Кто такой технарь и гуманитарий: Гуманитарий vs Технарь

Содержание

Кому нужны гуманитарии – Ведомости

Заявление 26 из 60 японских вузов о сокращении или остановке набора на гуманитарные специальности вновь подстегнуло обсуждение вопроса о том, «кто сильнее» – гуманитарий или инженер. Министерство образования Японии еще в июне призвало вузы сосредоточиться на профессиональном обучении и бизнес-программах, «лучше отвечающих потребностям общества».

Как отмечает в колонке для Bloomberg экономист Ной Смит, спрос на гуманитариев характерен для экономик, большую роль в которых играет сфера услуг, тогда как технари востребованы в экономиках индустриального типа. Сокращение числа гуманитариев в условиях не слишком стремительно растущей японской экономики может способствовать ее дальнейшему торможению.

Развитие современных технологий, все больше ориентирующихся на прямое взаимодействие с пользователем-потребителем, делают гуманитариев востребованнее инженеров и программистов. По прогнозам министерства труда США, число рабочих мест, связанных с преподаванием или взаимодействием с потребителем, к 2022 г. увеличится в стране на 2,1 млн, а число инженерных рабочих мест – всего на 279 000.

На этом фоне трудно не вспомнить о переориентации России с гуманитариев на технарей. О том, что инженеры нужны стране больше юристов с экономистами, сказал еще президент Медведев в 2011 г. С тех пор набор на бюджетные места по гуманитарным специальностям неизменно сокращается. В 2014 г. о «перенасыщении гуманитарием» говорил министр культуры, увеличение приема на технические специальности обещал глава департамента государственной политики в сфере высшего образования Минобразования Александр Соболев.

Российские чиновники склонны противопоставлять гуманитарные дисциплины техническим, как академическое теоретизирование решению практических задач. Этот подход, характерный для прошлого века, опровергается вполне практическим спросом на гуманитариев в развитых странах.

Впрочем, более важным для России оказывается вопрос не о том, специалисты какого типа актуальны в данный момент, а о том, как повысить качество высшего образования независимо от специализации. Одним из отличий сильного высшего образования является независимость университетов в разработке собственной образовательной стратегии. И централизация управления высшей школой и Академией наук в России этому не способствует. Два главных японских вуза, Токийский и Киотский университеты, отказались подчиниться правительственному циркуляру.

Технарь или гуманитарий. Кто такие технические писатели? — Академия Яндекса

Специалисты Яндекса о сути профессии и новом наборе в Школу Гипербатона

18 февр. 2020 г.

IT-продукты окружает огромное количество текстов: от технической документации до интерфейсных подсказок. За эти тексты отвечают технические писатели — специалисты на стыке гуманитарных и компьютерных наук. Узнать об их существовании непросто, еще сложнее освоить эту профессию. В России еще не сформировалась традиция создания подобных текстов.

Между тем в Яндексе уже больше десяти лет работает отдел технических писателей. И уже четвертый год они обучают студентов в Школе Гипербатона — этим летом набор продлится до 25 августа. Специалисты Яндекса рассказали о сути профессии, карьере и перспективах, новом наборе в Академию и о скрытом смысле ее названия.

Разговаривать с разработчиками на одном языке

Профессия существует на стыке технического и гуманитарного знания. С одной стороны, тот, кто этим занимается, должен уметь разговаривать с разработчиками и продуктологами на одном языке; с другой стороны — очень важно хорошо агрегировать и доносить информацию до читателя.

Мы решаем самые разные задачи и не только пишем тексты. Но всё начиналось с текстов, а точнее — с комментариев к коду Яндекс.Поиска. Разработчики сервиса решили, что писать их должен не программист, а специальный человек. Техписателю нужно было брать информацию об архитектуре сервиса, структурировать ее и помещать в комментарии, чтобы другие разработчики могли сразу понять, как и что работает.

Со временем комментарии выросли в техническую документацию, которая тоже сопровождала код. Сейчас мы пишем техническую документацию для своих разработчиков, а также документируем API, занимаемся справкой для пользователей и пишем интерфейсные подсказки. Тексты нужно проиллюстрировать и адаптировать для перевода — этим тоже занимается техписатель. А еще есть множество сопутствующих технических процессов, в которых нужно разбираться.  

Конечно, главной задачей по-прежнему остается одно — грамотно донести информацию до пользователя, не потеряв смысл. Основные качества для представителя нашей профессии — умение правильно организовать информацию и работать с большими объемами данных. Нужно не просто «перевести» с языка программиста или менеджера на общечеловеческий, но и вычленить действительно важную часть текста.

Путь в профессию

Способов стать техническим писателем не так много. Первый: быть студентом или выпускником технического вуза, иметь опыт работы с языками программирования. В этом случае важно развить в себе способность объяснять, как и почему работают технологии, и накопить опыт в создании текстов. Второй — это путь гуманитария, для которого работа с текстами — часть профессиональной деятельности. Ему нужно разбираться в терминах, читать Хабр и интересоваться технологиями.

К сожалению, хорошо технических писателей в России практически нигде не учат. Осваивать профессию приходится в полевых условиях. Когда мы приглашаем на наши вакансии, то всегда просим показать примеры текстов, а также смотрим на разработческий опыт кандидатов или просим рассказать про технологию, в которой они вроде бы разбираются. Но этого недостаточно, чтобы стать полноценным техписателем. Академия Гипербатона выросла из опыта поиска и обучения таких специалистов.

Как появилась Школа Гипербатона?

В 2017 году мы попытались аккумулировать всю имеющуюся у нас информацию для входа в профессию и запустили первые курсы. Набрали учеников и рассказали о тех инсайтах, которые накопили за долгие годы практики: как правильно структурировать текст, как общаться с заказчиками и разработчиками, как делать хорошие иллюстрации.

Хотелось не просто рассказать о том, что технические писатели существуют, но показать, какой многогранной может быть наша работа, с какими сложностями порой приходится сталкиваться.

Ведь все наши сервисы очень разные и роль писателей в них тоже отличается. Например, техническому писателю в Яндекс.Музыке не обязательно уметь кодить, чтобы написать пользовательскую справку. А вот составление технической документации почти всегда требует особых знаний и почти всегда нужно хотя бы немного уметь писать код.

Кстати, Академия Гипербатона названа в честь — конференции техписателей, которую Яндекс проводит с 2014 года. А «гипербатон», на самом деле, — это фигура речи, которую использовал магистр Йода из «Звёздных войн».

Подать заявку в Школу Гипербатона до 25 августа

Технарь vs гуманитарий. Определяем тип ребенка

Взрослые склонны навешивать ярлыки, деля детей на «гуманитариев» и «технарей». Это не совсем верно. Чтобы быть гуманитарием, вовсе не обязательно часами просиживать за книжкой, сочинять стихи и увлекаться историей, а знание законов физики и умение починить технику ещё не делает ребёнка технарём. Как же определить, кто есть кто?

Попробуйте понаблюдать за своим чадом, когда он играет. Дети с техническим складом ума предпочитают возиться с одной игрушкой, изучая её снова и снова. Гуманитариям же нужны новые приспособления, расширяющие возможности любимой машинки или куклы. Например, открывающиеся дверцы или дополнительные платья. 

Если малыш аккуратен, усидчив, увлекается головоломками и конструированием, доводит начатое до конца, часами изучает схемы и чертежи, значит он больше техник. А вот ребёнка, предпочитающего сюжетно-ролевые игры (наподобие «войнушки» и «дочки-матери»), обожающего лепить, раскрашивать, рисовать, бурно реагирующего на изменения вокруг, психологи считают гуманитарием.

В школе любовь к цифрам и отличная успеваемость по физике вовсе не показатель 100% технаря точно так же, как умение писать сочинения и увлечение языками не говорит о гуманитарии. Многое зависит от учителя, а точнее от его неспособности или неумения заинтересовать ребёнка предметом. Вот и приходится учитывать характер и отношение к жизни.

Технари сосредоточены, малообщительны, четкие мысли проносятся в их голове со скоростью света. С удовольствием разгадывают кроссворды, любят анализировать и «раскладывать по полочкам», целеустремленные, самоуверенные, энергичные. Гуманитарии же склонны к мечтательности, отличаются неуёмной фантазией и образным мышлением, немного неуверены в себе, очень ранимы и эмоциональны. Красиво говорят, прекрасно общаются с другими людьми, умеют мастерски налаживать контакты.

Но главное даже не в этом, а в отношении к жизни. Умение воспринимать мир многогранно, принимать существование иной точки зрения, знать, что у любой медали есть две стороны – вот отличительная сторона гуманитария. Технарям же присуща одно, единственно верное толкование явлений, одна интерпретация, одно видение, один опыт, одно понятие и один смысл. Они воспринимают жизнь лишь по правилам и, порой, не способны понять, что другие люди могут мыслить иначе.

Поэтому гуманитарий может отлично разбираться в инженерных науках, изучать физику, математику и информатику. Просто это ему не интересно. Он стремится реализовать духовную сторону жизни, увлекается творчеством, классической литературой, искусством философией. Как, например, известный химик и физик Михаил Васильевич Ломоносов, который сегодня больше известен нам за оды и поэзию

Ребёнок может стать успешным во всех сферах, независимо от того, гуманитарий он или технарь. Главное – найти хорошего педагога-наставника, который не станет навешивать ярлыки, а признает за ним «право на талант» и будет работать в этом направлении!

Покажи свои чувства: нужен ли «технарям» эмоциональный интеллект

Мнение о том, что «физикам» не обязательно уметь общаться с людьми, бытует давно. Почему это миф, а само деление на «физиков» и «лириков» некорректно, рассуждает Виктория Шиманская

Об эксперте: Виктория Шиманская — доктор психологии, основатель образовательной платформы Skillfolio, автор первой российской запатентованной методики развития эмоционального интеллекта.

«Я технарь и имею дело с машинами, а не людьми. Зачем мне ваш эмоциональный интеллект?», может спросить кто-то.

Представители актуальных технических и инженерных специальностей находятся в группе риска по профессиональному выгоранию. А те, кто причисляют себя к «гуманитариям», оказываются в другой ловушке: они не могут допустить мысли, что и в их сфере возможен большой успех.

И уж конечно, чтобы получать удовольствие от любимой работы, эмоциональный интеллект нужен и тем, и другим.

Пару лет назад проект Skillfolio (онлайн-платформа по развитию эмоционального интеллекта) совместно с Московским центром качества образования проводил исследование среди московских старшеклассников. Мы опросили две тысячи подростков, изучали степень их уверенности в будущем дне.

Внимание привлекла интересная деталь: ребята, выбравшие технические и инженерные специальности, показали очень высокий уровень уверенности в своем будущем успехе. Будущие филологи, педагоги, психологи и другие представители гуманитарного направления оказались гораздо менее уверены в себе, зачастую даже растеряны.

Мы с коллегами решили «копнуть глубже» и провели ряд интервью с испытуемыми и их родителями. И вот какие социальные установки мы увидели:

  • «Будущее за высокими технологиями. Если я стану программистом — точно без куска хлеба не останусь, это самый тренд».
  • «Государству нужны инженеры. С карьерой проблемы вряд ли возникнут».
  • «Хотелось бы, конечно, выбрать более престижный профиль. Но что делать, если по природе я совсем не технарь? В крайнем случае в детский садик пойду работать».
  • «Я не уверен, что буду работать по специальности, политологом. Но это хотя бы приличное образование, пусть будет».
  • «Технические специальности тем и хороши, что ты просто делаешь свою работу, и все. Ты меньше завязан на свое настроение, на настроение сотрудников. Меньше имеешь дело с людьми — значит, ты свободен от всяких неожиданных реакций».

Мы все, и технари, и гуманитарии, рискуем попасть в ловушку: недавно возрожденная мода на технические специальности заставляет одних из нас уже на этапе выбора профессии считать себя обреченными неудачниками, других — будущими хозяевами жизни, которым не нужно развивать «мягкие» скиллы: жестких умений достаточно, чтобы быть на коне.

Мой опыт психолога и тренера говорит, что в действительности все не так просто: представители технических специальностей даже в успешных IT-компаниях в не меньшей степени подвержены профессиональному выгоранию, испытывают серьезные эмоциональные перегрузки в связи с резкими изменениями во внешней среде, страдают от повышенной тревожности, а в некоторых случаях в принципе не получают удовольствия от выбранной когда-то профессии — престижной, востребованной, основанной на «жестких» умениях.

Попробуем вместе отследить, как мы оказываемся в «ловушке», откуда берется обман наших ожиданий и как помочь себе ориентироваться во всем многообразии актуальных профессий.

Ловушка № 1: рассматривать выбор технической специальности как счастливый билет в будущее.

Да, в последнее время они в тренде. Российский, да и мировой рынок труда показывает нехватку грамотных универсальных программистов, инженеров, изобретателей, технологов. Но:

  • судьба любой «модной» специальности — это перенасыщение рынка, высокая конкуренция и необходимость сражаться за достойное место работы.
  • мир меняется так стремительно, что нет никакого смысла угадывать, какие профессии будут в тренде через пять лет. Возможно, многих из них вообще пока не существует.
  • и, наконец, работодатели ценят не только и не столько уровень квалификации, сколько те самые «мягкие навыки»: умение работать в команде, развиваться, адекватно воспринимать критику, чутко реагировать на эмоциональное состояние коллег, видеть за конкретными действиями систему, мыслить стратегически и в критических ситуациях проявлять гибкость.

Ловушка № 2: уделять меньше внимания развитию эмоционального интеллекта, так как это якобы «удел гуманитариев, управленцев, представителей помогающих профессий» и т.д.

Посудите сами: будет ли успешен талантливый, профессиональный, но угрюмый и суровый программист, к которому сложно обратиться с новой технической задачей? Если гениальный инженер не может найти нужное время и тон, чтобы презентовать свое блестящее изобретение — легко ли ему будет добиться успеха?

В том-то и хитрость эмоционального интеллекта: он универсален и необходим каждому. Чем бы мы ни занимались, в каком бы направлении ни развивались — нам нужны навыки комфортного вхождения в социум, принятие его правил, понимание и управление чувствами, умение использовать эмоции как уникальный, эксклюзивный ресурс.

Ловушка № 3: по старинке выбирать путь «гуманитария» или «технаря».

Разделение на «физиков» и «лириков» всегда было до определенной степени условным, а сегодня оно вообще приобретает совершенно новый смысл. И точно нельзя сегодня считать выбор направления точкой невозврата. Это же так скучно: решить раз и навсегда, что ты гуманитарий, и всю жизнь искать себе призвание только в гуманитарной сфере. Или услышать от учителя математики, что ты пожизненный технарь, и принять это как свою судьбу. Давайте шире смотреть на идею будущего успеха: при хорошем уровне эмоционального интеллекта мы можем в любой момент расширить сферу деятельности в любом направлении.

Врач может стать редактором тематического журнала, архитектор — стилистом, учитель литературы — коучем или антикризисным менеджером. Да, конечно, у каждого из нас есть свой уникальный набор талантов, и в каких-то направлениях нам будет легче добиться успеха. Но это не значит, что все остальные двери для нас закрыты: мягкие, универсальные надпредметные умения позволят нам развиться в любом направлении.

Этот тренд уже хорошо заметен в деятельности крупных международных компаний: они не боятся расширять зоны влияния, осваивать новые, не свойственные им сферы деятельности.

IT-компании не боятся открывать образовательные проекты и ведут новостные порталы, крупные промышленники «прорастают» в науку и искусство, машиностроение сливается со сферами услуг и социальной поддержки. Даже медицинский менеджмент находит точки соприкосновения с градостроительством и транспортной сферой (это особенно заметно, например, в московской программе строительства новых многофункциональных больниц).

В каждой такой точке соприкосновения полярных сфер деятельности — целый океан возможностей для каждого специалиста. И не всегда нужно переходить из «гуманитариев» в «технари» или наоборот — можно совмещать, соединять, перепридумывать себя, добавляя необходимые компетенции и становясь совершенно уникальным специалистом.

Три ключевые практики для развития эмоционального интеллекта

Эти практики хороши тем, что ими можно заниматься без привлечения специалистов (психологов, коучей, hr-консультантов), а также тем, что они позволяют смотреть на мир иначе.

  • Выбор будущего

Как можно подробнее представьте себе свое будущее через 10-12 лет. Как вы будете одеваться, куда ездить, в каком доме жить, какую иметь семью, как, где и по какому графику работать, чем заниматься каждый день. К этой точке в будущем вас могут привести самые разные пути: разные вузы, разные специальности, знакомства, разные профессиональные траектории. Нарисуйте себе минимум пять таких путей, которые приведут вас к заветной цели: шаг за шагом, от одной ступени к другой. Вам необязательно прямо сейчас выбрать какой-то один путь: достаточно понимать, что мир вокруг может быть гибким, и на каждом шагу вы можете принять разные решения. Ни одно из них не может считаться фатальным — а значит, можно смело и уверенно прокладывать свою жизненную траекторию.

  • Копилка достижений

Мы сами для себя являемся неиссякаемым источником эмоций. Каждое наше достижение, каждое важное свершение, каждый сделанный ход — это повод для радости, гордости, возбуждения и других ресурсных эмоций. Ведите дневник таких свершений: записывайте, фотографируйте, визуализируйте любым доступным способом минуты вашего успеха, даже если для других он был незаметен или неочевиден. Следите за тем, чтобы в сложный момент копилка достижений оказалась у вас перед глазами и придала вам сил для новых свершений.

