получить некоторый импульс и иметь возможность поговорить о некоторых победах, прежде чем привлекать остальную часть исполнительной команды или остальное руководство.

Однако в компаниях, ориентированных на результат, когда нет немедленной окупаемости инвестиций от экспериментов с RPA или AI, собираются ли люди уйти от этого? Если это так, то проще всего будет сделать это просто домом для экспериментов в ИТ-отделе. Но если это то, что общее руководство компании видит в качестве четкого направления для компании и знает, что его нужно принять, несмотря ни на что: «Нам нужно понять это в долгосрочной перспективе», то я думаю, что это легко может быть управляемый на этом центральном исполнительном уровне.

Phil: Итак, одна из вещей, о которой мы немного поговорим в следующем месяце в Нью-Йорке, – это тот факт, что мы действительно прошли через три десятилетия, когда компании в значительной степени делали то же самое для 30 лет, но просто быстрее, дешевле, лучше, более агрессивно перемещать данные по организации и оцифровывать процессы. Но фундаментальная проблема заключалась в том, что компании, особенно в Global 2000, не меняли то, как они управляют процессами и отделами. Итак, HR всегда делал что-то в одну сторону: закупки в одну сторону, финансирование в одну сторону, например.Считаете ли вы, что мы дойдем до того момента, когда компании кардинально изменит свои роли и обязанности, а также способы их работы? Или вы думаете, что это происходит больше на уровне малого и среднего бизнеса, где у этих предприятий есть собственная автоматизация, собственный ИИ, и это почти другое правило для таких динозавров, традиционных организаций? Каким вы видите это развитие?

Кейт: Думаю, Фил, это тоже своего рода комплимент. Вы, конечно, можете видеть, где у малых и средних компаний есть своего рода преимущество в гибкости, поскольку они могут легко адаптировать свою организацию к новым технологиям, но очевидно, что на стороне более крупного предприятия у вас есть масштаб, и у вас есть, если вы можете добиться согласованности в организационном и оперативном плане для развертывания своего рода дорожной карты, тогда, я думаю, вы действительно можете использовать эти активы и использовать свой масштаб, чтобы заставить эту работу работать.Итак, я думаю, что ключ, похоже, в том, что я возвращаюсь к этой идее стратегической цели, и преимущество цели, как мне кажется, в этом контексте состоит в том, что цель действительно помогает людям быть мотивированными и помогает людям оставаться на плаву. верный путь, а также способ воплощения идеи в конкретную операционную логистику, которая действительно подходит для машин.

Итак, если вы дойдете до точки, в которой вы четко сформулируете, для чего существует ваш бизнес и что он пытается делать в масштабе, в этом смысле стратегической цели, я считаю, что это один из способов в котором мы фактически добираемся до выравнивания культуры, выравнивания организации, выравнивания даже таких вещей, как операционные аспекты, такие как структуры встреч, иерархия, операционные роли и тому подобное. Так что в реальности этого так много нюансов, что, я думаю, это будет проявляться по-разному, для разных размеров организаций, но также и для разных «техноцентричностей» организации, насколько цифровой была эта организация в ее ДНК, чтобы Начнем с того, но я думаю, что для того, чтобы это сработало, не потребуется, возможно, универсальный подход.

Phil: Наконец, Кейт, не могли бы вы рассказать нашим читателям, где они могут купить вашу книгу, и рассказать о том, что они могут ожидать узнать?

Кейт: Да, конечно.Итак, вы можете найти Tech Humanist на Amazon и Barnes and Noble. Подзаголовок Tech Humanist : How You Can Make Technology Better for Business and Better for Humans , и идея заключается в согласовании, о чем мы только что говорили. Речь идет об идее, что, если технология в основе своей строится на улучшении человеческого опыта, если она использует человеческие данные, если речь идет о создании среды, в которой работают люди, то это также возможность для бизнеса. Компании могут использовать эти крючки, если хотите, чтобы создать более значимый и запоминающийся опыт, который поможет успешно масштабировать бизнес, а также создаст максимальные возможности для процветания людей в среде, где все больше будет управляться машинами. . Итак, я думаю, что мы смотрим на реальность, в которой большая часть нашего мира все больше управляется машинами и автоматизацией, и я думаю, что нам просто нужно подумать о том, как это будет происходить, как мы хотим, чтобы это выглядело и ощущалось. и как сделать бизнес успешным в этом контексте, а также помочь человечеству процветать.

Фил: Отличная Кейт! Нам не терпится увидеть вас снова в следующем месяце и провести вас перед фантастической аудиторией людей в поистине неприукрашенной беседе.