Независимо от того, что вам лучше удается, программирование или переговоры с людьми, решение сложных задач или наставничество, ваш главный ресурс — это ваш характер. Потратьте немного времени, чтобы проанализировать особенности вашей личности и сделать шаг в сторону превращения сложных черт характера в полезные, «ломовые» преимущества.

Разделите лист бумаги на четыре части. Левый верхний квадрат отдаем вашим положительным качествам: впишите сюда пять ваших качеств, которые вы считаете однозначно положительными и полезными. Правый нижний квадрат — отрицательные качества: те, которые вам в себе не нравятся, которые вы считаете негативными, вредными, мешающими.

Дальше самое интересное: передвигаемся к левому нижнему квадрату и выполняем упражнение. Представьте, что вы кого-то очень сильно бесите, кому-то отчаянно мешаете. Переформулируйте ваши положительные качества так, как говорил бы о вас этот ненавистник. В правом верхнем квадрате будет «жить» ваш самый главный почитатель, который в восторге от всего, что вы делаете. Переписываете ваши отрицательные качества так, как их бы озвучил ваш фанат. Теперь прикройте ладонью квадраты 2 и 3. Посмотрите на квадраты 1 и 4: видите, какой замечательный человек получился? Теперь передвиньте ладонь и посмотрите на 2 и 3. Ужасный персонаж! А самое интересное, что на самом деле вы описали одни и те же качества — как свой собственный друг и свой же враг. Почему бы не стать себе другом? Почему бы не «переписать» все, что вы в себе не любите, с позиции благожелателя?

Ловушка № 4 (и самая главная): связывать жизненный успех и хорошее эмоциональное состояние со специальностью, а не с тем, как она подходит именно вам.

Сама по себе профессия ученого, ведущего дизайнера, директора корпорации никого не может сделать счастливым. Она может только подойти человеку настолько, что он испытает огромное счастье. А другому она, как костюм, окажется мала, велика, узка в плечах, не того цвета и фасона.

Нет смысла заставлять себя заниматься модной, но нелюбимой профессией. Не заставляйте себя обучаться на бухгалтера, 3D-дизайнера или менеджера IT-продуктов, если это не отзывается в вас эмоционально. Даже природный «технарь», вынужденный заниматься систематическим самонасилием, рано или поздно почувствует, что выбранная профессия вызывает у него отвращение и апатию: ведь и у «физиков», и у «лириков» есть чувства, и к ним, нашим чувствам, эмоциям и ощущениям, всегда нужно относиться бережно и внимательно.


Больше информации и новостей о трендах образования в нашем Telegram-канале. Подписывайтесь.

Кому нужны гуманитарии

Александр Генис: После того как на просторах интернета разразилась дискуссия по поводу позиции российской пропаганды, объявившей ненужным и опасным для властей гуманитарное образование, эта проблема стала острой, актуальной, даже скандальной.

На Западе, однако, она тоже существует, конечно, совсем по другим причинам. Тем не менее и в свободном мире вопрос “Кому сегодня нужны гуманитарии?” поднимается достаточно часто. Тем более что недавняя кончина Гарольда Блума, самого, наверное, известного в Америке исследователя литературы, вызвала в серьезной прессе волну публикаций, далеко выходящих за жанровые границы скорбного некролога.

Прежде всего, Гарольд Блум был рыцарем серьезного чтения. Когда-то в нашей программе “Американский час” он свирепо высказался об этом в беседе с Ириной Савиновой. Вот короткий отрывок из той беседы.

Ирина Савинова: Можно ли объяснить желание читать с точки зрения врожденных задатков, воспитания или даже генетики?

Гарольд Блум: Не думаю. Я был одним из пяти детей в семье. Они все не читали, а я читал. Всегда и везде, где мог. Я начал читать маленьким ребенком, сам научился читать по-английски, потому что вокруг меня, в тогдашнем Бронксе, говорили только на идиш. Ясно, что это не генетика. Но мы не знаем, как это объяснить. Очевидно одно: некоторые люди читают, а некоторые – нет.

Ирина Савинова: Можно ли винить современную литературу в том, что снижается интерес к чтению?

Гарольд Блум: Если говорить о Стивене Кинге или “Гарри Поттере”, причина одна, а если о романах Филиппа Рота, то совсем другая. Понятие “литература” употребляют по-разному. В основном имеют в виду литературу как что-то напечатанное и переплетённое в книгу. А для меня, профессора, преподающего 50 лет, художественная литература – это драма, это поэзия, это проза, отвечающие высшим эстетическим и интеллектуальным критериям. Если разговор идет о романах Даниэлы Стил, о второсортной литературе, я об этом говорить отказываюсь. Это все литература для мусорного ведра.

Александр Генис: Гарольд Блум прославился книгой “Страх влияния” (1973), которая повлияла на чуть ли не все литературоведческие штудии своего времени. В ней Блум прилагал открытый Фрейдом “эдипов комплекс” к писательскому эго: каждый автор бунтует против предшественников в поисках свободы и оригинальности.

Но сегодня чаще вспоминают другую его популярную и очень спорную книгу “Западный канон” (1994). Чтобы понять природу этих споров, надо правильно поставить вопрос о том, зачем нужен канон как таковой.

Словесность, как говорит знаменитый американский шекспировед Гринблат, литература – наиболее совершенный способ сохранения и передачи самого ценного в истории: нашего опыта. Человек в его полноценной, а не усеченной масскультом версии должен знать и понимать, как жили другие. И вместе с аттестатом или дипломом каждый должен получать джентльменский набор литературных познаний, позволяющих хотя бы отличать (если не предпочесть) скороспелый боевик от вечных шедевров.

Вот для этого и необходим канон словесности. Отменить его не смогли ни теории постмодернизма, ни шантаж мультикультурализма. В сегодняшней Америке канон часто спасают не профессора, запуганные демагогами от Академии, а студенты, которые хотят стать просвещенными людьми, а не политкорректными недоучками. Вот к ним, жаждущим подлинных знаний, и обращена книга Блума “Западный канон”. Второй вопрос, что из этого получилось.

Надо сказать, что у меня свои отношения с этой книгой, потому что я привез ее в Россию, чтобы ее перевел сын моих близких друзей, сын замечательного переводчика Владимира Харитонова, который сам стал отличным переводчиком, Дмитрий Харитонов. Он много лет над ней работал, создал замечательные примечания, в которых, между прочим, постоянно спорил с Гарольдом Блумом. Благодаря ему эта книга стала частью и русского литературоведения.

Соломон, как вы относитесь к канону Блума?

Гарольд Блум


Соломон Волков: Вы знаете, я сначала хочу нашим слушателям рассказать немножко о самом Блуме, потому что личность эта чрезвычайно колоритна. Во-первых, его родители из России, что уже приятно. Во-вторых, дожил до преклонного возраста – 89 лет. Причем умер он 14 октября этого года, а последнюю лекцию в Йельском университете прочел 10 октября, то есть практически до последнего дня действовал, и не то, что сидел дома, что-то писал, а ходил к студентам, с ними разговаривал. Причем первый его язык – идиш, язык, на котором говорили в его еврейской семье. Он отличался совершенно фантастической, легендарной памятью. Он хвалился тем, что может книгу в 400 страниц прочесть и усвоить за час.

Александр Генис: Я видел такое, но только не у Блума, а у академика Вячеслава Всеволодовича Иванова, который на моих глазах прочитал мою книгу в 200 страниц. Я опешил, потому что он прочитал ее за полчаса, что довольно обидно. Но он сказал: “У вас тут 11 ошибок”. Причем какие ошибки! Он говорит: “Нельзя говорить мегаполис, надо говорить мегалополис, потому что греческие и латинские корни нельзя смешивать”. То есть он внимательнейшим образом прочитал книгу за полчаса, так я увидал, как действует гений.

Соломон Волков: Феноменальная физиология Блума поражала всех всю жизнь. Он мог декламировать любое произведение Шекспира. Он знал всего Уильяма Блейка и Мильтона. Он знал наизусть Библию на древнееврейском языке и так далее. Когда такое слышишь, конечно, поражаешься физиологическим способностям человека. Он себя сравнивал с Сэмюэлем Джонсоном, виднейшим английским лексикографом и критиком XVIII века, Блум себя называл идишистским Сэмюэлем Джонсоном, поскольку тот тоже был, как и Блум, толстым, корпулентным человеком, грандиозным эрудитом и отличался саркастичным тоном, тоже свойственным писаниям Блума. Потому что он писал на самом деле весьма темпераментно.

Александр Генис: И это ему ставят в вину. Его книги отнюдь не являются такими уж академическими, как ими они могли бы быть у автора, который являлся сам по себе университетом. Говорили, что в Йеле была кафедра Блума – он и был этой кафедрой.

Соломон Волков: Его опусы эссеистичны по своей сущности. Не зря он в своем каноне провозгласил главным французским писателем Монтеня, великого эссеиста. Он также говорил, что Фрейд велик не как ученый, а как прежде всего эссеист. Такая тоже парадоксальность мышления, исходящая из эссеистичности мышления Блума, очень освежает. У меня дома стоит книга Блума “Гений”, по-английски изданная, толстый том, там общая концепция этой книги неинтересна, он связывает ее с Библией, с какими-то древнееврейскими символами. Во-первых, производит впечатление то, что эта книга. когда в 2002 году она появилась, он получил за нее аванс 120 000 долларов, несколько книг Блума были грандиозными бестселлерами, что тоже большая редкость. А во-вторых, в нее всегда можно заглянуть, чтобы посмотреть кратко, выпукло, ярко об Аристотеле, о Платоне, о Гомере, о Шекспире, о ком угодно, включая некоторое количество знакомых нам отечественных авторов. В его каноне довольно длинный список российских авторов, он включил практически все значительное, что было создано не только в классической русской литературе, но и в русской литературе ХХ века, там есть и Платонов, и Бабель, даже Олеша.

Александр Генис: Это все есть, но мог бы включить гораздо больше. Конечно, все жалуются на то, что в канон вошли не те, канон не такой и так далее.

Соломон Волков: Это вечная история.

Александр Генис: У меня, конечно, с Блумом странные отношения. Я очень внимательно изучал его книгу о Шекспире, он написал критику Шекспира для нашего поколения. Есть такие книги, как, кстати, и тот самый Джонсон в XVIII веке, который прославился именно статьями о Шекспире, Я думаю, что, подражая ему, Блум написал своего Шекспира. Я не только читал эту книгу, я прослушал еще и его курс лекций о Шекспире. Я не могу сказать, что остался полностью удовлетворенным. Как вы говорите, краткой и ясной сентенции, которая бы объясняла каждую пьесу, вскрывала глубину и суть этого, у него нет. У Блума мысли ветвились и спорили. Многие жаловались на то, что его петлистый стиль мешает понять, что он, собственно говоря, хочет сказать. С Шекспиром тоже так. Но некоторые его идеи кажутся мне дерзкими и в то же время очень захватывающими. Например, одна из последних его книг посвящена Макбету. Он развивает одну мысль: почему, собственно говоря, жена Макбета, леди Макбет, была такой злодейкой, что такого произошло, из-за чего она стала такой. Он уверяет, что она не могла родить ребенка от Макбета, поэтому так ожесточилась. Я не знаю, откуда он это взял. Но во всяком случае с этим мотивом Макбет становится более понятным.

Соломон Волков: У него часто встречаются такие парадоксальные идеи, которые способствовали успеху его опусов. Например, ему принадлежит идея, что Библия написана женщиной, Вирсавией.

Александр Генис: Во времена царя Соломона.

Соломон Волков: Книга об этом стала бестселлером, конечно, произвела скандал, что только поспособствовало ее успеху.

Александр Генис: Когда я готовился к этой передаче, то посмотрел, что пишут русские критики о Блуме, и нашел рецензию на русское издание “Западного канона”. В ней я вдруг увидал: “Блум написал книжку, похожую на “Родную речь” Вайля и Гениса”.

Соломон Волков: Я помню, Дмитрий Бавильский это написал.

Александр Генис: Я несколько опешил от такого сравнения. Но автор хотел сказать, что это такая же наглая книга, которая все переворачивает.

Соломон Волков: Главное, чтобы было весело читать, правда ведь?

Александр Генис: Нет, не так. Я считаю, что главное, чтобы любая критика, а Блум был самым знаменитым американским критиком, это уж без всяких сомнений, нужна для того, чтобы мы могли понять лучше книгу. И для того, чтобы понять лучше книгу, нужны критические сентенции. Я не устаю повторять великую мысль Шкловского, который сказал: человек питается не тем, что съел, а тем, что переварил. Критика – это фермент литературы, который позволяет переварить книгу.

И Блум, конечно, помог переварить великую мировую литературу. Особенно в нашу эпоху, потому что он был убежденным врагом и мультикультурализма, который он считал чумой современного образования, и всех идеологических порывов, начиная с марксизма. Он считал, что все это убивает литературу, важны только эстетические ценности. Еще он с ужасом наблюдал, как теряется интерес к гениям. Он сказал, что вскоре произойдет упадок образования, и классическую литературу, в первую очередь Шекспира, которого он боготворил, будут изучать так же, как изучают латынь и греческий, то есть отдельные чудаки. Но, к счастью, этого не случилось, я думаю, во многом потому что Блум был одним из тех, кто защищал честь великих авторов.

Соломон Волков: Последний рыцарь канона, так мы можем сказать о Блуме.

(Музыка)


Александр Генис: Подхватывая нашу тему – проблемы гуманитарного образования в 21-м веке, – я хочу вспомнить недавнюю статью в крайне деловой (это важно отметить) американской газете “Уолл-стрит джорнел”. Ее автор Уильям Макгэрн пишет, что студенты, выбравшие карьеру в гуманитарной области, зарабатывают в два раза меньше, чем те, кто изучал точные науки: физику, математику, инженерное ремесло.

Однако, подчеркивает автор, это не значит, что работодатели не заинтересованы в специалистах с гуманитарным образованием. Напротив, современный бизнес ценит качества, которые воспитываются “мягкими науками”:

критическое мышление,

богатые коммуникативные навыки,

искусство тонких суждений,

умение ясно выражаться на письме,

общая интеллигентность,

эмпатия,

способность работать в группе,

уважение к чужому мнению,

а главное – умение постоянно учиться.

Вопрос в том, как учат сегодня гуманитарным дисциплинам. И вот тут-то мы вспоминаем Блума. “Благодаря “успехам” мультикультурализма, пишет наш автор, 48 из 52 колледжей, современных американских лучших колледжей, позволяют абитуриентам получить диплом по литературоведению без спецкурса по Шекспиру”. Это то же самое, как если бы наши филологи не учили бы Пушкина.

Тут корень проблемы. С одной стороны, гуманитарии, оказывается, нужны, с другой стороны, те гуманитарии, которых выпускают американские университеты, не являются гуманитариями. Потому что в университетах получили большое распространение так называемые “курсы Микки-Мауса”, в том числе действительно это курсы, которые исследуют феномен Микки-Мауса, или Майкла Джексона, или другие артефакты масскульта. Хуже, что такие курсы заменяют изучение Шекспира или Пушкина. Я сам тому свидетель, потому что мой сын заканчивал Нью-Йоркский университет, у него была главная специальность – французский язык и литература. Но вместо нее он изучал франкофонную литературу – это литература, написанная на французском языке, но не во Франции.

Соломон Волков: В Сенегале, например.

Александр Генис: Совершенно верно. Сембен Усман, например, был такой сенегальский писатель. Все это хорошо, но при этом Мольера они не изучали. Я с ужасом смотрел на эту программу.

Соломон Волков: Леопольд Сенгор, президент Сенегала, писал стихи по-французски.

Александр Генис: Совершенно верно. Представим себе, как выглядит история литературы, в которой есть африканские или гаитянские авторы, но нет парижан и провансальцев. По-моему, это ужасно.

В связи с нашей проблемой о роли гуманитариев, хочу вспомнить свою недавнюю поездку в Техас, где я выступал в нескольких техасских университетах. Я обнаружил, что в Техасе есть университет в городе Колледж-Стейшен, где находится самый большой кампус в мире, там учится 70 тысяч студентов. Среди профессоров – много наших соотечественников, которые преподавали физику, математику, инженерные предметы. Надо сказать, что советские дипломы физиков ценятся на Западе. Так вот, я их спросил: а как вы учите своих студентов тому, что устареет в эпоху перманентной научно-технической революции. Все, что мы “проходим” сегодня, завтра отменяют новые открытия. Они говорят: таки плохо. Потому что человеку, который получил диплом сегодня, придется семь раз переучиваться за свою рабочую жизнь. Мой отец, например, занимался радио, ламповыми приемниками. Кому нужно такое образование сегодня? Мы знаем, что Стив Джобс, например, учился всего один семестр. Знаете, какой предмет он изучал? Каллиграфию. Оказалось, что именно она ему помогла, потому что он придумал тот самый шрифт, которым пользуются все владельцы компьютеров Apple. То есть совершенно непонятно, чему надо учиться. И в этой ситуации помогают гуманитарные специальности: они дают не профессию, они дают образование. И в этом отношении польза от них очевидна, а вред, что бы ни говорила московская пропаганда, сомнителен.

Соломон Волков: Да, это совершенно верно. Я только добавлю в качестве комментария кое-что относительно зарплат. Вы сказали, что “технари” зарабатывают вдвое больше, чем гуманитарии. Есть другое исследование: да, первая работа у технарей оплачивается действительно вдвое лучше, чем первая же работа у гуманитария. Но выясняется, что к 40 годам эти зарплаты уравниваются, а иногда оклад у этих условных гуманитариев даже превосходят зарплаты технарей именно в силу тех причин, которые вы упомянули. Потому что технари, только что получившие образование, молодые ребята, они обладают теми знаниями, которые в данный момент нужны. Но уже через 10 лет оказывается, что им надо переучиваться. В то время как люди, которые получили, условно говоря, гуманитарное образование, они получают какие-то более общие навыки, которые помогают им барахтаться, лавировать в этом житейском море с гораздо большим успехом и оказываться более востребованным, чем те, кто получили сегодняшнее техническое образование. Потому что техническое образование, как вы справедливо указали, в сегодняшней ситуации меняется буквально каждые 10 лет радикальным образом. Во-первых, все поменялось, а во-вторых, пришло другое молодое поколение, которое только что получило более актуальное техническое образование, и конечно же, им оказывается предпочтение.

Александр Генис: И отсюда – постоянный страх. Билл Гейтс говорил, что самое страшное – это то, что где-то в каком-то гараже сидит молодой Билл Гейтс и делает то, что делал он, когда был мальчиком. Действительно, весь мир современный создан этими мальчиками в гаражах, а не в университетах, и Гугл, и Микрософт, и что угодно. Потому что то, чему не учили в университете, стало самым важным. Когда случилась компьютерная революция, ее делали люди, которые были совсем не похожи на профессоров, они, скорее, походили на хиппи. Это была совершенно другая порода, ваганты, этакие менестрели, которые путешествовали с гитарой и компьютером под мышкой. Кто придет им на смену, мы еще не знаем. И в этом заключается весь фокус образования, потому что мы не знаем, чему учить.

Вспомним, что некогда университет не был инструментом для получения профессии, он был инструментом для получения высшего образования, во всех отношениях высшего, то есть человек становился выше, чем он был. Так было в самом начале, еще в академии Платона, когда, разговаривая со своим студентом, преподаватель, профессор, ученый передавал ему знания, как говорил Сократ, как вино перетекает из одной чаши в другую по шерстяной нитке. Вот этот образ мне очень нравится.

Гуманитарное образование по-прежнему важно, только мы его не ценим, потому что мы перестали понимать, что входит в состав этого образования. И вот тут канон вроде канона Блума незаменим.

Соломон, а как вы относитесь к канону? Ведь канон существует не только в литературе, но и, скажем, в музыке.

Соломон Волков: Канон – это одна из моих любимых и самых важных для меня проблем. Причем заинтересовался я проблемой канона именно когда приехал в Соединенные Штаты, в Нью-Йорк, именно потому, что, заметьте, канон нам в Советском Союзе давался как нечто абсолютно незыблемое. Не было даже такого слова “канон”, нам просто вручалась обойма имен, которые обсуждению не подлежали. Все это исходило из знаменитой работы Сталина “Великая отечественная война”, где он поделил всю русскую культуру на пары, со свойственным ему катехизисным мышлением. Все начиналось по непонятным мне причинам с Плеханова и Ленина, далее следовали Белинский и Чернышевский, Пушкин и Толстой, Горький и Чехов, Суриков и Репин, Глинка и Чайковский. По этому поводу зять Римского-Корсакова (это мне рассказывал Дмитрий Дмитриевич Шостакович) впал в дикое отчаяние, почему Римский-Корсаков не попал в эту двойняшку. То есть такими парами все это давалось, не подлежало никакому обсуждению. Мы все понимали: да, Белинский и Чернышевский.

Александр Генис: Это еще из гимназии идет, от, скажем, Пушкина до Чехова – вот наш канон классической литературы, с которым я в сущности согласен. Там, может быть, не хватает кого-то, но дай бог, чтобы уцелели те, кто есть. Но нет никакого канона ХХ века. Вы знаете мою точку зрения, я считаю, что никакого канона быть не может, пока Сталин называется “опытным менеджером”, а не убийцей и тираном. До поры, пока идут споры о Сталине, нельзя создать и канон литературы, не только литературы, и живописи, чего угодно, нельзя создать непротиворечивую картину культуры ХХ века, поэтому канон тут невозможен.

Соломон, а как обстоит дело в музыке с этим?

Соломон Волков: Опять-таки, приехавши сюда, я увидел, что канон беспрестанно меняется. На моей памяти, я живу 40 с лишним лет в Нью-Йорке, позиция Стравинского в этом каноне музыки ХХ века менялась как минимум раз 10, может быть, 15. То его, условно говоря, акции, если вообразить это все как некую биржевую игру, поднимались, то опускались, то его репутация шла вверх, то вниз. Когда я приехал, Стравинский царил, он был композитором номер один ХХ века, Шостакович в лучшем случае входил в первую десятку. На моих глазах за 40 последних лет Шостакович поднялся и претендует очень серьезно на номер один в этом списке, а Стравинский несколько опустился. Это происходит неминуемым образом.

Александр Генис: А в XIX веке?

Соломон Волков: В XIX веке, это будут, условно говоря, во всяком случае в моей интерпретации, Бах, Моцарт, Бетховен и Брамс. Я бы на этом безусловный канон заканчивал. Дальше, я знаю, люди добавляют Малера, Брукнера, уже то, что относится к авангарду. Тут, я считаю, канон далеко еще не устоялся, хотя есть попытки его закрепить железобетонно. Нет, никогда этого не произойдет.

Александр Генис: Любопытно, что канон мигрирует. Тот же Блум – хороший пример для нашего разговора о подвижности канона. Потому что когда он пришел в академию, там царили взгляды Элиота на поэзию, который считал, что главное – это поэзия английских метафизиков, XVII век, Джон Донн и его современники. Блум восстановил положение романтиков в каноне. Потому что Элиот романтиков презирал и всяких Вордсвортов считал недостойными академии. Блум сумел сдвинуть канон в эту сторону. И эта борьба за место в каноне сама по себе чрезвычайно увлекательна и азартна, все это замечательно, но главное, чтобы был канон, самое страшное, когда его нет вообще.

(Музыка)

5 причин забыть о шаблоне «гуманитарий» или «технарь» | Мел

Современная система образования подразумевает, что школьники в какой-то момент должны четко определиться с профилем своего дальнейшего обучения. И чуть не с младших классов прозорливые мамы и папы начинают навешивать на детей ярлыки «гуманитарий» или «технарь». О том, почему не нужно поддаваться общему стремлению обязательно приписать ребенка к тем или другим, рассказывает психолог Татьяна Никитина.

Полезная рассылка «Мела» два раза в неделю: во вторник и пятницу

«Вовка-то наш — чистый технарь. Смотри, как быстро он с новым фотоаппаратом без инструкции разобрался! И пылесос бабушке сам починил!».

«Полине светит дорога только в гуманитарный вуз — она в математике полный ноль, в элементарных примерах ошибается, зато читать любит».

Знакомые и даже заезженные реплики, не правда ли? При этом такие безобидные на первый взгляд шаблоны могут быть очень опасными для ребенка и его будущего. Особенно если бесконечно тиражировать их в присутствии самого «гуманитария» или «технаря».


Однажды промозглым мартовским днем девятиклассник Никита («прирождённый гуманитарий») вернулся домой из школы. В свои четырнадцать он говорил на трёх языках и уже во второй раз перечитывал романы Ремарка. Никита с порога заявил родителям:

— Сегодня у нас в классе проводили профориентацию. В тесте были шкалы «технарь» и «гуманитарий». Так вот, по шкале «технарь» у меня вышло больше баллов, чем по шкале «гуманитарий». Психолог сказала, что я мог бы стать успешным изобретателем.

Он довольно улыбнулся выдержал паузу и спустя некоторое время добавил:

— Она еще много чего мне говорила… О разных профессиях и специальностях; о таких, про которые я даже никогда не думал. Почему вы всегда называли меня гуманитарием?

Мама тоном, означавшим мгновенное окончание разговора, парировала:

— Потому что у тебя по алгебре-геометрии тройки с минусом, а по истории, литературе и языкам пятерки, которые даются тебе без усилий.

Тем не менее на следующий день Никита заявил родителям, что в намеченный иняз поступать не будет, потому что «…мне это скучно, и я всегда это чувствовал, только вам боялся сказать». Состоявшийся в итоге на день позже спор окончился ссорой и скандалом. После него растерянная мама Никиты бросилась звонить подругам, чтобы выяснить, как же ее сын («прирожденный гуманитарий») вдруг оказался «технарем»? А может, психологи ошиблись?! И если всё-таки нет, то как теперь быть: менять выбранное направление и настраиваться на другой вуз или же постараться убедить сына, что свою «техническую жилку» он сможет применить и будучи переводчиком-синхронистом?


Если вдруг для кого-то это важно, история Никиты и его семьи абсолютно реальная, и даже имена (вопреки расхожей практике) не изменены. Но гораздо важнее, конечно, выводы, которые можно и нужно сделать из этой истории.

В семье заметили, что Никита с детства обожает читать, и другие гуманитарные навыки тоже даются ему легко. Родители тут же (еще в младших классах) «записали» мальчика в гуманитарии. Ярлык прочно прилип: гуманитарными способностями мальчика восхищались родственники и учителя в гимназии, на будущее рассматривались профессии только из гуманитарной сферы. При этом плохие оценки по математике и физике родителей не волновали. Еще бы: их сын «гуманитарий», зачем требовать от него невозможное? Все выглядело на первый взгляд логично, но в итоге привело к коллапсу. Главная проблема в уповании на архаичное и вредное деление технарь/гуманитарий. Есть как минимум пять причин о нем забыть.

1. Мир — не чёрно-белый

Чистых «гуманитариев» и «технарей» в природе столь же мало, как и чистых правшей и левшей. Ведущая правая рука вовсе не означает, что ведущими будут и правая нога, и правый глаз, а значит, вы уже не чистый правша. Точно так же умение быстро считать в уме не всегда предполагает, что этот человек с таким же успехом понимает технические чертежи или совсем не разбирается в литературе. С другой стороны, школьник может с трудом складывать и вычитать в уме в пределах двадцати, но блестяще решать сложнейшие геометрические задачи. Это связано с особенностями развития тех или иных зон человеческого мозга каждого конкретного человека.

Безусловно, в мире есть люди, которых можно однозначно отнести к одной из категорий. Однако делать подобные выводы относительно детей все-таки не стоит. Практика показывает, что у многих школьников неплохо развиты как технические, так и гуманитарные навыки. Более того, различные зоны мозга у подростков развиваются неравномерно, поэтому не удивляйтесь, если ваш «гуманитарий» вдруг ударится в математику.

2. Больше, чем двоичный код

Кроме технического и гуманитарного направлений, существует, например, и естественнонаучное. Застряв в дилемме «гуманитарий/технарь», можно упустить момент для развития естественнонаучных навыков. К тому же сейчас активнее всего развиваются междисциплинарные направления, которые находятся на стыке наук. Куда зачислить экономистов и социологов, архитекторов и технических дизайнеров?

Почти все знакомые удивляются, когда я рассказываю, что на абсолютно гуманитарный на первый взгляд факультет психологии МГУ в мои годы решающим экзаменом была математика. После нее отсеивалось до 70% абитуриентов; а уже потом в университете мы изучали высшую математику, теорию вероятности и статистику.

3. Роль личности в истории (и других предметах)

Огромную роль (а иногда и решающую) в развитии заложенных природой способностей играют педагоги. Талантливый педагог может разбудить в ученике способности, о которых тот даже и не подозревал. Но известны, к сожалению, и обратные примеры, когда новый учитель умудрялся не только отбить интерес к любимому предмету, но и даже вызвать отвращение к нему.

Это очень тонкий момент: родителям нужно понять и почувствовать, когда недовольство учителем — это стандартная защитная реакция подростка, у которого что-то не выходит; а когда справедливый упрек и уместное разочарование. К сожалению, повлиять на конкретного учителя зачастую практически невозможно, поэтому проблема решается усилиями родителей и/или поиском грамотного (ключевое слово) репетитора. Причем решается иногда буквально за один-два месяца.

4. Ваши ожидания — его проблемы

Называя своего ребенка «гуманитарием» или же «технарем», родители, сами того не подозревая, оказывают на него перманентное давление. Чуткие дети улавливают «чего хочет папа» или «о чем мечтает мама» и, стараясь им угодить, нередко делают неверный выбор, предпочитая одно направление другому. Кроме неизбежных психологических проблем в будущем, это еще и ограничивает развитие личных талантов ребенка в настоящем.

5. Способности и интересы

Рассуждая о выборе направления, очень важно учитывать не только способности ребенка, но и его интересы. Это действительно разные вещи. Часто бывает, что школьнику очень нравится какой-то предмет, даже если он не до конца его понимает и у него далеко не все получается. Или же наоборот — учитель не смог заинтересовать предметом, и школьник не хочет прилагать усилий, чтобы разобраться в «неинтересном» материале. Огромная ошибка судить о гуманитарной или технической направленности, оперируя только лишь школьными оценками.

Если соотнести интересы и способности, мы получим несколько различных сценариев.

  1. Сфера интересна и способности развиты — идеальный вариант, можно смело думать о профессиональном развитии в данном направлении.
  2. Сфера неинтересна, но есть к ней есть способности. Здесь задача родителей задуматься, почему эта сфера ребенку неинтересна. Не повезло с педагогами? Нет представления о всем спектре специальностей, входящих в эту сферу? Или же больший интерес к другой сфере?
  3. Сфера интересна, но способности недостаточно развиты. Например, ребенка влечет к конструированию, а вот его способности по пространственному анализу явно не дотягивают до необходимого уровня. В этом случае имеет смысл либо больше заниматься, либо же обратить внимание на междисциплинарные области знаний.
  4. Сфера неинтересна, способностей в ней тоже нет. В этом случае все просто — нужно рассматривать другие сферы.
  5. По направлениям «гуманитарий» и «технарь» как интерес, так и способности средние. Это прежде всего знак того, что «свое» направление нужно искать в других сферах — естественнонаучной, творческой и других.

Очень важно понимать, что ответственность за свой выбор направления (гуманитарного, технического, естественнонаучного) должен нести ребенок и только ребенок. И ни в коем случае не стоит ему мешать, если он «вдруг» захочет это направление сменить. Всегда лучше сделать это в подростковом возрасте, а не бросив ВУЗ на 4 курсе или, что еще хуже, осознав в 40 лет, что всю жизнь занимался не тем. Важно дать ребенку определиться самому, сделать собственный выбор и нести за него ответственность.

Задача родителей при этом — дать ребенку как можно более полную информацию обо всех существующих областях знаний, а также типах профессий и специальностей. Помочь ребенку с выбором направления может профессиональное комплексное психологическое тестирование (профориентационное). Оно позволяет оценить и интересы, и успешность в решении задач. Кроме этого, оно может пробудить реальный интерес к профессиональной самореализации и, что очень важно, ощущение ответственности за свой выбор. Только очень прошу вас: не надо называть профориентационным тестированием веселые развлекательные тесты в интернете.

Ещё больше полезных текстов с лучшими советами психологов о воспитании и о том, как строить отношения в семье (чтобы никто не остался обиженным), в нашем телеграм-канале и на странице о детской психологии в фейсбуке.

Существуют ли гуманитарии и технари?

Говорят, люди делятся на гуманитариев и технарей. Обычно это происходит в школе: написал хорошее сочинение — гуманитарий, решил контрольную по математике на пять — технарь.

Об этом пишут статьи в интернете:

И предлагают разные тесты:

Это деление объясняется различиями в полушариях мозга: считается, что у гуманитариев лучше развито правое полушарие, а у технарей — левое.

Разберемся, правда ли это.

Идея гуманитариев и технарей появилась во второй половине двадцатого века, когда исследователь и лауреат Нобелевской премии Роджер Сперри предположил, что полушария мозга работают по-разному. Вот как это было.

Головной мозг человека состоит из двух полушарий, которые связаны друг с другом мозолистым телом. Роджер Сперри изучал людей, у которых мозолистое тело было хирургически разрезано для лечения эпилепсии.

Этим пациентам предлагались специальные тесты для проверки языка, зрения и моторики. Например, им показывали геометрические фигуры и разные предметы в правом или левом поле зрения. Ученый заметил, что многие пациенты не смогли назвать предметы, которые обрабатывались правой частью мозга, но смогли называть предметы, которые обрабатывались левой частью мозга.

В какой-то момент стало считаться, что левое полушарие отвечает за логику, линейное мышление, математические расчеты, а правое — за более творческий и менее организованный образ мышления. О человеке, у которого развито левое полушарие, говорят, что он логичен и склонен к аналитическому мышлению. О человеке с развитым правым полушарием говорят, что он вдумчив, у него развита интуиция.