Кейт: То же самое, Фил, – это будет весело!

Art + Tech + Policy

Художники, технологи и лица, определяющие политику, часто вынуждены работать в пределах своих индивидуальных владений. Однако в рамках Digital Humanism такие инициативы, как The Grid, нацелены на объединение фокусов этих, казалось бы, взаимосвязанных областей, чтобы вернуть гуманизм в основу технологий. 16 марта 2021 года в Grid была проведена виртуальная панель на главном канале SXSW, на которой обсуждались Цифровой гуманизм – новая концепция, цель которой , возвращая людей и граждан в центр технологий и, таким образом, связанных с ними. политика. Поскольку искусство является инструментом мягкой силы, междисциплинарное сотрудничество между областями технологий и политики имеет решающее значение, по мнению всех представителей группы.

Объединяя области искусства, технологий и политики, соучредитель и президент The Grid Клара Блюм модерировала оживленную дискуссию с представителями соответствующих областей:

  • Посол ЕС Ставрос Ламбринидис , Европейский Союз в США

  • Герфрид Стокер , художественный директор Ars Electronica

  • Эрик Леб , исполнительный вице-президент по связям с правительством в Salesforce

Потому что технологии лежат в основе некоторых проблем и решений Эрик Лоэб подчеркнул, что «технологии занимают центральное место в обществе сейчас, а во всяком случае, в прошлом году». ..] ускорила цифровую трансформацию и увеличила масштаб и центральность. Посол Ставрос Ламбринидис этим подчеркнул важность «технологий для людей», где необходимо обеспечить основных прав человека в офлайне и онлайн и что любая передовая технология должна оцениваться по ее положительному влиянию на общество в целом.По его словам, «любая новая технология должна изменить нашу жизнь к лучшему».

Как отметила Клара Блум: « хотя технология всегда по своей сути человеческая, она не всегда гуманна. […] людей во всем мире заявляют о необходимости вернуть человека в центр технического развития, “безошибочный призыв к цифровому гуманизму. Все стороны в группе согласились, что междисциплинарное сотрудничество между художниками, технологами и политиками будет незаменимым, чтобы установить , что значит «быть человеком» перед лицом 4-й промышленной революции. Герфрид Стокер настоящим подчеркивает критическое предположение, лежащее в основе сосредоточения человечества в центре технологий, а именно, что «гуманизм, человечность и технологии должны быть [. ..] одним и тем же». Разделение соответствующих разрозненных элементов искусства, технологий и разработки политики и рассмотрение их как взаимосвязанных, следовательно, представляет собой представление «, почему мы, люди, изобретаем технологии – потому что мы хотим обогатить наши возможности, а не просто обогатить несколько человек », по словам Стокера.

Такие концепции, как The Grid, « внедрение художественного мышления в сферу технологий », следовательно, несут в себе огромный потенциал для разработки политики.Как подчеркнул Эрик Лоеб, это также относится и к частному сектору, где междисциплинарная открытость как для диалога, так и для критики может поднять компанию на совершенно новый уровень.

С Цифровой гуманизм в качестве нашей « северной звезды », ведущей нас через предстоящие вызовы, каждый бункер должен действовать как агент изменений, активно преодолевая барьеры в своих областях, чтобы создавать альянсы, которые могут гарантировать взаимопонимание. доверие и проложите путь для междисциплинарного сотрудничества между искусством + технологиями + политикой. ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ!

Лена Копецки

Жизнь с машиной: как технологический гуманизм спасет будущее работы – TeamEQ

По мере того, как мы переходим к новой технологической эре, мы сталкиваемся с захватывающим парадоксом: выживут предприятия, которые научатся быть «более человечными». Напротив, компании, которые призывают свои команды думать, действовать и учиться, как роботы, устареют.

Исследования показывают, что скоро более 50% рабочих мест будут заменены искусственным интеллектом и автоматизацией.Вместо того, чтобы рассматривать это как экзистенциальную угрозу, нам пора увидеть в этой трансформации возможность. Научиться жить с новой реальностью, предлагаемой ускоренными технологическими изменениями, делая наши команды более продуктивными и расширенными, означает использовать эту технологию, чтобы в центре внимания находились люди.

Человек в мире больших данных

Но как достичь этой, казалось бы, невыполнимой задачи? Технологии – это новая религия, данные более ценны, чем нефть, и крупные технологические компании определяют то, как мы потребляем, взаимодействуем друг с другом и даже воспринимаем реальность, которая нас окружает. Однако с каждым днем ​​мы все больше осознаем опасности, связанные с тем, что финансовые выгоды от технологий ставятся выше интересов людей.