Теорию правого и левого полушария проверила команда нейробиологов — с помощью магнитно-резонансной томографии изучили тысячу человек. Они выяснили, что не существует четкого деления между полушариями, а для решения задач задействуются разные участки мозга вне зависимости от того, к какой половине они относятся.

Сейчас эта теория считается нейромифом — неправильным представлением о том, как работает мозг человека. Нейромифы распространены среди педагогов, общественности и медиа, и это один из них.

Но остается вопрос: почему в школе и университете одним ученикам лучше даются гуманитарные предметы, а другим — математика и физика.

Как мы уже выяснили, это никак не связано с активностью полушарий. Профессор Стенфордского университета Джо Боулер говорит, что математического мозга не существует, но родители, учителя и ученики всё еще верят в этот миф.

Оказывается, есть связь между убеждениями людей и их успеваемостью. Например, люди верят в то, что они гуманитарии, а математика не для них, и перестают прилагать усилия для ее изучения. Убеждения подпитывают родители, когда говорят: «Ой, ты у нас гуманитарий». А еще — школьная система образования, когда распределяет учеников в гуманитарные, химико-биологические и математические классы.

Есть и другая причина — желание заниматься. Допустим, школьники и студенты не слушают материал на уроке и не делают домашние задания. После этого они не могут решить контрольную по математике, но справляются с сочинением по литературе на тему о любимой книге, потому что что-то прочитали летом. Кажется, что человек гуманитарий, а не технарь, но на самом деле он просто не подготовился к контрольной.

В процессе обучения участвуют сами дети, их родители и преподаватели. Поэтому предпочтения к тем или иным предметам можно объяснить и отношениями с окружающими. Если учитель нравится как человек, интересно объясняет материал, ученики скорее заинтересуют предметом, и наоборот. Если родители поддерживают интерес к какому-то предмету, ребенок охотнее будет им заниматься.

А еще интересы детей могут меняться, поэтому не стоит вешать какой-то ярлык и тем более судить о гуманитарной или технической наклонности по школьным оценкам. Бывает, что предмет нравится, его хочется изучать, но получается не всё, и это отражается на оценках. И наоборот: оценки хорошие, но интереса нет.

Получается, если прикладывать усилия, можно с одинаковым успехом изучать разные предметы, другой вопрос — в желании это делать, личных предпочтениях и отношениях с преподавателем и родителями. И активность полушария мозга тут ни при чём.

Tech Humanism: данные, смысл и человеческий опыт | Кейт О’Нил – зацепила код

4 апреля @

An Event Apart Сиэтл 2018

ЧТО ДЕЛАТЬ НАС ЧЕЛОВЕКОМ?

Кто придумал творчество? Сочувствие? Любовь?

Конечно, некоторые животные обладают такими характеристиками, как

Как насчет… кто-нибудь думал поставить галочку? НЕТ, КОНЕЧНО, потому что это абсурд! Что мы могли бы доказать о нашей человечности, поставив галочку?

Тем не менее, мы сталкиваемся с этим постоянно.

Она как бы собирает смыслы и увлечена этим предметом.

Абсурд и смысл – это своего рода противоположные отношения друг к другу. Там, где отсутствует определение смысла, создается пустота, в которую может перетекать абсурд.

Итак, ее ответ на вопрос «Что делает нас людьми?» Заключается в том, что люди жаждут смысла (мы ищем, если везде).

Она была лингвистом по образованию, поэтому она подходит к этому с языка:

  • семантическое
  • значение
  • статус
  • узоров
  • правда
  • цель
  • экзистенциальный
  • космический

На определенном уровне все мы заботимся о смысле.

Почему это важно сейчас, заключается в том, что мы вступаем во время, когда машины все чаще меняют нашу работу.

Значение сыграло действительно большую роль в нашем подходе к отношениям с работой. Мы черпаем смысл в своей работе. Названия должностей стали фамилиями и передавались по наследству! Бейкер, Кузнец, Судья…

Так как же это будет выглядеть, если машины изменят состав выполняемой нами работы или даже начнут выполнять нашу работу?

Нам нужно думать о том, как придать больше смысла работе, которую мы делаем, чтобы по мере изменения состава нашего ландшафта мы были окружены смыслом, который мы спроектировали и построили.Машины не понимают смысла, а мы.

Также… флажок «Я не робот» даже небезопасен. Робот может это сделать.

Важно осознавать, что все технологии (каждая часть инфраструктуры, которая строится вокруг нас) имеют возможность создавать эти жадные, манипулятивные опыты, которые не имеют смысла. Нехорошо. Но также могут быть плохо спланированные, бессмысленные переживания, тоже нехорошие.

Модель Tech-Centric:

Спрашивает, как быть более эффективным и действенным, но полностью ориентированным на прибыль способом.Это ведет к оппортунистической максимизации человеческих мотиваций, которые НЕ являются нашими лучшими мотивами.

Она действительно верит в возможность и важность использования этой технологии для создания наиболее значимого, гуманистического мира. Если бы мы все были техническими гуманистами, ей бы это понравилось.

Мы много говорим об улучшении взаимодействия с пользователем, клиентов, читателей и т. Д. Но на самом деле это всего лишь РОЛИ! Если мы отступим от ролей, мы сможем взглянуть на ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ опыт.

Человекоцентрическая модель

Альтернатива технологичной модели. Она работает с компаниями, чтобы узнать, как мы можем придать смысл технологиям людям. Подумайте о мощи данных и технологий и о том, как сделать их понятными для них, но таким образом, чтобы создать лучший мир будущего для людей.

Каждое создаваемое нами решение имеет возможность дико масштабироваться благодаря этой технологии. Она использует данные и технологии для масштабирования значимого.Мы измеряем прибыль, чтобы свет оставался включенным, но если в этой комнате нет людей, почему нам все равно, горит ли свет?

Scale обычно снимает жесткие ограничения, чтобы новый стартап мог расти и процветать.

Разница между ростом и масштабом. Рост – это действительно одна метрика (увеличение прибыли или увеличение числа пользователей и т. Д.).

Когда вы говорите о Scale, вы говорите обо всех этих показателях, согласованных друг с другом.

Все объекты, которые мы строим, будут иметь все больше ресурсов для борьбы с ними.Когда мы думаем об этом, важно автоматизировать смысл.

НЕ ДАЙТЕ АБСОЛЮТНОСТИ ШАНСА МАСШТАБА. Он заползет внутрь и будет подобен сорняку, из которого вам не выбраться.

Пример Amazon Go:

«Когда вы берете что-то с полки, оно добавляется в вашу виртуальную тележку, поэтому не берите что-то с полки для другого человека».

… а как насчет будущего, когда Amazon Go или покупка без оформления заказа станет нормой? Это кажется небольшим решением, НО если это норма, у нас будет опыт покупок, в котором никто никому не поможет! Ей нравится помогать другим в продуктовом магазине!

Пример Uber:

Они собирали уровень заряда батареи пользователя вместе с другими данными, когда заказывали поездку, и в ходе исследования они обнаружили, что люди с очень разряженной батареей с большей вероятностью будут готовы платить повышенные цены.Они поклялись, что не использовали эти данные в продакшене, но YUCK!

Итак, приближаясь к работе, спросите, как вы можете создать значимый и интегрированный опыт?

<ПИКСЕЛЕЙ И МЕСТО> Об этом говорится в ее книге

Интегрированный дизайн человеческого опыта

Она определяет Дизайн как адаптивное исполнение стратегического замысла.

У вас может быть Полярная звезда, но вы все равно не захотите применять против нее адаптивное исполнение.Настраивайте, повторяйте, учитесь.

Некоторые из ключевых элементов:

  • интеграция
  • размерность
  • метафор и когнитивных ассоциаций
  • намерение / цель
  • Ценность и эмоциональная нагрузка
  • выравнивание
  • адаптация и итерация

(все они подробно описаны в ее книге)

«Все модели ложные, но некоторые полезны»

-Джордж Э. Б. Покс

Она просто пытается быть полезной, предоставляя эти рекомендации.

Человеку свойственно пить воду. Но в каком формате эта вода, как она доставляется и как это заставляет нас относиться к себе и миру, является «формой» этого опыта. Так что налив воды в тяжелую стеклянную бутылку с минималистичным классным шрифтом заставляет ее чувствовать себя очень важной… но она все еще человек, пьющий воду.

По мере изменения формы нашего окружения меняется и форма нашего опыта.

Это буквально, но также метафорично.

Человеческий опыт эволюционирует, но ФОРМЫ меняются быстрее, чем природа. Чем больше вы сможете укоренить свою работу в природе и значении, тем более она будет устойчивой и последовательной, и люди будут больше с ней связываться.

Метафора: речь идет о создании места в чьем-то мозгу, чтобы он мог представить себе то, что вы даете ему делать, КАК ЕСЛИ это другое дело. Это дает им целый другой набор словарных и визуальных конструкций, с помощью которых можно подумать об этом.

Метаданные: как вы что-то создаете.Мы хотим иметь некоторое представление о границах данных, происходящих вокруг опыта.

airbnb пример:

«Не ходи туда, живи там» – метафорическая кампания по изучению города так, как будто ты там живешь, а не так, как ты учишься. Если вы зашли в Интернет к туристическому консультанту и спросили, какие 5 лучших мест для посещения в Париже, это совершенно другой список, за исключением Люксембургского сада, чем тот, который предоставлен airbnb, где местные жители предоставили свои лучшие 5 вещей, которые нужно сделать. .Ответы (метаданные) разные, потому что другая метафора.

Важно, чтобы мы думали об этом многомерном подходе, потому что дизайн взаимодействия в Интернете теперь регулярно пересекается с дизайном взаимодействия в автономном режиме. Все, что вы испытываете в физическом мире с помощью своих телефонов, компьютеров или носимых устройств (все с возможностями геолокации), полностью пересекается с вашим онлайн- и офлайн-опытом.

Carnival Cruse, пример:

Устройство

Carnival Cruises Wearable (похоже на часы) должно быть для гостей как «цифрового консьержа».

Таким образом, люди должны иметь возможность оплачивать еду и напитки, обеспечивать навигацию на корабле, обеспечивать вход в комнаты без ключа, и все это требует использования данных и метаданных в значимом опыте в человеческом мире.

Они создают релевантный опыт. Актуальность – это форма уважения. Они говорят: «Мы знаем, что вы хотите делать, и не мешаем вам делать это».

Мы также должны быть внимательны, чтобы не переступать порог и не быть жуткими…

Пример Starbucks:

Их приложение очень объемно, так как они объединили навигацию по физическому месту (прогулка по улице Манхэттена) и решили, что вы хотите латте (что она часто делает), и выбрали место, положили вещи в ее тележку. , заплатите за него, а затем она может войти, забрать его и выйти.

Все это время ей указывают на измерение времени, очень услужливо указывая на то, что ее время совпадает. Это очень полезные данные, которые помогают ей принимать решения, когда она платит за кофе в приложении. Просто нужно подумать о пользовательском / человеческом контексте и о том, что вы хотите, чтобы с ними произошло.

Практически везде, где физическая работа связана с цифровым миром, соединительный уровень – это ДАННЫЕ, ЗАХВАТЫВАЕМЫЕ ЧЕРЕЗ ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ОПЫТ.

Мы делаем это, объединяя цифровой и человеческий мир.

Это потому, что аналитики – ЭТО ЛЮДИ.

При анализе бизнес-данных, отчетов и графиков, которые вы просматриваете, постоянно напоминайте себе, что данные представляют потребности РЕАЛЬНЫХ ЛЮДЕЙ, рассказывая вам, что они хотят и в чем нуждаются, и что вы можете для них сделать.


Рассматривая эти примеры, давайте спросим: «Можно ли доверять этим данным?»

Пример: Тай был искусственным интеллектом, созданным Microsoft, который должен был взаимодействовать с людьми в Twitter.

За день общения с самыми ужасными пользователями Твиттера она стала антисемитом, расисткой и гомофобом. То, что она писала в Твиттере, было ужасно!

Мы не можем винить Тэя, потому что машины – это то, что мы сами кодируем. Мы создаем алгоритмы и принимаем решения относительно логики.

Итак, «Можем ли мы доверять данным?» На самом деле означает «Можем ли мы доверять КАК МЫ ИСПОЛЬЗУЕМ и КАК МЫ КОДИРУЕМ данные?»

Возможность, которая у нас есть СЕЙЧАС и СЕЙЧАС, состоит в том, чтобы наращивать значимость в масштабе.Мы собираемся кодировать решения, которые потенциально могут сильно повлиять на огромное количество людей. Каждое наше решение может иметь отголоски. Но это не значит, что на нас давят.

Google скармливает их романам об ИИ, потому что они хотят, чтобы их ИИ понимал глубокие страстные чувства!

Приложение

Walc предоставляет указания, похожие на человеческие, которые соответствуют указаниям человека (поверните налево после Apple Store и снова перед Chase Bank). Прохладный! Это правильная идея.

Нюансы тонкой интерпретации и гуманизированных технологий: мы можем отличить –

Сипуха или Яблоко

Маффин или щенок

Лабрадудель или жареный цыпленок

, но машина может не справиться.

Где мы можем добавить наибольшую ценность? БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ !!

Модель Moviefone Kramer –

Kramer получает новый номер, который отличается от Moviefone на 1 цифру, по которому вам действительно приходилось звонить, чтобы узнать, какие фильмы идут в вашем местном кинотеатре.В какой-то момент он решает, что проще притвориться Moviefone, но не понимает тональности, поэтому он просто спрашивает: «ПОЧЕМУ ТЫ НЕ СКАЖИ МНЕ, ЧТО ВЫ ХОТИТЕ ПОСМОТРЕТЬ? !!!»

Чем больше вы занимаетесь сегодняшней работой, тем больше будет потребность в таких вещах, как ChatBot.

Где мы можем добавить осмысленное понимание нюансов и позволить людям делать то, что они делают хорошо?

Как переназначить человеческие навыки и качества на более важные роли? Это произойдет, если мы решим стоящие перед нами проблемы проектирования, встраивая в них человеческий смысл.

Давайте создадим будущее человеческого опыта, не порождающего абсурда, но сохраняющего смысл; человечество, в котором наша работа построена на масштабируемом значении.


Спросите себя: «Что вы пытаетесь сделать в масштабе?»

Для нее, как технического гуманиста, этот ответ – «создавать более значимый человеческий опыт».

@kateo

Как мы продаем это людям, у которых есть кошельки?

Продайте это, говоря об автоматизации как о неизбежной силе, и эта цель и ясность в организации – вот что придает смысл.

Есть ли разрыв между тем, как люди всегда поступали, и тем, как они всегда должны были быть?

Да, и работа требует много разделения. Она знает кого-то, кто носит одно имя на работе, а дома другое. Так что постарайтесь интегрироваться везде, даже с самим собой. Чем больше мы будем думать об этом комплексном мировоззрении, тем здоровее будем.

В чем вы видите абсурд, если думаете, что он, возможно, укоренился?

Вы можете сделать шаг назад, чтобы взглянуть на цель.Посмотрите, чем занимается этот бизнес. Это не заявление о миссии, это заявление о цели, может быть, 3-5 предложений, которые очень прямые (например, Дисней «Создать волшебный опыт»). Если вы можете быть настолько четкими и ясными, каждый в организации сможет к этому подключиться. Это устранит абсурд, потому что мы больше не имеем дела с двусмысленностью. Это как детокс … как приготовление сока для бизнеса!

что это значит? Кто такой гуманист и чем он отличается от техника

Еще сидя на школьной скамейке, многие молодые люди думают о своем будущем, планируют карьеру, мечтают достичь каких-то высот.Но еще больше переживали за родителей, не зная, что посоветовать ребенку. В некоторых случаях тип мышления помогает определить будущую профессию (если она четко выражена). Учителя, знающие способности ученика, могут легко определить, технарь он или гуманист. Что это значит, понимают многие.

Есть определенный стереотип – если вам нравятся математика и физика, человек разбирается в технике, значит, он технарь, а если есть предрасположенность к литературе, языкам и истории, вы любите писать эссе – 100% гуманитарные науки.Но не все так просто, бывают смешанные типы, поэтому при выборе профессии всегда следует прислушиваться к своей интуиции.

Кто такие гуманитарные?

Что-то кому-то доказать, сделать новые открытия в области науки и техники, вписать свое имя в историю – задача технарей. Гуманитарий – это человек, который привык созерцать окружающий мир, не вмешиваясь в происходящее, если в этом нет такой необходимости. Он не стремится сделать что-то экстраординарное, выделиться, войти в историю; он сам изучает эту историю, труды других ученых, оперируя знаниями, которые накапливались по крупицам на протяжении многих веков.Гуманитарии, в отличие от технарей, прекрасно понимают, что их мнение не единственно правильное. Им может не нравиться мышление других людей, но в то же время они понимают, что существует иное понимание ситуации, и никогда не навязывают свои причины. Гуманитарии хорошие коммуникаторы, легко находят общий язык даже с незнакомыми людьми, находят нужные слова в любой ситуации.