Сегодня мы как никогда осознаем необходимость «переустановить» наши отношения с технологическими инструментами, которые революционизируют наш мир. Переход от пассивных сборщиков данных к людям, которые используют технологии как инструмент, расширяют их возможности, чтобы глубже понять, что значит быть человеком.

Эти новые отношения заменят технологические догмы, такие как связь, эффективность и скорость, на человеческую значимость, вовлеченность, благополучие и самореализацию.

Создание нового пространства

В TeamEQ наша миссия – использовать такие технологии, как данные и машинное обучение, чтобы открыть новое пространство для самореализации человека. Технологии как средство открытого общения и построения доверия. Технологии с «человеческим лицом».

Потому что многие атрибуты, которые делают нас людьми и дают нам более удовлетворенные и, следовательно, более продуктивные команды, не являются двоичными и невычислимыми. Интуиция, воображение, сочувствие, сострадание и эмоциональный интеллект: вещи, которые объединяют нас вместе и которые никогда не могут быть автоматизированы машиной.Вместо того чтобы рассматривать технологии как барьер для этих атрибутов, такие инструменты, как TeamEQ, могут помочь нам прислушиваться к реальным человеческим чувствам, стимулируя чувство принадлежности и поощряя творчество и благополучие в наших командах.

Итак, вместо того, чтобы пытаться «думать больше как машина», мы можем использовать такие инструменты, как TeamEQ, чтобы «думать больше как человек». Только так мы сможем защитить наш бизнес, повысить нашу производительность и построить лучшее будущее, в котором мы все заслуживаем жить.

Узнайте, как TeamEQ может повысить человеческий потенциал ваших команд, пройдя тест сегодня.

Тел .: Unsplash

Возможно, вас заинтересует…

Как быть цифровым гуманистом в международных отношениях: вызовы культурной технологической дипломатии Силиконовая долина

Технологии 1 стал самым актуальным вопросом нашего времени. Кто ее создает, кто ее контролирует, кто имеет к ней доступ, а кто нет – вот новые параметры, которые определяют возникающие структуры власти по всему миру. До недавнего времени большинство этих решений принималось в одностороннем порядке горсткой технических предпринимателей в Кремниевой долине и поддерживалось законами свободного и нерегулируемого рынка, неясные внутренние механизмы которого регуляторы во всем мире не понимали и не хотели препятствовать.Кремниевая долина, построенная на этом питательном гумусе, пережила длительный период экономического бума, подпитываемого технологическими достижениями. Во всем мире восхищаются своей способностью привлекать, казалось бы, безграничный приток человеческих талантов и венчурного капитала, этот регион стал символом юношеского утопического оптимизма и техно-утилитаризма. Он также создал мощную культуру, которая верит в необходимость разрушить существующие и создать новые рынки, в расширение масштабов для экспоненциального роста, а также в идею о том, что технологии могут решить любую проблему в мире без необходимости вмешательства государства. (О’Мара 2020, стр.30–32). Во многих смыслах Кремниевая долина стала феноменом поп-культуры, пробуждающим мечты и чаяния целого поколения.

Однако эйфория и бурное развитие технологического бума в Кремниевой долине недавно изменились. По всему политическому и идеологическому спектру крупные технологические компании, такие как Google, Facebook, Apple, Microsoft и Amazon, все чаще рассматриваются с подозрением из-за их беспрецедентного влияния и размера, которые на многих рынках сводятся к монопольной власти. Сумма многих тревожных инцидентов составила нарастающую волну, которая привела к глобальному падению популярности Кремниевой долины, а также к растущему призыву к правительственному вмешательству и возвращению национального государства.2018 год стал переломным для индустрии высоких технологий, подорвав ее уверенность в себе. Именно в том году генеральный директор Facebook Марк Цукерберг впервые должен был дать показания перед Конгрессом США и объяснить, казалось бы, плохо подготовленным законодателям, почему компания продавала личные данные своих пользователей и следовала бизнес-модели, основанной на таргетированной рекламе. В Европейском союзе восхищение Кремниевой долиной примерно в то же время сменилось желанием господствовать в крупных технологиях, особенно в связи с их влиянием на основные права и конфиденциальность.В мае 2018 года вступил в силу Общий регламент ЕС по защите данных (GDPR) – всеобъемлющий закон, который предоставил европейским гражданам и технологическим компаниям четкие инструкции по защите их прав на конфиденциальность в Интернете. Примерно в то же время мир осознавал, какую роль могут сыграть социальные сети в содействии геноциду, когда военные в Мьянме использовали Facebook для запуска безжалостной кампании дезинформации, нацеленной на группу мусульманского меньшинства рохинджа в стране.Технология потеряла невинность. И правительства, особенно в Европе, почувствовали себя воодушевленными. Конец эпохи саморегулирования уступил место новой форме диалога между технологическими компаниями и национальными государствами, основанному на новом смирении и возможности взаимного уважения и понимания.

Но текущий кризис, связанный с технологиями, также показал, насколько большинство регулирующих органов, политиков, политиков и дипломатов не подготовлены к ведению переговоров с представителями технологической индустрии на равных.В международных делах даже самые грамотные в цифровом отношении дипломаты и правительственные чиновники часто оказываются неспособными ориентироваться во всех аспектах цифровизации и ее влиянии на граждан. Новые технологии оказали гораздо более глубокое и постоянное влияние на наш мир, чем внешнеполитические институты часто могут осознавать. Традиционные области дипломатии, такие как геополитика, политика безопасности, международное право, многосторонность, права человека, сотрудничество в целях развития, консульские дела, а также культурная дипломатия, могли бы извлечь выгоду из некоторого новаторского духа, заложившего основу истории успеха Кремниевой долины, с тем чтобы идти в ногу с растущими темпами появления новых технологий.Если они не адаптируются, новые формы кибервойны и достижения в области искусственного интеллекта будут создавать беспрецедентную уязвимость для целых стран и международной системы в целом.

Связь имеет ключевое значение. Но часто кажется, что технологи и политики не говорят на одном языке. Язык порожден культурным контекстом, профессиональным опытом, образованием, мышлением и сложным набором слоев, из которых состоит каждый человек, формирующий наше понимание мира вокруг нас.Поэтому, когда технолог из Кремниевой долины использует такие термины, как «технология», «правда», «свобода» или «человечность», они не обязательно приписывают то же значение тому же слову, которое произносит европейский политик. Но эти тонкие различия и переданные подтексты имеют решающее значение и нуждаются в разъяснении, чтобы политики могли работать над человеческим проектом в предстоящие годы. Нам остро необходимо разработать новый словарь, который работал бы как универсальный язык, способный ответить на вопрос, что значит быть человеком в эпоху цифровых технологий.Но основная причина лингвистического и когнитивного диссонанса между Кремниевой долиной и остальным миром часто коренится в ее противоположном видении будущего человечества.

Современные технологические пионеры Кремниевой долины часто не подозревают о давних корнях своего знаменитого мировоззрения. Некоторые характеристики уходят корнями в безумие исторической золотой лихорадки, согласованное с американской мечтой о глобальной исключительности и стремлением расширить западные границы. Догма абсолютной свободы информации и неприятие любой центральной власти, проповедуемое многими первопроходцами Интернета, восходит к контркультуре хиппи, родившейся в Сан-Франциско в 1960-х годах.Но индустрия высоких технологий была сформирована аналогичным образом благодаря твердой вере в самостоятельное предпринимательство (Markoff 2005). Вместе с ошеломляющими технологическими и научными достижениями эти разнообразные взгляды слились в уникальную идеологию трансгуманизма Кремниевой долины, вдохновленную технологическими евангелистами, такими как Раймонд Курцвейл (2005) и Ханс Петер Моравец (1998). Для трансгуманиста смерть и старость рассматриваются как простые ограничения, которые можно вылечить с помощью биотехнологий и робототехники. Человеческий проект безграничен, когда генная инженерия открывает путь к самооптимизации «ошибочной» ДНК.Даже нашу умирающую планету можно рассматривать как просто еще одну станцию ​​в путешествии человечества по Вселенной. Для некоторых представителей элиты Кремниевой долины «пойти на запад» может означать буквально стремиться к звездам. Таким образом, ведущие пионеры технологий, такие как Илон Маск, Сэм Альтман и Джефф Безос, возглавляют новую элиту, которая хочет сломать этот последний рубеж, но только для избранных, у которых есть финансовые возможности, чтобы отправиться в путь. Мифология трансгуманистов влияет на то, как технологии формируются для остального человечества.Но сейчас как никогда необходимо общее видение цифрового человечества, которое не определяется исключительно горсткой людей с билетом на Марс. И хотя это связано с новым набором проблем, лучший путь человечества вперед – это создать альянс с технологическими компаниями, которые придерживаются определенного набора гуманистических ценностей.