Гуманитарное мышление

Иногда люди ошибочно причисляют себя к другому типу.Например, если человек любит читать литературу, интересуется живописью, музыкой, кино, то он уже гуманист. На самом деле это совершенно не так, ведь увлечения не всегда могут соответствовать складу ума. Также не стоит забывать о смешанных типах, которым в равной степени даны все науки. Что такое гуманитарные науки? Это человек, осознающий существование иной интерпретации, опыта, смысла, мышления, мировоззрения и т. Д. В то же время он не обязан с этим соглашаться, он не обязан терпеть людей с противоположными мнениями.Главное понимать, что его слово – это не закон, а последняя инстанция.

Красивая речь – главное оружие

Гуманитарные науки – отличные коммуникаторы, из которых получаются отличные ораторы, учителя, психологи. Они легко устанавливают контакт с незнакомым человеком, способны поддержать любой разговор, даже если тема их не интересует. Вражда – это тоже способ общения, хотя вовлеченные в нее люди сознательно подталкивают себя к самому краю гуманитарного мира.В большинстве случаев гуманисты признают несовершенство своего мышления, зависимость от различных внешних обстоятельств.

Что такое гуманитарное образование?

Есть два совершенно разных «гуманитарных науки». Человек не сосредотачивается на теоретизировании бытия, а фактически преобразует его. Благодаря этому у человека начинается совершенно новая жизнь. Другой, наоборот, музейизирует старые знания, изучает произведения многовековой давности. Этот вид гуманитарных наук преподается в большинстве университетов.Соответствующее образование можно разделить на три типа. Первый подходит для «исследовательских» специальностей. Учителя основаны на концепции Университета Гумбольдта, обучая студентов так, как будто они станут великими учеными в будущем. Второй тип подходит для массовых занятий, которые могут выбрать гуманитарные науки. Что это за специальность? Сюда должны входить учителя, библиотекари, специалисты по связям с общественностью, журналисты и т. Д. Третий тип гуманитарного образования состоит из различных курсов, предназначенных для технарей.

Гуманитарные специальности

Социальные науки включают историю, журналистику, филологию, психологию, лингвистику, политологию, юриспруденцию. В них хорошо разбираются гуманисты, ведь особый склад ума позволяет им свободно владеть языком букв и слов. Люди, хорошо себя чувствующие в социальной среде, могут выбирать гуманитарные профессии. Психология очень популярна. Люди на протяжении многих веков изучали биологическую природу человека, историю, обычаи, происхождение.Все это было сформировано в определенных психологических паттернах, позволяющих лучше понять медицину, преподавание, науку, коммерцию и другие сферы деятельности.

Если вы гуманист, то вам подойдет деятельность, связанная с культурными, философскими, религиозными, политологическими знаниями. Если вы любите копаться в прошлом, вы можете стать историком. Власть и деньги привлекают многих, поэтому люди с гуманитарным складом ума занимаются политической деятельностью, организуют партии, ведут переговоры, собирают митинги.Любите писать, первым узнавать о различных происшествиях, проводить расследования? Костюм профессии журналиста. Сегодня многие печатные и интернет-издания нуждаются в квалифицированном персонале.

Различия между технарем и гуманитарием

В некоторых случаях определить образ мышления очень сложно, потому что конкретные способности слабы. Понять, человек технарь или гуманист, можно не по полученным в школе оценкам, а по мировоззрению, мышлению. Очень часто успеваемость по конкретной дисциплине зависит не от способностей ученика, а от некоторых других факторов, таких как способность учителя заинтересовать предмет.

Гуманитарные науки красиво говорят, очень эмоциональны, уязвимы, любят изучать языки, писать эссе и даже стихи. Они немного не уверены в себе; у таких людей развито образное мышление и воображение. Технари энергичны, уверены в себе, целеустремленны. Мысли в их голове носятся со скоростью света, такие люди прекрасно разбираются в технике, их любимые предметы – физика и математика. Они нелюдимы, не любят ни о чем говорить.

Карьерная логика

Не требует ничего экстраординарного от жизни и человечества.Учителя, архивисты, библиотекари прекрасно понимают, что такое жить на копейки. Техник всегда стремится построить блестящую карьеру, прыгнуть над головой, показать, какой он умен и незаменим. Историки, психологи, журналисты не возлагают большие надежды на рынок, но каждый гуманист может похвастаться хорошим образованием, формирующим элитарную идентичность. Что это такое – заслужить умение думать, знают многие люди с гуманитарным складом ума. Они прекрасно понимают низкий рыночный спрос, поэтому начинают зарабатывать на жизнь с 3-4 лет обучения в университете.К сожалению, сегодня общество живет по законам рынка, молодые люди выбирают профессию в зависимости от уровня заработной платы и престижа. Хотя нужно полагаться на собственную интуицию и строить карьеру по зову сердца.

Тест на профориентацию по гуманитарным или техническим наукам. Вы технарь или гуманист? Границы препятствуют развитию

Гуманитарный склад ума часто становится объектом насмешек типичных «технарей», искренне верящих, что человек, плохо разбирающийся в математических вычислениях, глуп и недалек.Мол, действительно умный человек одинаково легко запоминает и логично анализирует информацию.

Особенности гуманитарного мышления

На самом деле все иначе. «Гуманист» вполне может проводить расчеты и изучать физику. Его это просто не интересует. Намного интереснее для него общественная деятельность, творчество, классическая литература, философия, искусство.

При этом условный «гуманист» может выбрать себе подходящую профессию, ведь разбираться в инженерных технологиях не хуже, чем у самого заядлого «технаря».Человек с гуманитарным складом ума, прежде всего, испытывает импульсы к осознанию духовной стороны своей жизни.

Среди большинства ученых, открывших важные химические элементы и законы физики, была тяга к творчеству. Более того, сотни из них стали известны именно благодаря продуктам их собственного воображения и рассуждений. Яркий пример – величайший физик и химик Михаил Васильевич Ломоносов, которого больше ценили за оды и стихи, чем за неоценимый вклад в развитие точных наук.

Гуманитарное мышление в Википедии интерпретируется как «менталитет» или способность видеть мир, в котором мысли переплетаются с эмоциями. Действительно, менталитет определяет неделимые эмоциональные и интеллектуальные аспекты, присущие «гуманитарным наукам».

Тип мышления определяется вовсе не хорошей памятью или увлечением литературой, а способностью во многом воспринимать жизнь. В этом основная суть гуманитарного мышления – всесторонне воспринимать мир, знать, что у любой монеты есть две стороны и что всегда есть что-то «другое».

Разное значение, разное толкование, разное толкование, разные концепции, разный опыт, разное видение. Математический, или технический, разум воспринимает всю жизнь «по правилам». Более того, человек, обладающий ею, готов днями и ночами доказывать вам «общепринятые» законы мироздания, результаты «единственно верных» исследований, безусловное подчинение всему и всему физическим законам.

Восприятие чуждое и противоположное творческой личности.Он всегда учитывает «другое». «Гуманист» может презирать, ненавидеть, враждовать с этим «другим», не проявлять к нему толерантности, но откровенно признавать, что он существует.

Какой у вас тип ума, определить несложно. Это часто бывает в школе. Учителя и классные руководители могут легко определить, обладают ли их ученики математическим или гуманитарным складом ума. «Гуманитарные науки» отличаются высокой степенью грамотности, стремлением к изучению иностранных языков, проявлением творческих способностей (рисование, музыка, стихи), феноменальной памятью, философскими суждениями по каждому вопросу.

Чтобы определить в себе эти способности, можно пройти специальный тест. Профессии у представителей гуманитарного мышления разнообразны – от библиотекаря до политика или философа. Все зависит от того, чем вы действительно увлечены.

Как определить гуманитарный склад ума вашего ребенка?

Задатки по роду деятельности можно определить еще в раннем детстве. Именно тогда впервые раскрылась сущность мировоззрения и мышления.Как отличить гуманность вашего ребенка от технических?

Первые признаки «гуманитарных наук» в ребенке:

  • Обладает острым тактильным и обонятельным чутьем, бурно реагирует на запахи, визуальные эффекты и прикосновения;
  • Он не слишком увлекается простыми головоломками, которые легко разгадывать сверстникам;
  • Любит рисовать, раскрашивать, лепить, лепить поделки из бумаги;
  • Требует высказать свое мнение о сказках и литературных произведениях, показывает «взрослые» рассуждения о сюжете и персонажах;
  • Предпочитает ролевые игры и стратегии типа «дочь-мать», «война»;
  • Он не боится темноты;
  • Он не проявляет особого интереса к естественным наукам в реальной жизни: не спрашивает, откуда молоко у коровы, почему на траве появляется роса, сколько ног у паука и т. Д.

Если вы определили наличие этих способностей у своего ребенка, то самое время заняться организацией его социального и профессионального пути. Следует понимать, что среди гуманитарных наук есть и точные. Например, иностранные языки или психология.

Профессиональные гуманитарии, в отличие от ментальных, не всегда способны воспринимать другую точку зрения как нечто истинное и имеющее право на существование.

Еще одна отличительная черта типичных гуманитариев, проявляющаяся в детстве, – коммуникативные навыки.Эти люди тянутся к другим и мастерски налаживают контакты на протяжении всей своей жизни. И это касается и тех, кто принимает чужое мировоззрение, и тех, кто его упорно отвергает.

Если определенному человеку удается легко установить контакт с незнакомцами, придерживающимися принципиально противоположных взглядов и позиций, этот человек является типичным олицетворением GSO. К нему будут тянуться люди любых религий, профессий и типов темперамента, с ним будет легко и интересно по жизни, из него получится отличный психолог, оратор, социолог или политик.

Как определить образ мышления опытного взрослого человека?


Как мы уже упоминали, «гуманист» вполне может случайно заняться математической или технической деятельностью. Более того, такие люди часто преуспевают в деле, которое они выбрали для своей жизни, даже если оно расходится с эмоциональным и ментальным типом.

Равным образом «технарь» может служить в госструктурах, заниматься психологией или углубленно изучать традиции других стран.Вряд ли можно ориентироваться в определении мировоззрения, оценивая профессию. Тем более, что далеко не всем позволено заниматься любимым занятием в жизни.

Что означает определение «гуманитарное мышление»?

  • Знаковый тип мышления;
  • Преобразование информации в окончательную форму с помощью коллективного анализа предположений и утверждений;
  • Обилие друзей и знакомых;
  • Отличные коммуникативные навыки;
  • Любовь к обществу и шумным мероприятиям;
  • Необходимость постоянно быть в центре внимания;
  • Большой интерес к литературе, приобретение новых навыков, изучение новых теорий;
  • Последовательное и точное изложение собственных мыслей, умение сконцентрироваться на важном;
  • Требование формы изложения рассуждений от других;
  • Интерес к мультикультурной среде;
  • Увлечен новостями, традициями и законами других стран.

Лучшие профессии по «гуманитарным наукам»:


  • Журналист;
  • редактор;
  • динамик;
  • Политик;
  • Социолог;
  • телеведущий;
  • Учитель;
  • Филолог или переводчик;
  • Экономист;
  • Юрист или нотариус;
  • Дизайнер;
  • Историк;
  • Культуролог;
  • Религиовед;
  • Писатель.

Если вы все еще сомневаетесь в своем собственном пути, рекомендуем пройти тесты на гуманитарный склад ума.Так вы быстро определитесь с выбором карьерного направления, подберете достойное хобби, сможете начать жизнь с нуля, в соответствии со своими личными потребностями.

Довольно много старшеклассников начинают задумываться о своем будущем, мечтают достичь высот и строить карьеру. Но надо признать, что этот вопрос беспокоит еще больше родителей, не знающих, что посоветовать своему ребенку. Довольно часто тип мышления помогает определить будущую профессию, но только в том случае, если он хорошо выражен.

Учителя, которые учат ребенка, знают о его способностях, и я могу сказать без особого труда гуманист он или технарь … Почти все знают, что означают эти понятия.

Сегодня в обществе существует определенный стереотип, если ученику нравятся точные науки (алгебра, геометрия, физика), то он технарь, а если у ученика есть предрасположенность к истории, языкам или литературе, то он на 100% гуманист. На самом деле все не так просто, так как бывают и смешанные типы.Выбирая будущую профессию, ученик всегда должен полагаться на свою интуицию.

Человек-гуманист: что это значит?

Делать новые открытия в области науки и техники, а также вписывать их имена в историю – удел технарей. Гуманист – это человек , который привык созерцать все происходящее, не вмешиваясь в это, если в этом нет такой необходимости. У него нет желания делать что-то экстраординарное, выделиться и войти в историю, ему больше нравится изучать работы других ученых в будущем, оперируя с ними во время диалогов.Гуманитарии, в отличие от технарей, понимают, что их мнение не единственно правильное, и это связано с отсутствием у них желания спорить.

Конечно, им может не нравиться мнение окружающих, но при этом они не настаивают на своем, потому что не видят в этом смысла. Гуманитарии – это, прежде всего, отличные коммуникаторы, умеющие находить общий язык даже с незнакомыми людьми, умело подбирая слова в той или иной ситуации.

У каждого человека есть определенный тип мышления , но что это значит? Все ли понимают и осознают тонкую грань между гуманистом и технарем? В чем разница между ними? Нередко люди ошибочно причисляют себя к тому или иному типу.Например, человек увлекается кинематографом, музыкой, живописью, любит читать литературу, значит, он гуманист.

На самом деле все обстоит совсем иначе, поскольку предметы увлечения человека не всегда говорят о его мировосприятии. Не забывайте о смешанных типах людей, которые хорошо разбираются во всех предметах. Но как узнать, что вы технарь или гуманист?

При этом следует руководствоваться тем, что указанный тип мышления позволяет человеку осознать о существовании иной интерпретации , мировоззрения, мышления, смысла и опыта.Параллельно с этим ему не нужно соглашаться с ним, ему не нужно быть терпимым по отношению к людям с иной точкой зрения. Главное, осознавать, что его слово – это не закон, последняя инстанция.

Главное оружие – красивая речь

Как мы уже говорили, человек с гуманитарным мышлением – отличные коммуникаторы, в большинстве случаев отличные ораторы, психологи и учителя. Им легко удается наладить контакт с незнакомыми им людьми, они умеют поддерживать беседу, даже если им это совсем не интересно.

Стоит обратить внимание на то, что враждебность – это тоже способ общения, но вовлеченные в нее сознательно подталкивают себя на край гуманитарного мира. Гуманисты по своему менталитету, как правило, признают несовершенство своего мышления, зависимость различных обстоятельств от внешнего мира.

Что такое гуманитарное образование?

Сегодня существуют две совершенно разные «гуманитарные науки»:

Гуманитарные профессии

Социальные науки включают юриспруденцию, политологию, лингвистику, психологию, филологию, журналистику и историю.В них отлично справляются люди с гуманитарным типом мышления, потому что их склад ума позволяет им виртуозно владеть языком слов и букв. Люди, комфортно себя чувствующие в социальной среде, могут смело выбирать гуманитарные профессии.

Психология сегодня довольно популярна. На протяжении веков люди изучали происхождение, обычаи, историю и биологическую природу человека. На основе полученных данных сформировались определенные психологические паттерны, позволяющие разбираться не только в медицине, но и в преподавании, науке, торговле и других социальных сферах.

Если вы считаете себя студентом-гуманитарием , то можете обратить внимание на занятия, связанные с политологией, религиоведением, философскими, культурными знаниями. Если история представляет необычайный интерес, то вы можете посвятить ей свою жизнь.

Ни для кого не секрет, что власть и деньги привлекают огромное количество людей, поэтому люди с гуманитарным типом мышления отдают предпочтение политической деятельности, собирают митинги, ведут переговоры и организуют политические партии.Если вы любите проводить различные расследования, узнавать первым о происходящем, то можете считать профессию журналиста. Сегодня эта отрасль чрезвычайно развита, поэтому многие издания нуждаются в квалифицированных кадрах.

Техник и гуманитарии: различия

Можно ли при необходимости стать гуманистом или технарем? Ответ довольно сложный, невозможно изменить образ мышления, но всегда можно развиваться. Понять принадлежность человека к определенному типу можно не по оценкам в школе, а по мышлению и мировоззрению.Довольно часто успеваемость по определенной дисциплине зависит не от способностей ученика, а от многих других факторов, например, от способности учителя заинтересовать ребенка.

Особенности гуманитарных наук:

Что касается технарей , то у них есть следующие особенности:

  • самоуверенность;
  • энергетик;
  • целенаправленный;
  • малообщительный, разговаривать не люблю.

Увы, многие верят в такое разделение всех людей.Мы часто слышим:
– «Мой ребенок гуманист, математика не для него».
– «Гуманитарное или техническое мышление заложено природой. Способности либо есть, либо нет … »

Примечательно, что «естествоиспытатели» (люди с естественнонаучным мировоззрением – биологи, палеонтологи, геологи, медики) вообще остаются вне истории. Куда их отнести в этой «односторонней» классификации?

“Откуда дрова?”

Давайте разберемся, откуда взялось мнение, даже стереотип, что люди делятся на «технарей» и «гуманитариев»? Вы можете говорить о различии «повседневного» и «научного».

Тот, кто больше интересуется «техническими» предметами (математика, физика) и лучше разбирается в них, любит что-то конструировать, творить, причисляется к «технарям». Если он охотнее говорит о кораблях, курсирующих по просторам Вселенной, пишет стихи, то он «гуманист». Раньше ученые считали, что существует своеобразная «карта мозга»: чем лучше развита область, «отвечающая за определенные способности», тем они выше. Имеются данные о генетической предрасположенности к определенным способностям на слух, и единственный способ повлиять на ситуацию – развить желаемые способности в критический период раннего детства.