Концепцию цифрового гуманизма можно рассматривать как необходимую эволюцию трансгуманистического видения Силиконовой долины в отношении человечества: союз энтузиазма трансгуманистов по поводу огромного потенциала технологий и нового гуманизма, направленного на восстановление нашего достоинства в сети и офлайн.Цифровой гуманист понимает технологию как инструмент, который можно использовать как во благо, так и во зло, реалистично оценивая ее потенциал, чтобы поднять нас и причинить вред, несмотря на множество непредвиденных последствий (Nida-Rümelin and Weidenfeld 2018). Обладая определенным прагматизмом, который не склонен ни к иллюзорному техно-утопизму, ни к фаталистическому разжиганию страха, разработка технической политики и международные отношения, основанные на новом цифровом гуманизме, хотят создать и отстаивать глобальные рамки для технологий, которые сохраняют наши универсальные права человека.

Международная дипломатия осуществляется через собственный языковой код. На многосторонних форумах, таких как Организация Объединенных Наций, где обсуждаются новые этические принципы, нормы, стандарты и даже инструменты международного права, разные страны полагаются на разные слова, чтобы замаскировать свою основную повестку дня, а иногда и приукрасить реальность. Авторитарные государства, например, в значительной степени полагаются на слова суверенитет (Applebaum 2020) и невмешательство, чтобы дать отпор в ответ на недавние нарушения прав человека в Интернете.Именно из-за этих собачьих свистков права человека все чаще подвергаются нападкам не только на практике, но и концептуально. Мы также сталкиваемся со все более поляризованным и фрагментированным миром, в котором существует опасность создания параллельных идеологических вселенных, концептуальных рамок и отдельной цифровой инфраструктуры для новых технологий (Lee 2018). На фоне этого возникающего геополитического разрыва дипломаты часто изо всех сил пытаются решить общие проблемы, основанные на нашей общей человечности. Цифровой гуманизм становится общепризнанной концепцией международной дипломатии, которая может сплотить страны с разными политическими системами, культурами и историями вокруг определенного набора ценностей без ущерба для общепризнанных прав человека.В качестве компаса технической политики он мог бы направлять национальные государства и технологические компании к совместной работе над цифровой трансформацией нашей международной системы. Цифровой гуманизм может стать безопасным пространством, где даже идеологические противники и конкуренты смогут найти общий язык. Все заинтересованы в разработке технологий, которым доверяют потребители во всем мире. Даже цифровые авторитарные страны, которые участвуют в гонке вооружений за глобальное влияние и власть, не заинтересованы в создании мошеннических автономных систем вооружений, над которыми они сами могут однажды потерять контроль.Технологические компании также остро нуждаются в компасе, который ставит культуру выше стратегии как необходимую среду для инноваций и роста. Цифровой гуманизм вполне может предоставить набор инструментов для новой корпоративной культуры больших и малых технологических компаний и обеспечить ориентацию во времена глобальных тектонических сдвигов.

Цифровой гуманизм также может служить образцом для национальных государств, которые хотят участвовать в глобальной технологической индустрии. Поскольку некоторые крупные игроки в сфере технологий могут похвастаться годовыми доходами, которые легко соответствуют ВВП небольших национальных государств, дипломатии необходимо переосмыслить, что значит быть международным игроком в цифровую эпоху.Одним из таких новаторских подходов в международных отношениях является развивающаяся область технической дипломатии, применяемая все большим числом национальных государств и других субъектов Кремниевой долины. Датская инициатива «techplomacy» стала важной вехой в международной дипломатии и привлекла внимание всего мира. В 2020 году Австрия последовала их примеру как вторая страна в мире, назначившая технического посла в Кремниевой долине. Чтобы быть посредником между правительствами и крупными технологиями, техническая дипломатия устраняет дисбаланс в информации и компетенции.Традиционно технологические компании лоббируют свои интересы в политических центрах влияния. Сегодня правительства отправляют дипломатов лоббировать интересы своих граждан в технологические центры влияния. Конечно, техническая дипломатия взаимна и поэтому привлекательна для технологических компаний. Они могут увидеть свой престиж и влияние на международную систему, ранее признанные, будучи включенными в практику, традиционно предназначенную только для суверенных правительств. Но у технологических компаний есть и другие стимулы.Они нанимают собственных технических дипломатов, чтобы показать миру, что их долгосрочные интересы выходят за рамки непосредственной цели получения прибыли. Кто-то может возразить, что их бизнес зависит от стабильной международной системы, основанной на правилах, и подкрепляется общим набором ценностей и их технологиями, которые развиваются через призму общих этических принципов.