Где бы ни укоренились наши заблуждения о биполярном мире, противостояние между гуманитарными науками и технарями, этот стереотип очень популярен. Легко отнести себя (или своего ребенка) к одной из двух «понятных» групп! Неудивительно, что забавные контрастные картинки в виде репостов раскиданы по соцсетям как горячие пирожки:

Кто выглядит наивнее?

Кто выглядит умнее?

Кто лучше подойдет к ребенку?

Источник иллюстраций: AdMe.ru

Границы мешают развитию – пора развенчать мифы!

Повседневное разделение на гуманитарные науки и технарей не выдерживает критики:

  • Любые качества личности, например эмоциональность, практичность, могут быть присущи любому человеку. На их тяжесть влияет множество факторов.
  • Успехи ребенка в предметах и ​​интерес к ним часто предопределяются не способностями, а личностью и талантом учителя, любопытством ребенка, поддержкой родителей или «заразительным» примером.
  • Людей с естественнонаучным мировоззрением и интересами, даже с натяжкой, нельзя отнести ни к гуманитариям, ни к технарям.
  • Немало людей преуспевают как в гуманитарной, так и в технической сфере. Итак, чтобы изучать иностранные языки, социологию, обществознание, для успешного предпринимательства нужно быть и технарем, и гуманистом.

Михаил Ломоносов был выдающимся физиком и химиком, одновременно писал оды и стихи, высоко оцененные современниками.

Льюис Кэрролл , который преподавал логику и написал всемирно известную детскую книгу – гуманист или технарь? 🙂

LogicLike – за сознательный отказ от привычного домашнего деления. Правильная жизненная позиция родителей – это первый шаг к созданию условий для разностороннего развития ребенка.

Все дети могут расширить свои «базовые границы» и извлечь пользу из изучения каждого предмета и направления развития.

Есть ли какие-нибудь научные доказательства того, что кто угодно может стать «кем угодно»?

Научное восприятие гуманитарных наук vs.технарей неоднократно опровергали:

  • В 60-х годах прошлого века американские ученые смогли доказать, что мозг, как и мышца, можно накачать. Они назвали эту человеческую особенность нейропластичностью – способностью мозга образовывать новые нейронные связи в зависимости от активности человека: действий и сопутствующих мыслительных процессов.
  • Исследователи не остановились на достигнутом и на том, что у человека есть еще одна сверхдержава – нейрогенез, т.е. он может буквально «расти» и формировать в своем мозгу нейроны желаемых свойств и качества.Если вы хотите хорошо изучать математику или стать полиглотом, чаще решайте задачи или учите иностранные слова. Даже если есть ощущение, что технические науки или иностранные языки «не твои».
  • Ученые доказали, что математика помогает преуспевать в гуманитарных науках, решать жизненные проблемы, а музыка (где, кстати, возьмете?) Развивает математические способности.
  • Стэнфордские исследователи показали, что в долгосрочной перспективе, если ребенок не сдастся и не будет заклеймен как «не способный к математике», со временем он добьется большего успеха и лучше поймет математику, чем тот, кто когда-то делал быстро. ментальная математика…

Как стереотипы влияют на наших детей

Исследователи и преподаватели настаивают на необходимости правильно понимать и оценивать способности к математике (а также способности к другим техническим предметам). Фактически, они есть у всех: дело не только в таланте или умении вычитать или умножать, но и в обобщении, анализе, сравнении, рассуждении и принятии решений. К сожалению, традиционно в математике ребенок считается одаренным, если решения приходят ему в голову быстро.На самом деле скорость принятия решения является врожденным показателем (например, темпераментом) и, в принципе, не влияет на способность решать.

Принципиальная разница между «технарями» и «гуманитариями» не в том, на что эти люди способны (потому что они способны практически на все и то и другое!). Разница в том, к чему люди стремятся, что им ближе, что дается с меньшими усилиями, от какой деятельности они получают больше удовольствия и удовлетворения.

Увы, классификация «технарей-гуманистов» – хороший повод для лени или отсутствия мотивации.На самом деле часто «не дали» = «не захотели тратить достаточно времени и сил».

Каждый может преуспеть в школьной математике

Когда ребенок делает первые шаги или пытается говорить, он снова и снова падает, искажает слова и значения. Но мы не верим, что «не дано». Аналогичный принцип должен применяться к любому занятию и навыку, которым человек стремится овладеть.

Математика – один из «языков» современного мира, на освоение которого стоит потратить время и силы.Математика помогает понимать окружающий мир и влиять на него, но – как и изучение иностранных языков – практически никому не дается «на лету».

Вам не нужен «технический» склад ума, чтобы понимать личные финансы, ссуды, инвестиции, рассчитывать бонусы и бонусы на работе и помогать своему ребенку с домашними заданиями по техническим предметам. Достаточно понимания математики, основ математического мышления и законов логики.

Если очень хотите, то обязательно научитесь думать как математик, и вы сможете научить этому своего ребенка.

На стыке дисциплин

Есть профессии, которые по умолчанию нельзя отнести к «техническим» или «гуманитарным». Яркий пример – программист. Еще ярче профессия будущего: дизайнер виртуальной реальности, виртуальных миров и пространств. С каждым десятилетием появляется все больше и больше примеров, и даже знакомые, «древние» профессии, такие как бухгалтер, библиотекарь и врач, становятся все более и более «междисциплинарными».

Социолог и журналист Малькольм Гладуэлл в своей книге «Гении и аутсайдеры» сформулировал «правило 10 000 часов».«Именно такое количество часов практики может сделать любого человека« технарем »(или« гуманистом »). Исследователь утверждает, что так называемый« гений »,« одаренность »может влиять, а не влиять на результаты и успех. в любом деле. Но настойчивость всегда сказывается положительно. И снова подтверждается банальный, но верный вывод: 1% успеха – умение, 99% – работа. Эти цифры условны и даны для наглядности, в жизни все намного сложнее.

Так зачем готовить ребенка?

Научи его думать! А именно – рассуждать, анализировать, сравнивать, искать нестандартные решения.В общем привет, занимательные задания!
Для начала вы можете просто познакомиться с классическими обучающими заданиями и занимательными головоломками LogicLike.
Но для достижения заметного результата нужны настойчивость, дисциплина и регулярность.

В следующий раз, когда у вас возникнет ощущение, что точные или гуманитарные науки «не даны» вашему ребенку, запомните:

  • Не вешать ярлыки (особенно в присутствии ребенка – дети очень внушаемы).
  • Не торопите ребенка, ответ о способностях и задатках может прийти не сразу (и прийти совсем не так, как вы ожидали – «междисциплинарный»).
  • Помните о нейропластичности – стремитесь создать новые связи в мозгу ребенка. Постоянно приглашайте его для решения разного рода задач и задач.

При этом обязательно верить в него и всячески его поддерживать, а

0 Когда ваш ребенок подрастет, пора задуматься о своей будущей профессии. Одним из аргументов, используемых в данном случае, является тип ученика «технари» или «гуманитарий» … Как правило, при разговоре с учителем можно услышать такую ​​фразу: « Ваша дочь типичный гуманист, зачем ей идти в МИФИ ? »или« Ваш сын прирожденный технарь, он легко выучит информатику и математику »Эти советы помогают родителям определиться между гуманитарной и технической профессией.Прочтите еще несколько статей на различные темы, которые расшифровывают молодежный жаргон, например Signa, Riley, Pff и т. Д.
Однако здесь возникает другой вопрос, например, будет ли «гуманисту» легко следовать финансовым путем? Но сможет ли «технарь» освоить специальность биолога? Стоит разобраться, какие качества делают человека приверженцем гуманитарного или технического образования.

Что значит гуманист? Что значит технарь?

Давайте разберемся, что скрывается за этими двумя определениями, и что на самом деле подвластно людям с тем или иным четко определенным типом.

Как правило, ребенок технарей или гуманитарий показывает его личные качества в сочетании с интересами и успехами в соответствующих дисциплинах. Конечно, на протяжении нескольких поколений некие стереотипы технарей и гуманитариев, но специфическая индивидуальность человека иногда не всегда может укладываться в отведенные ему рамки.

Принято считать, что обученный гуманист может получить очень высокие оценки по физике и математике, хотя предполагается, что он должен иметь не более «4» баллов по этим предметам в соответствии с его «статусом».Однако даже более низкая оценка гуманитарных наук будет простительна, поскольку существует устоявшееся мнение, что гуманитарные науки не обладают способностями к математике.
Они, как рыба в воде, впитывают историю, литературу и иностранные языки. Люди с этим типом личности любят кино или театр и часто могут выступать публично, потому что у них отличный «висящий язык». По этой причине они способны сильно сопереживать, тогда эта чувствительность помогает им заниматься творческой деятельностью и погружаться в миры классической литературы.Гуманитарии склонны к романтическому восприятию окружающей действительности, они словно всю жизнь носят розовые очки, эмоциональны и ранимы, , у них «тонкая» душа. У этого типа личности хорошо развито образное мышление и воображение. Ходят слухи, пока не подтвержденные, что у технарей преобладает левое полушарие мозга, а у гуманитариев – левое.

Напротив, технарей считаются более активными, энергичными, но в то же время приземленными.Они обладают недюжинной настойчивостью и целеустремленностью. Часто их считают людьми более уверенными в себе и своих действиях. Их разум работает с высокой скоростью, последовательностью и ясностью. В школе тяготеют к физике, математике и информатике , на «ты» с любого устройства, от смартфона до компьютера. Однако, хотя технари чувствуют себя более уверенно, им не нравится живое общение, которое они успешно заменяют внутригрупповыми чатами и форумами.

Techies VS Humanities

Выбор дальнейшей профессии стоит перед каждым студентом.Сегодня система образования подразумевает, что в определенный момент ваш ребенок должен четко понимать профиль своего дальнейшего образования.

Практически с младших классов заботливые родители стараются помочь своим детям. раскрыть способности и таланты. Надо признать, что давать совет своему ребенку может быть непросто. В таких ситуациях помогает определиться тип мышления.

Учителя, обучающие ребенка, знакомы с их талантами. Им не составит труда определить, гуманист он или технарь.Итак, что означают эти концепции?

Сегодня в обществе насчитывается примерное деление. Например, если ваш ребенок предпочитает точные науки, такие как математика, физика, то он технарь. А если у него разовьется интерес к языкам, изучение художественной или исторической литературы – гуманитарное. Но на практике все не так просто, поскольку есть дети со смешанным типом.

Интересно, что определить мировоззрение ребенка можно по определенным критериям: манера запоминания информации, узнаваемость в обществе, жизненные ценности и цели.

Техник

Детей с техническим мышлением отличает энергичность, настойчивость и целеустремленность. Их мозг работает с большой скоростью и ясностью. Еще в школе у ​​них есть склонность к алгебре, геометрии и физике, такой ребенок может уживаться с любой техникой.

Но, несмотря на свою активность, технари не любят живого общения. Новые открытия, изобретения, след в истории – это удел технарей. Люди с техническим складом ума в своей работе сталкиваются с любыми материалами, оборудованием, точными науками.

На практике это профессионалы своего дела. У технаря всегда все четко и по плану не может быть никаких посторонних отражений. Телефоны, компьютеры, автомобили, дома и строения – то, без чего мы не можем представить нашу жизнь, заслуги этих людей.

Гуманист

Ученые давно установили, что склонность ребенка к различным наукам можно определить с раннего детства. Сильно выраженное тактильное и обонятельное чувство может говорить о гуманитарном типе мышления.Среди множества увлечений такие дети предпочитают рисование или рукоделие.

Основные черты характера Гуманитарные науки:

  • коммуникабельность
  • интерес к искусству, традициям, истории, философии
  • желание постоянно развиваться и совершенствоваться

Можно назвать ряд социальных наук – лингвистику, филологию, юриспруденцию, политологию. В них хорошо разбирается гуманист, так как благодаря типу мышления он способен овладеть языком слов и букв

Дети, прекрасно адаптированные в обществе, могут смело найти для себя подходящую профессию.

Способности и интересы

Говоря о выборе профессии, необходимо учитывать не только возможности ребенка, но и его интересы, , пристрастия. На самом деле это разные вещи. Часто бывает, что ребенку действительно может нравиться определенная школьная дисциплина, но он не до конца понимает ее и не все понимает.

Или, наоборот, учитель не вызвал у ученика интереса к своему предмету, поэтому ребенок не хочет понимать «неинтересный» материал.

Не следует судить ребенка только по школьным оценкам. Если мы попытаемся сбалансировать интересы и способности, то получим разные варианты.

Первый : направление интересное и способности есть – идеальный вариант, не предполагающий размышлений о выборе профессии. Второй : ребенок не проявляет интереса к направлению, но имеет ярко выраженные способности. Здесь стоит задуматься, почему ребенок не хочет учиться в этой сфере.Может быть, проблема в том, что преподавание не пробудило интереса к дисциплине? Или ребенка просто интересует другое?

Третий: направление интересное, но особых способностей нет. Подумайте, стоит ли в этом случае разрабатывать то, чего нет? Или просто не было возможности проявить себя? Четвертый: Нет интереса к направлению и способностей. Здесь все просто – подумайте о других направлениях.

И пятый : если есть средний интерес и к гуманитарным, и к техническим наукам, обратите внимание на другие области, например, творческие.

Важно, чтобы последнее слово было за ребенком. Это его выбор, и только его. И не нужно ему мешать, даже если он вдруг решит сменить направление.

Помощь родителей и учителей заключается только в том, чтобы предоставить ребенку полную информацию обо всех возможных областях знаний. А психологическое тестирование, своего рода профориентация, поможет определиться с сферой.

Директор Хаба гуманистов для будущих технических лидеров

«Наше новое поколение лидеров создает беспрецедентные технологии, влияющие на миллиарды жизней.У них также радикально иные отношения с традиционной религией, чем у предыдущих поколений, поэтому нам необходимо изменить способ обучения их этике и моральным ценностям в науке, технологиях и бизнесе », – сказал Эпштейн.« Humanist Hub стремится к формированию позитивных убеждений. в обществе справедливость и плюрализм для студентов-атеистов и агностиков, которым мы служим, и для всех “.

Эпштейн станет первым капелланом-гуманистом Массачусетского технологического института (MIT), который присоединится к Управлению религиозной жизни Института, чтобы официально служить растущему гуманистическому сообществу.Эпштейн будет поддерживать своих коллег-капелланов в совместной работе на благо всего университетского городка. «Я рад приветствовать Грега Эпштейна в нашей команде. Я восхищаюсь его работой и уважаю его внимательность, с которой он подошел к совместному размышлению о потребностях наших студентов-гуманистов и светских студентов. Мы работаем над формированием и формированием будущих лидеров и новаторов среди окружающих. меняя религиозный климат, он хорошо подходит для поддержки сообщества Массачусетского технологического института », – сказала преподобный Кирстин Босуэлл-Форд, капеллан института и директор Управления религиозной жизни.

Согласно отчету Public Religion Research Institute (PRRI) за 2017 год, «американский религиозный ландшафт претерпевает драматические изменения». Впервые крупнейшая религиозная группа в Америке – это «никто», при этом почти каждый четвертый американец идентифицирует себя как не принадлежащий к религии. Вдвое увеличился процент подростков, считающих себя атеистами.

Humanist Hub имеет уникальные возможности для обучения будущих технологов и политиков тому, как принимать во внимание последствия инноваций.По мере того, как студенты становятся профессионалами и лидерами, Эпштейн стремится наделить их гуманистическими ценностями, чтобы внести свой вклад в формирование более этичного общества.

Эпштейн также служит капелланом-гуманистом в Гарвардском университете с миссией построения инклюзивного светского сообщества и создания новой модели того, как люди празднуют жизнь, продвигают сострадание и улучшают мир для всех. Основанный в 1974 году как Капеллан-гуманист в Гарварде, Центр гуманизма на Гарвард-сквер начинался как небольшая организация, обслуживающая гуманистов, атеистов и агностиков.В последние годы Humanist Hub превратился в национальную модель программ гуманистического сообщества в кампусе и за его пределами.

О Humanist Hub
Основанная в 1974 году, Humanist Hub является независимой благотворительной организацией 501 (c) 3, посвященной созданию инклюзивного сообщества для лиц, не принадлежащих к религии. Опираясь на структуры и передовой опыт религиозных сообществ, The Humanist Hub работает над созданием новой модели того, как гуманисты прославляют жизнь, пропагандируют разум и сострадание, а также делают мир лучше для всех.Свяжитесь с нами в Twitter, Facebook и Instagram. Чтобы принять участие, посетите сайт www.humanisthub.org.