Техническая дипломатия – это только один из способов взаимодействия правительств и технологических компаний друг с другом. Руководители крупных платформ часто встречаются и консультируются напрямую с руководителями правительства.Но влияние этих встреч редко доходит до институционального уровня правительства, им не хватает преемственности и часто четкой повестки дня. Техническая дипломатия, с другой стороны, институционализирует отношения между технологической индустрией и правительствами, создавая долгосрочные отношения и механизмы, которые могут быть задействованы во времена кризиса и необходимости. Чтобы было ясно, технологические компании – это не государства. Однако в некоторых областях их растущая мощь бросает вызов традиционным сферам управления (Wichwoski 2020).Суверенные страны могут контролировать свои территории, но крупные технологические платформы контролируют «цифровые территории» своих онлайн-сообществ и могут определять правила, которые оказывают вторичное влияние на общественную жизнь в целом. Технические дипломаты должны действовать как защитники своих граждан и обеспечивать подотчетность технологических компаний. Однако техническая дипломатия также направлена ​​на поиск союзов и точек соприкосновения с общими интересами и ценностями. В этом контексте новый цифровой гуманизм в дипломатии также может привести демократические правительства и технологические компании, которые разделяют набор принципов и убеждений, к сотрудничеству в борьбе с цифровым авторитаризмом во всем мире.

Кроме того, внешнеполитические деятели должны учитывать, что существует внутренняя разница между людьми и их цифровыми аватарами. Последствия слияния реального и онлайн-мира, в то время как мы постепенно превращаемся в цифровых людей, пока не ясны. Чтобы понять многие уровни, которые составляют цифровую человеческую политику, технологическим компаниям и технологам необходимо выйти из своей разобщенности и начать работать вместе, чтобы гарантировать соблюдение основных прав независимо от этих различий. Новаторская междисциплинарная концепция культурной технической дипломатии была впервые предложена Open Austria, официальным представительством правительства Австрии в Кремниевой долине. Традиционная культурная дипломатия использует искусство и культуру как инструмент мягкой силы (Nye 1990, стр. 153–171), чтобы влиять на другие национальные государства и их граждан посредством привлечения, а не принуждения. Подумайте об успехах Голливуда, рок-н-ролла и Дэвида Хассельхоффа, вдохновляющих молодых немцев на «поиск свободы», которые помогли положить конец холодной войне.Сочетая огромный потенциал культурной мягкой силы с технической дипломатией, австрийская дипломатическая миссия в Кремниевой долине создает безопасное пространство для диалога с техническими партнерами, основанного на художественных экспериментах. Искусство поддается исследованию тем, которые на других аренах были бы склонны к конфликтам и вызывали политические разногласия и пристрастные планы. Быть «дураком», который может говорить правду, имеет много достоинств, особенно в тонких внутренних механизмах международной системы.

Недавнее исследование, проведенное по заказу арт-технологической сети The Grid под руководством Open Austria, подчеркивает асимметрию власти между художниками и технологическими компаниями, которые ограничивают доступ к своим технологиям. Но эта асимметрия «затемняет основополагающую роль, которую контркультура региона сыграла в появлении больших технологий, а также ценности техно-утопизма, уплощенной иерархии, гибкости и т. Д., Которые руководили отраслью», как отмечает автор отчета Ванесса Чанг. (2020) указывает.Художники исторически внесли большой вклад в формулу мирового успеха Кремниевой долины. Это не только справедливо, но и совершенно необходимо, чтобы художники снова были включены в творческий процесс, который составляет разработку новых технологий. Важно изменить ценность художественных практик в сфере технологий. В дополнение к нисходящему подходу к регулированию, который реагирует на существующие технологии, культурная техническая дипломатия стремится активно формировать технологии снизу вверх во время концепции, исследования и разработки новых технологических продуктов и услуг. Для успешной реализации этой модели технологическим компаниям необходимо сделать себя уязвимыми для искусства, открыв свои научно-исследовательские лаборатории для художников и философов, которые могут по-новому взглянуть на старый набор проблем. Художники как цифровые гуманисты обладают уникальными возможностями для изучения потенциала и подводных камней передовых технологий нетрадиционным и экспериментальным способом, который дает дополнительное преимущество не только в обучении технологов, но и широких слоев населения тому, что значит быть цифровым человеком в эпоху искусственный интеллект.

Во времена изменения основных ценностей, ускорения цифровизации и меняющейся международной системы дипломатам сегодня необходимо проявлять гибкость и превращаться в цифровых гуманистов, чтобы успешно решать проблемы своей профессии. Культурно-техническая дипломатия может стать выигрышным предложением, прокладывающим путь в будущее международных отношений в цифровую эпоху.

Директор Хаба гуманистов для будущих технических лидеров

Я рад сообщить, что Хаб гуманистов принял прекрасное приглашение расширить нашу работу на территории кампуса. Проработав священником-гуманистом в Гарвардском университете с 2005 года, когда я сменил своего друга и наставника Тома Феррика , я теперь служу капелланом-гуманистом в Гарварде и Массачусетском технологическом институте.

Помимо того, что я присоединился к Массачусетскому технологическому институту в качестве его первого священнослужителя-гуманиста, я особенно рад тому, что был назначен «созывающим» Управлением религиозной жизни Массачусетского технологического института. Эта новая роль, которую выполняет горстка из примерно 30 капелланов, обслуживающих Институт, даст нашей организации возможность проводить публичные обсуждения по многим из наиболее насущных проблем, с которыми сталкивается более широкое сообщество Массачусетского технологического института.Нас с пригласила на эти роли преподобный Кирстин Босуэлл-Форд , который прошлым летом был назначен новым капелланом Института Массачусетского технологического института и директором отдела религиозной жизни. Я считаю преподобного Босуэлла-Форда настоящим дальновидным лидером: человеком с безупречной религиозной репутацией и необычайной приверженностью межконфессиональному лидерству, который полностью и глубоко понимает, как включать гуманистов, атеистов и нерелигиозных. Нам будет очень повезло работать с ней и со всем отделом студенческой жизни Массачусетского технологического института.

За последние несколько месяцев, по мере развития событий, ведущих к сегодняшнему объявлению, у меня было много возможностей поразмышлять о том, какие разговоры следует проводить гуманистическому капеллану и сообществу. Вдохновленный беседами со многими членами нашего сообщества, и особенно с нашими мудрыми и увлеченными сотрудниками Humanist Hub, я чувствую себя мотивированным катализатором постоянного диалога о гуманистической этике в науке, технологиях, бизнесе и обществе.

Кумаил Нанджиани, звезда HBO «Силиконовая долина», номинированный на «Оскар» сценарист «Большого больного» и атеист, недавно высказался о пугающем отсутствии этики в (реальной жизни) культуре Кремниевой долины:

«В качестве актера на шоу о технологиях наша работа заключается в посещении технологических компаний / конференций и т. Д.Мы встречаем людей, которые хотят продемонстрировать новые технологии . .. Часто мы видим пугающие технологии. Я не имею в виду оружие и т. Д. Я имею в виду изменение видео, технологий, нарушающих конфиденциальность, всего, что связано с очевидными этическими проблемами … мы сообщим им о наших проблемах. Мы понимаем, что НЕОБХОДИМО уделять внимание этическим последствиям технологий… »

Связь между беспокойством Нанджиани и недавними шокирующими текущими событиями очевидна. Wikileaks, Cambridge Analytica, культурные предубеждения, присущие искусственному интеллекту, ядерным испытаниям и производству оружия, могут быть только верхушкой слишком быстро тающего айсберга.И, учитывая войну с наукой на федеральном уровне США, для хороших людей из мира STEM как никогда важно говорить правду властям.

Чем больше я разговариваю со студентами и преподавателями Массачусетского технологического института и Гарварда, тем больше я понимаю, что гуманизм может предложить что-то важное в этот решающий момент. Мы все в равной степени являемся гражданами этой бледно-голубой точки. У нас есть только одна жизнь, между рождением и смертью, чтобы искать смысл и определять наше наследие. Мы не должны принимать институты прошлого как адекватные, если мы знаем, что мы так далеки от справедливости, которую можем вообразить вместе.Наша способность рассуждать и мыслить критически – наш величайший инструмент для понимания и формирования мира навсегда. А мы всего лишь люди: несовершенные, уязвимые создания, которые должны постоянно учиться любить себя и друг друга, если мы хотим сделать невероятную невероятность человеческой жизни радостной, справедливой и устойчивой.

Мы должны обеспечить, чтобы самые яркие молодые умы постоянно обсуждали, обсуждали и расширяли подобные идеи по мере того, как они осваивают навыки, которые будут формировать наш мир.И я обнаружил, что сообщество Массачусетского технологического института чрезвычайно восприимчиво к этому. Вот почему Сара, Рик, Нина и я, вместе с советом Humanist Hub, советниками и многими лидерами нашего сообщества очень рады возможности, которую сегодня представляет возможность работать с организацией, разделяющей миссию улучшения мира. для всех.