SOURCE Humanist Hub

Ссылки по теме

http://www.humanisthub.org

Технологии, медиаграмотность и человек

Резюме главы

Гуманисты и трансгуманисты обсуждают улучшение 88

Конвергенция людей и технологий89

Гуманизм и Просвещение: старый фундамент 90

Трансгуманизм: разумный или крайний? 92

Реакция на трансгуманизм 95

Новый фонд трансгуманизма 97

Постчеловеческий субъект 100

Историческое положение и определение постгуманизма 100

Танец воли104

От человека к человеку и от лица к человеческому роду 105

Сложность: ключ к пониманию человеческого становления 108

Сложность определения положения 109

Сложные концепции для Framework112

Сложность и технологии 115

Заключительные мысли117

Я воспринимаю постчеловеческое затруднительное положение как возможность расширить возможности поиска альтернативных схем мысли, знания и саморепрезентации.Постчеловеческое состояние побуждает нас критически и творчески думать о том, кем и чем мы на самом деле становимся. (Брайдотти, 2013: 12)

Сосредоточив внимание на технологических отношениях в предыдущей главе, я перехожу к обсуждению человеческой стороны отношений между человеком и технологией, пытаясь лучше понять, что составляет обсуждаемый человеческий субъект. Сначала я дам краткий исторический отчет о гуманистическом предмете, рассмотрю трансгуманистический предмет и обсуждаю, как каждый из них вовлечен в дебаты о человеческом совершенствовании.Затем я приводю доводы в пользу философского постчеловеческого предмета, который является сложным и возникающим. Используя современный подход к человеку, я использую сложность, чтобы понять себя не как отдельных индивидуумов, а как сложных и взаимосвязанных существ, которые всегда становятся через отношения в нашей жизни. В этой главе будут завершены основные сведения и теоретические основы концепции, разработанной в главе 5.

Трудно, если не невозможно, полностью осознать влияние информационных и коммуникационных технологий (ИКТ) без предварительного точного понимания человеческого субъекта.Хотя мы добились больших успехов в разработке технологий, удивительно, насколько сложно ответить на вопрос: , кто мы? Хотя задать вопрос может быть просто, придумать ответ намного сложнее. Поиск ответа на этот вопрос был одной из основных задач философов (и всего человечества) на протяжении всей письменной истории.

Чтобы понять, как технологические отношения, обсуждаемые в третьей главе, составляют нас, полезно понять, что это за «мы», о которых мы говорим.Хотя понимание человеческого субъекта менялось на протяжении всей истории, оно еще больше осложняется широким спектром культур с радикально разными способами интерпретации человека. В центре моего внимания остается современный западный мир. Это не для того, чтобы сбрасывать со счетов другие культуры, которые вносят полезный вклад и взгляды, а просто для того, чтобы ограничить объем и оставаться в рамках моих собственных знаний, чтобы избежать “ присвоения видения менее могущественных, утверждая, что они видят с их позиций ” (Харауэй , 1988: 584).

Гуманисты и трансгуманисты обсуждают улучшение положения

По мере того, как ИКТ все больше и больше вторгаются в нашу жизнь, возникают вопросы о сближении людей и технологий. Большинство людей в развитом мире теперь имеют постоянную связь с цифровым миром через смартфоны – примерно 72% – а в неразвитом мире почти половина людей имеет постоянную связь (Poushter et al., 2018: 4). Это соединение обеспечивает мгновенный поиск информации через поиск в браузере (часто в Google) и постоянную сеть друзей через социальные сети.У вас под рукой есть ответы практически на любой вопрос, от отзывов о ресторанах до направлений и определений. Приложения для перевода могут использовать дополненную реальность, используя камеру телефона для преобразования слов изображения на предпочтительный язык (Fragoso et al., 2011). Носимые технологии используют то, что они расположены на теле человека, и предоставляют человеку информацию и идеи, связанные со здоровьем (Van Den Eede, 2015b). Технологии действительно «движутся к нам, в нас» (Van Den Eede, 2017: xxv).

Недавние достижения в области нано-, биологических и информационных технологий, а также когнитивные науки (вместе именуемые технологиями NBIC) вызвали страстные дебаты о «улучшении человека» относительно того, что значит быть человеком (Roco & Bainbridge, 2003). С одной стороны, трансгуманисты, которые ссылаются на нашу долгую историю использования технологий для выживания и улучшения нашей жизни; от огня к укрытию и к скрещиванию растений для повышения урожайности. С трансгуманистической точки зрения, сплайсинг генов и нанотехнологии – это просто следующие шаги в этой долгой истории.На другой стороне спектра находятся биоконсерваторы или традиционные гуманисты, которые считают, что человеческое совершенствование может привести к потенциальной утрате чего-то по существу человеческого.

Во-первых, нет одного гуманизма или одного трансгуманизма. Оба со временем эволюционировали, и оба состоят из множества людей с разными мнениями. Моя конечная цель – не опровергнуть любой из этих подходов, а создать современное понимание человеческого субъекта, чтобы более полно осознать, как отношения с технологиями способствуют созданию человеческого субъекта.Я стараюсь ограничиться громкими заявлениями. Я также воздерживаюсь от слишком много времени, противопоставляя себя другим подходам, сохраняя основную часть своих аргументов в пользу утвердительного построения своей позиции.

Конвергенция людей и технологий

По мере того, как ИКТ становятся все более и более запутанными в нашей жизни, может возникнуть вопрос: сколько времени пройдет, прежде чем мы перейдем от носимых устройств к широко распространенной технологии встраиваемой системы ? Это поднимает вопрос о технологиях NBIC и конвергенции человеческих технологий.Уже есть достижения в области нейронных интерфейсов, цель которых состоит в «бесшовной интеграции интерфейса между нейробиологией и инженерной технологией для записи и модуляции нейронов» (Wellman et al., 2018: 1; ср. Neely et al., 2018). Интерфейсы мозг-машина разрабатываются для вспомогательных технологий (Donati et al., 2016), но также в более общем плане для «взаимодействия между человеком и машиной посредством мысли» (Sargent et al., 2017: 1). Сейчас даже разрабатываются интерфейсы мозг-мозг (Zhang et al., 2019).

В дополнение к этой конвергенции между людьми и технологическими артефактами, теперь открыта дверь для недорогих манипуляций с человеческим генетическим кодом; например, с помощью процесса CRISPR-Cas9 (Doudna & Sternberg, 2017; Ran et al., 2013), который позволяет относительно легко и недорого вырезать нежелательные гены и заменять их другими генами, даже генами, не принадлежащими человеку. Технологии и люди сходятся на самых разных фронтах. Возможности, которые несколько лет назад казались научной фантастикой, в ближайшем будущем, по всей видимости, имеют реальный потенциал.Ситуация вызвала поляризованные дебаты по поводу улучшения человека. С одной стороны, обсуждаются захватывающие возможности искоренения хронических заболеваний и улучшения качества и продолжительности жизни людей. С другой стороны, есть опасения по поводу потери чего-то, по сути, человек и (Fukuyama, 2004) из-за сближения с технологиями.

Существует также озабоченность по поводу собственного капитала и растущего разделения между имущими и неимущими. Возможно, что более обеспеченные смогут дать своим детям улучшения с помощью улучшенного разума и тела, в то время как менее обеспеченные останутся «позади».Это может даже привести к тому, что некоторые люди станут настолько развитыми, что станут после – людьми, сделав эволюционный шаг дальше того, что мы считаем Homo sapiens . Эта ситуация подчеркивает необходимость рассмотрения того, как мы определяем «человек» по отношению к конвергентным технологиям. Теперь мы начинаем обладать технологической способностью играть более активную роль в эволюции человечества, что заставляет некоторых сомневаться в нашей способности понимать долгосрочные и краткосрочные последствия исполнения роли Homo deus ( Харари, 2016).Это приводит к таким вопросам, как: Каков наиболее полезный подход к пониманию конвергенции технологий и человека? Как можно отделить человека от технологий, в то же время, когда он с ними сближается? Есть ли более подходящее представление о человеческой личности, чем многовековой гуманистический идеал, зафиксированный в книге Да Винчи «Витрувианский человек »?

Гуманизм и Просвещение: старый фундамент

Сегодня гуманистическая каминная полка по-разному интерпретируется биоконсерваторами (или консервативными гуманистами) с одной стороны (напр.г., Фукуяма, 2002, 2004; Хабермас, 2003; McKibben, 2004) и трансгуманисты, с другой стороны (например, Bostrom, 2005, 2013; Kurzweil, 2005; Moravec, 1988; More, 2013). Тем не менее, обе стороны дебатов основываются на гуманизме и Просвещении. Поскольку в основе дебатов об улучшении человека лежит рациональный гуманизм и Просвещение, я начну с обзора.

Как указывает Шарон (2014), и биоконсерваторы, и трансгуманисты основаны на гуманистических идеалах. Рациональный гуманист, происходящий из семнадцатого и восемнадцатого веков и тесно связанный с эпохой Просвещения, является наделенным полномочиями субъектом, способным думать самостоятельно и не обязательно полагаться на ответы на религию.Рационализм и эпоха разума привели европейское общество (и не только) к великим достижениям, включая промышленную революцию. Автономная личность стала нормой. Беатрис Хан-Пайл (2010) утверждает, что в англоязычном мире гуманизм составляет:

часто ассоциируется с оптимистическим и секулярным взглядом на мир, который утверждает привилегию людей перед неорганическими (или органическими, но нечеловеческими) сущностями, защищая права людей на счастье и развитие их индивидуального потенциала (118) .

Гуманизм помог человечеству выйти из «темных веков» в эпоху разума и контроля, возвышая и расширяя возможности человеческой личности. Хотя гуманизм и модернизм способствовали сокращению голода, эпидемий и смертей в результате войн (Harari, 2016), они также привели к тому, что человечество потребляло ресурсы Земли с угрожающей скоростью. Это привело к шестому массовому вымиранию (Cafaro, 2015) одновременно с четвертой промышленной (технологической) революцией (Schwab, 2017).

Гуманизм не всегда имел столь однозначное (и узкое) определение (Braidotti, 2013; Han-Pile, 2010; Hayles, 2008; и, кроме того, Hughes, 2010a). Однако, с негативной реакцией на позитивизм и протестом со стороны французских постструктуралистов и постмодернистов, гуманизм превратился в дисциплину, которая потеряла часть своего прежнего разнообразия и теперь рассматривается в более необычной манере; как оценку рационального, автономного и исключительного «я», где мир природы является хайдеггеровским (1977) резервом ресурсов, доступных для нашего использования и эксплуатации.И все же объятия «человеческого» затемняют тех, кто остается в объятиях; маргинализированные группы, которые слишком медленно принимаются как равные или даже включаемые, и которые все еще далеки от того, чтобы считаться полностью людьми в глазах слишком многих (Latour, 1993). Как указывает Брайдотти (2013: 1),

Не все из нас могут сказать с какой-либо степенью уверенности, что мы всегда были людьми или что мы только таковы. Некоторые из нас даже не считаются полностью людьми сейчас, не говоря уже о предыдущих моментах западной социальной, политической и научной истории.Нет, если под «человеком» мы подразумеваем то существо, знакомое нам по эпохе Просвещения […]. И все же этот термин пользуется широким консенсусом, и он поддерживает надежную близость здравого смысла. Мы утверждаем нашу привязанность к виду, как если бы это было данностью, данностью. Настолько, что мы строим фундаментальное понятие прав вокруг человека. Но так ли это?

Очень тревожный аспект гуманизма – это сдвиг в сторону евгеники и геноцида евреев, ЛГБТ, людей со способностями, которые воспринимались за пределами социально сконструированной нормы, и различных маргинализированных групп во имя совершенствования человеческой «расы».Даже сейчас женщинам не платят равную заработной плате мужчин почти во всех уголках земного шара, права ЛГБТ не признаются во всем мире, а расизм продолжает широко распространяться. Хотя гуманистическая концепция человека помогла некоторым обрести силу, она оставила других людей за пределами того, что принято или желательно. Другая часть критики гуманистов состоит в том, что они придерживаются антропоцентрической точки зрения, считая человека исключительным и ставя людей выше любых других видов в мире.

Трансгуманизм: разумный или крайний?

Вместо того, чтобы сосредотачиваться на гуманистическом прошлом, трансгуманисты склонны быть футуристами. Например, одним из главных голосов трансгуманистического движения является Ник Бостром, который является директором-основателем Института будущего человечества в Оксфорде. В этом разделе я рассматриваю два типа подходов, которыми занимаются трансгуманисты. Первый – это ближайшее будущее и идея постепенных улучшений людей. Затем я рассматриваю идеи более далекого будущего, такие как загрузка разума, которая, как я считаю, больше отвлекает, чем помогает делу трансгуманизма.Однако наиболее проблемным аспектом трансгуманизма является основополагающая идея отдельного человека, уходящая корнями в эпоху Просвещения. Хотя я считаю, что этот критический недостаток необходимо исправить, в трансгуманизме есть и положительные аспекты.

Мое намерение здесь состоит не в том, чтобы дать широкую критику трансгуманизма как такового, а в том, чтобы критически заняться некоторыми из его фундаментальных концепций и попытаться отделить концепции и идеи, которые могут быть полезны от других, которые, как я считаю, ошибочны.Вместо того, чтобы сосредотачиваться на ее сильном либертарианском прошлом, меня воодушевляет повышенное внимание Джеймса Хьюза к идеалам социал-демократии (2010a, 2010b, 2012). Хотя я не верю, что все проблемные вопросы полностью исчезли из трансгуманистических диалогов, я верю, что все большее внимание уделяется социальной справедливости и признанию сложности человеческого сознания и познания. Например, Макс Мор (2013: 10) пишет:

Поиск абсолютных оснований для разума, например, уступил место более сложной, неопределенной и самокритичной форме критического рационализма.Простое, единое «я» было заменено гораздо более сложным и загадочным «я», обнаруженным нейробиологами. Совершенно уникальный статус человека был заменен пониманием того, что мы являемся частью спектра биологических организмов и возможных небиологических видов будущего.

Общая идея в области трансгуманизма заключается в том, что «в определенных пределах […] желательно использовать новые технологии для улучшения физических и когнитивных способностей человека и для внесения других полезных изменений в человеческие черты» (Blackford, 2011).Стивен Зоргнер (2019) объясняет: «Расширение диапазона здоровья человека – центральная цель большинства трансгуманистов» (17). More (2013: 5) ввел термин экстропия , который относится к

.
вечный прогресс, самопреобразование, практический оптимизм, интеллектуальные технологии, открытое общество, самоуправление и рациональное мышление. Непрерывный прогресс – это сильное заявление о приверженности трансгуманистов поиску «большего интеллекта, мудрости и эффективности, неограниченной продолжительности жизни и устранения политических, культурных, биологических и психологических ограничений для непрерывного развития».Постоянное преодоление ограничений нашего прогресса и возможностей как индивидов, организаций и видов »[…] Реализация трансгуманизма [является] непрерывным процессом, а не поиском состояния совершенства.
Заявление

Мора опровергает утверждение, что трансгуманисты – утописты, стремящиеся стать совершенными. Ближайшая цель трансгуманизма – не обязательно полное сближение с технологиями; скорее, это улучшение жизни людей, в первую очередь за счет использования технологий.

Хотя трансгуманистическое движение зародилось в 1980-х (Lewis, 2018) с изрядной беззастенчивостью, с тех пор оно созрело и более внимательно рассматривает, например, риски , связанные с новыми технологиями. Например, Институт будущего человечества Бострома в Оксфорде (и другие) начал уделять внимание экзистенциальным рискам (Bostrom, 2013). Кроме того, больше внимания стало уделяться социальным вопросам, выходя за рамки индивидуального (Hughes, 2004, 2012; Wood, 2017).Хьюз (2012) утверждает: «Большая часть трансгуманистической политики была сформирована либертарианскими наклонностями ее богатых, образованных мужчин и американцев. Но за последнее десятилетие трансгуманисты стали гораздо более разнообразными в культурном и политическом отношении »(758), двигаясь в сторону либерально-демократического направления.

Просматривая Трансгуманистическую декларацию (More & Vita-More, 2013) и повторную приверженность Технопрогрессивной декларации (Wood, 2017), я попытался выделить концептуальное заявление, чтобы отразить фундаментальные цели трансгуманизма и убедиться, что изменения в философских основах, которые я предлагаю позже, только укрепят это видение, а не отменит его.Это видение отключает любую необходимую связь с идеалами Просвещения. Я предлагаю следующее видение трансгуманизма: Чтобы уменьшить страдания, неравенство и преждевременную смерть или более позитивно: расширить доступ к здоровью, счастью и долголетию для всех людей и их окружающей среды за счет стратегического использования (в том числе неиспользование) технологий. Я включаю слово «окружающая среда» как расширение некоторых более антропоцентрических тенденций деклараций, поскольку без окружающей среды не будет человеческого процветания.Я не утверждаю, что это видение было бы единодушно приемлемым для трансгуманистов, но я действительно считаю, что оно отражает большую часть текущих позитивных намерений, стоящих за этой областью.

Трансгуманистические дискуссии, касающиеся краткосрочных целей улучшения условий жизни человека с помощью технологий, все еще могут восприниматься многими вне движения как потенциально полезные. Однако существуют также трансгуманистические дискуссии относительно более фантастических сценариев, таких как эмуляция всего мозга, также называемая выгрузкой разума (Bostrom 2014; Kurzweil 2005, 2012; Moravec, 1988; Sandberg, 2013).Это концепция, согласно которой мозг может быть оцифрован, заменив биологические нейроны, которые находятся во включенном или выключенном состоянии, компьютеризированной / механической заменой. Идея состоит в том, что этот процесс мог бы захватить «разум» и сознание человека, лишив его зависимости от биологического тела. Это потенциально позволило бы их сознанию жить почти бесконечно или, по крайней мере, значительно увеличить продолжительность их жизни и квалифицировалось бы – по крайней мере, в умах многих – как человек после .Это также связано с облегчением межзвездных путешествий, позволяя человечеству (или постчеловечеству) более легко выходить за пределы Земли и уменьшая экзистенциальный риск для людей (Bostrom, 2013).