Как может и должно случиться во времена возможностей и обещаний, некоторые детали этого следующего этапа нашей работы все еще собираются воедино. Мы с нетерпением ждем возможности продвинуться вперед с нашим расширенным сообществом.

Конечно, это новое начало принесет проблемы – возможно, самая большая проблема для нас состоит в том, что мы должны продолжать и наращивать наши усилия по сбору средств, чтобы быть эффективными в этой расширенной роли. Как отмечает известный блоггер Хемант (Дружелюбный атеист) Мехта , ни Гарвард, ни Массачусетский технологический институт не платили и не будут платить нам денег для поддержки нашей работы – даже в счет моей зарплаты или пособий. Хотя мы могли бы пожелать, чтобы эти университеты получали зарплату капелланам по-другому (или вообще), наша финансовая независимость – это именно то, что обеспечивает нашу интеллектуальную свободу, продвигающую яркое, бескомпромиссное видение гуманизма.Если мы хотим существенно изменить жизнь и будущее студентов Массачусетского технологического института, мы можем сделать это только благодаря пожертвованиям таких сторонников, как вы. Сделайте щедрое разовое или периодическое пожертвование сегодня же!

Для получения дополнительной информации посетите веб-сайт Humanist Hub . Мы опубликовали – новый FAQ, и – наш пресс-релиз . Вы также можете увидеть мою исправленную биографию , в которой немного больше говорится о некоторых проблемах, которые сейчас больше всего привлекают мое внимание.Мы будем публиковать дополнительные обновления и статьи об этой истории по мере их появления – сначала ищите их в аккаунтах Humanist Hub Facebook и Twitter и / или в моем аккаунте .

Культурно-технологическая дипломатия бросает вызов Кремниевой долине

большие технологии – и ценности техно-утопизма, упорядоченные иерархии, гибкость и

и т. Д., Которые руководят отраслью », как утверждает автор отчета Ванесса Чанг (2020)

балла вне.Художники исторически внесли большой вклад в формулу успеха Силиконовой долины –

. Это не только справедливо, но и совершенно необходимо, чтобы художники снова включали

в творческий процесс, который составляет разработку новой технологии

. Важно изменить ценность художественных практик в сфере технологий.

В дополнение к нисходящему подходу к регулированию, который реагирует на существующие технологии, культурно-техническая дипломатия хочет активно формировать технологии снизу вверх

во время концепции, исследования и разработки новых технологических продуктов и услуг.

Для успешной реализации этой модели технологическим компаниям необходимо сделать

себя уязвимыми для искусства, открыв свои научно-исследовательские лаборатории для художников и

философов, которые могут по-новому взглянуть на старый набор проблем.

Художники как цифровые гуманисты обладают уникальными возможностями для исследования потенциала и

ловушек передовых технологий нетрадиционным и экспериментальным способом, что дает

дополнительную пользу не только обучению технологов, но и более широкому населению

тому, что это значит быть цифровым человеком в эпоху искусственного интеллекта.

Во время изменения основных ценностей, ускорения цифровизации и изменения международной системы

, сегодня дипломатам необходимо быть гибкими и превратиться в цифровых гуманистов

, чтобы успешно решать проблемы своей профессии. Культурная

техническая дипломатия может быть выигрышным предложением, которое прокладывает путь к будущим международным отношениям

в цифровую эпоху.

Источники

Эпплбаум, Энн (2020), Как Китай перехитрил администрацию Трампа.Пока США отвлекаются на

, Китай переписывает правила глобального порядка, Вашингтон, округ Колумбия: Атлантика, ноябрь

2020

Чанг, Ванесса (2020) The Grid: Art + Tech Report 2020, Сан-Франциско: EUNIC Silicon Valley,

Декабрь 2020

Курцвейл, Рэй (2005), Сингулярность близка: когда люди преодолевают биологию, Нью-Йорк:

Пингвин

Ли, Кай-Фу (2018), Сверхспособности ИИ: Китай, Кремниевая долина, и новый мировой порядок, Бостон:

Houghton Mif fl в Harcourt

Маркофф, Джон (2005), What the Dormouse Said: How the Sixties Counterculture Shapped the Personal Computer Industry

, New York: Viking Press

Moravec, Hans (1998), Робот: простая машина для трансцендентного разума, Oxford University Press.

Оставить комментарий