Есть и другие, такие как я, которые считают, что невозможно разделить мозг и тело; разум существует в обеих сущностях (Hayles, 1999; Varela et al., 1992). Эта концепция разума бросает вызов желанию трансгуманистов загружать наш разум в машины путем сканирования нашего мозга и, по крайней мере, указывает на необходимость загрузки чего-то большего, чем просто мозг (может быть, загрузка всего тела?).Хотя трансгуманисты имеют и другие крайние возможности, такие как вариации сингулярности из-за сверхразума, которые могут включать, а могут и не включать людей (Курцвейл, 2005), я сосредоточиваюсь на более практических краткосрочных целях и важности понимания человеческий субъект.

Реакция на трансгуманизм

Как говорит Фрэнсис Фукуяма: «Заманчиво отвергать трансгуманистов как своего рода странный культ, не что иное, как научную фантастику, воспринимаемую слишком серьезно» (2004: 42).Мне самому иногда было трудно не рисовать трансгуманистов в редуктивной манере, основанной больше на ранних истоках трансгуманизма, чем на некоторых из текущих, более рефлексивных диалогов, которые происходят в рамках дисциплины. И все же, как спрашивает Фукуяма, «является фундаментальным принципом трансгуманизма – что мы когда-нибудь будем использовать биотехнологии, чтобы стать сильнее, умнее, менее склонными к насилию и жить дольше, – действительно ли это так диковинно?» (42).

Трансгуманисты часто заявляют, что должны защищаться от нападений соломенных нападений.Это можно увидеть в различных статьях и опровержениях в книге Грегори Ханселла и Уильяма Грасси (2011) о трансгуманизме и его критиках. Я сам боролся с реакционными тенденциями, слушая, как некоторые энергичные самоописанные трансгуманисты обсуждают свою – на мой взгляд – почти религиозную веру в достоинства технологических возможностей для улучшения человека. Однако я также имел удовольствие вести диалоги с трансгуманистами, такими как Джеймс Хьюз, которого я считаю умным и красноречивым.На мой взгляд, Хьюз приводит множество очень разумных аргументов в пользу трансгуманизма, и он также указал на внутренние конфликты внутри трансгуманизма, связанные с его связями с Просвещением (2010a; 2010b).

Я считаю, что есть несколько причин, по которым люди реагируют на идеи трансгуманистов или неправильно их понимают. Стремление трансгуманизма к технологиям и готовность использовать долгосрочные возможности, такие как эмуляция всего мозга, могут помешать достижению некоторых из его более осуществимых целей и задач.Для некоторых сосредоточение на загрузке разума – это отвлечение или отвлекающий маневр (Sorgner, 2019), и они считают, что в центре внимания должно оставаться ближайшее будущее, работая над улучшением как психического, так и физического здоровья человека и продлением человеческой жизни.

Другой аспект, который, как я считаю, работает против трансгуманизма, – это тенденция представлять технологии глянцевым, высокотехнологичным, маркетинговым образом , а не обоснованно и обоснованно, демонстрируя как преимущества, так и ограничения и подчеркивая сложность, связанную с манипулированием живыми системами.Кроме того, существует тенденция слишком сосредотачиваться на человеке, что, возможно, труднее всего преодолеть. Этот акцент на исключительном человеке привел к тому, что некоторые указали на то, что трансгуманизм действительно «ультра-гуманистический» (Onishi, 2011: 103).

Ihde (1990: 75–76) описывает понятие «технофэнтези», где:

Мне нужна трансформация, которую позволяет технология, но я хочу ее таким образом, чтобы я практически не осознавал ее присутствие. Я хочу, чтобы это стало мной.Такое желание как тайно отвергает, что такое технологии, так и упускает из виду трансформационные эффекты, которые обязательно связаны с отношениями между людьми и технологиями.

Дон Айде (2011) связывает трансгуманистов с технофэнтези и приравнивает технофэнтези к магии в том смысле, что новые технологии, улучшающие человека, часто изображаются без «двусмысленных, непреднамеренных или случайных последствий» (57). Его также беспокоит непредсказуемость этих последствий «и внесение сбоев в постоянно растущую и более сложную систему» ​​(60).Идея Айде заключается в том, что мы не можем просто добавить технологии в нашу жизнь, не испытав трансформационных изменений – таких, которые позволяют и ограничивают (см. Lewis, 2018). Однако я считаю, что самый фундаментальный недостаток некоторых трансгуманистов – это сосредоточенность на отдельном человеке и его почти неприкосновенность.

Новый фундамент трансгуманизма

Начиная с эпохи Просвещения и рационального гуманизма, де-факто основным строительным блоком нашего существования в западном мире был человек, что буквально означает неделимый (OED online, 4 th edition).Один из способов для трансгуманистов «победить» в дебатах об улучшении человеческого потенциала против биоконсерваторов – это перестать пытаться вписаться в гуманистическую идеологию. В каком-то смысле споры о человеческом совершенствовании – отвлекающий маневр, поскольку обе стороны исходят из гуманистической точки зрения. Необходимо отделить человека от отдельного индивидуального гуманистического субъекта. На рис. 4.1 представлен переход от гуманистического взгляда на автономного индивида к основам отношений, разработанным в третьей главе. В гуманистическом представлении Витрувианский человек Да Винчи находится внутри жирного круга, привязывая его к представлению Просвещения о субъекте, который является самодостаточным, исключительным и способным достичь просветления или самодостаточности исключительно благодаря “ своим ” собственным способностям. .Вместо этого предлагаемый мной подход основывается на идее субъекта как конституированного через отношения.

Рис. 4.1. Гуманистический индивид к со-конституционному субъекту отношений. Изображение автора (2021 г.), CC BY 4.0.

Основная проблема заключается в том, что, хотя трансгуманизм является перспективной дисциплиной, он все еще привязан к своей основе в рациональных гуманистических концепциях и концепциях Просвещения, восходящих к семнадцатому и восемнадцатому векам (Hughes, 2010a; More, 2013). .В то время как его цели сосредоточены на улучшении условий жизни людей с помощью современных и будущих технологий, трансгуманизм выиграет, если критически взглянет на философию, на которой он построен. Как дисциплина, он обычно рассматривает мир и условия жизни человека как сложные, но разрешимые, что позволяет использовать инженерный подход для решения многих проблем человечества (см. Allenby & Sarewitz, 2011). Хотя трансгуманисты придерживаются более либерального подхода (Sharon, 2014), когда дело доходит до использования технологий для улучшения нашего биологического «я», они по-прежнему основывают свой подход на святости личности.Как указывает Хьюз (2010b), «трансгуманистам необходимо понять, как идеологические конфликты внутри трансгуманизма сегодня являются продуктом этих 300-летних конфликтов в эпоху Просвещения» (пункт 4).

Лучший шанс трансгуманизма улучшить человеческое население во всем мире – это отойти от традиционного гуманизма и начать охватывать сложный постгуманистический предмет, который основан на современных современных философиях философского постгуманизма, постфеноменологии и теории сложности.Как утверждает Барад (2007: ix),

Быть запутанным – это не просто переплетаться с другим, как при соединении отдельных сущностей, но не иметь независимого, самодостаточного существования. Существование – это не личное дело каждого. Индивидуумы не существуют заранее своих взаимодействий; скорее, индивиды возникают через запутанные внутренние отношения и как их часть.

Трансгуманисты олицетворяют желание выйти за рамки любого консервативного взгляда на человека, бросить вызов тому, кто мы есть, и исследовать возможности стать чем-то лучше.Трансгуманизм может оставить гуманизм биоконсерваторам и охватить более современные дисциплины, которые лучше подходят для достижения целей трансгуманизма. Как указывает Хьюз (2010a), «большинство трансгуманистов отстаивают разум Просвещения, не осознавая его саморазрушающего характера» (624). Трансгуманистам было бы лучше развить свое мышление, адаптировать идеи философского постгуманизма, сложности и постфеноменологии, перейти от технологического изобилия к рефлексивному и критическому (хотя все же утвердительному) взгляду на улучшение человечества посредством преднамеренного и критического использования технологий.

Согласно Саманте Фрост (2016: 1),

Характеристики, качества и способности, которые до сих пор использовались для определения и различения человека, человечности – человека – были настолько глубоко дискредитированы историческим, социальным и научным анализом, что само понятие кажется несостоятельным, с очень небольшими затратами. осталось рекомендовать это.

В то же время, когда нам трудно найти краткое определение человека, мы также отмечаем влияние, которое люди оказали на планету.Мы, помимо прочего, являемся силой природы, поскольку начинаем обращать внимание на это, о чем свидетельствует название нашего нынешнего геологического возраста антропоценом (Lewis, 2018; Steffen et al., 2007, 2011).

Для трансгуманистов человек после – это эволюционное развитие, которое произойдет по мере того, как мы, благодаря использованию технологий, эволюционируем в вид, который по сути больше не является человеком. Это радикально отличается от того, как это определяет философский постгуманизм. Я использую постчеловеческий для обозначения способа определения себя такими, какие мы есть сейчас (и какими мы были).Это попытка подорвать распространенное использование термина «человек», которое прочно связано с Просвещением и рациональным гуманистическим мышлением: представлением о человеке как об отдельном, исключительном человеке. Пришло время решительно отвернуться от идеализации совершенного человеческого существа и сделать шаг к инклюзивности, разнообразию и множественности. Это постгуманистический подход, который я буду использовать при разработке способа понимания эффектов новых медиа-технологий.

Постчеловеческий субъект

В этом разделе я описываю постчеловеческий предмет, который является взаимосвязанным, возникающим и сложным. Это со-конституированный субъект из главы 3 и основополагающая концепция, на которой построена структура в главе 5. В исследовании постчеловеческого субъекта участвовали многие мыслители (см. Adams & Thompson, 2016; Badmington, 2011; Barad, 2007; Braidotti, 2002, 2011, 2013, 2016a, 2016b; Ferrando, 2019; Gergen, 2009; Haraway, 1985). , 2016; Hayles, 1999; Puech, 2016; Roden, 2014; Wolfe, 2010), не все из которых используют или комфортно используют термин «постчеловек».В то время как предыдущий раздел был посвящен тому, что является человеческим субъектом , а не (в противовес гуманистической версии), в этом разделе исследуется, что такое постчеловеческий , , и утвердительно рассматривается концепция как способ ретерриториализации человеческого субъекта. Брайдотти (2013) резюмирует потребность в этом новом представлении о субъекте, говоря, что «нам необходимо разработать новые социальные, этические и дискурсивные схемы формирования субъекта, чтобы соответствовать глубокой трансформации, которую мы переживаем» (12).

Историческое положение и определение постгуманизма

В Манифесте киборгов Донна Харауэй (1985) бросает вызов границам разделения (животное / человек, машина / человек, мужчина / женщина) и вместо этого подает прошение о гибридности, используя концепцию киборга.Это один из основополагающих текстов постгуманизма. Еще один значительный вклад в эту область – Н. Кэтрин Хейлс (1999), , Как мы стали постчеловеческими, . В этой книге Хейлс конкретно рассматривает стремление трансгуманизма к загрузке разума и прослеживает движение до его кибернетических корней, объясняя, как развоплощение информации привело трансгуманистов к убеждению, что разделение разума и тела возможно. Карен Барад (2007: 136) объясняет постгуманизм в противоположность традиционному гуманистическому подходу:

Постгуманизм, как я здесь имею в виду, не откалиброван для человека; Напротив, речь идет о том, чтобы оспорить исключительность человека и при этом нести ответственность за ту роль, которую мы играем в различном строении и различном положении человека среди других существ (как живых, так и неживых).[…] Постгуманизм избегает как гуманистических, так и структуралистских представлений о субъекте, которые позиционируют человека как чистую причину или чистое следствие, а тело как естественную и неизменную границу между внутренним и внешним. Постгуманизм не предполагает обособленности чего-либо, не говоря уже о предполагаемом пространственном, онтологическом и эпистемологическом различии, которое отличает людей. Постгуманистический субъект избегает двойственности, такой как человек / природа, природа / культура. Он также сопротивляется концепции исключительного и важного «я».

Рози Брайдотти (2002, 2011, 2013) оказала большое влияние в области постгуманизма с ее Metamorphoses , Nomadic Theory и тем, что сейчас является классическим текстом постгуманизма, The Posthuman . Брайдотти (2013) заявляет: «Я считаю [постчеловеческий] полезным термином для изучения способов позитивного взаимодействия с настоящим, учитывая некоторые его особенности таким образом, который эмпирически обоснован, но не является редуктивным и остается критическим, избегая при этом негатива» ( 5).Эта утвердительная критика, не подпадающая под постмодернизм или нигилизм, ищет позитивные пути становления. «Сила постчеловеческого критического мышления […] заключается в обеспечении рамок для позитивной этики и политики» (Braidotti, 2016a: 23). «Смерть человека» (373) Мишеля Фуко (1970) предлагает возможность для нового подхода к человеческому становлению и рассматривается как возможность, а не потеря.

Использование утвердительного критического мировоззрения позволяет признать очень реальные текущие несправедливости и проблемы, а затем реализовать творческие и позитивные потенциальные ответы.«Выбор аффективных сил, которые продвигают процесс становления постчеловеческим, регулируется этикой радости и утверждения, которая функционирует через преобразование отрицательных страстей в положительные» (Braidotti, 2016a: 26). Фрэнсис Феррандо (2019: 187) точно резюмирует постгуманизм как:

философия нашего времени. Происходит постгуманизация общества. Даже если антропоцентрические и дихотомические тенденции по-прежнему считаются нормой, все большее число существ осознают необходимость смены парадигмы и, таким образом, пересматривают старые концепции и новые ценности с другой точки зрения, объединяя постгуманистический пост -антропоцентрические и постдуалистические прозрения.

Постфеноменология и постгуманизм имеют много общего. Они антиэссенциалисты и настроены на отношения, сосредотачиваясь на расположенных и воплощенных существах в мире. Оба являются современными, избегая картезианского дуализма и идеи автономного и независимого индивида. Субъект воспринимается не как статичный, а как процесс, постоянно конституируемый через свои отношения. И в целом, хотя и рассматривают запутанность и со-конституциональность субъектов и объектов, постфеноменология сосредотачивается в первую очередь на технологиях, в то время как постгуманизм больше концентрируется на понимании предмета.Как считают многие современные, ни модернистские, ни постмодернистские философские школы , индивид никогда не является автономной, обособленной сущностью, но всегда находится в отношениях и конституируется ими. Кеннет Герген (2009) утверждает: «Не существует изолированного« я »или полностью личного опыта. Скорее, мы существуем в мире совместной конституции »(xv).

Брайдотти (2016a) пишет о «постчеловеческом повороте» в философии и описывает «взрыв исследований в области нечеловеческих, бесчеловечных и постчеловеческих проблем» (13).Феррандо (2013) выделяет различные типы постгуманизма: критический, культурный и философский. Недавно Феррандо обсуждает философский постгуманизм (2019), который является постчеловеческой областью, наиболее подходящей для моих целей. Хотя нет согласия по поводу единого определения термина «постчеловек», я следую описанию Феррандо (2019) философского постгуманизма, который является постгуманистическим, постантропоцентрическим и постдуалистическим. Согласно Феррандо, «эти три аспекта следует рассматривать вместе, что означает, что учетная запись, основанная на философском постгуманистическом подходе, должна иметь постгуманистическую чувствительность, а также постантропоцентрическую и постдуалистическую» (54).Это всеобъемлющее определение с тремя аспектами – это то, как я использую термины постчеловек или постгуманизм на протяжении всей книги.

При более внимательном рассмотрении трех аспектов постгуманистический подход (выходящий за рамки гуманистического подхода или после него) должен быть достаточно ясным после рассмотрения гуманистических идей в предыдущем разделе. Второй аспект, постантропоцентрический подход, рассматривает человека как удаленного от центра всех вещей и исключительность, которая окружала эту идею со времен Просвещения.Есть некоторая ирония в обсуждении человека постантропоцентрическим способом, когда мы так недавно заявили, что живем в новом геологическом веке, называемом антропоценом (Lewis, 2018). Однако антропоцен фокусируется на влиянии, которое мы оказали на планету, а не на нашем месте на ней.

И третий аспект, постбинарный, опровергает модернистское, механистическое, редукционистское или позитивистское мировоззрение, которые часто подходят к миру с точки зрения дуализма или бинарности: природа / культура, люди / другие, агентность / детерминизм, разум / тело, и т.п.Брайдотти (2016b) описывает использование «и… и» вместо менталитета «или / или» как более всеобъемлющий выбор (31). Феррандо (2019) далее поясняет: «Постчеловек дестабилизирует пределы и символические границы, установленные понятием человека. Дуализмы, такие как человек / животное, человек / машина и т. Д., Человек / нечеловек, повторно исследуются через восприятие, которое не работает по оппозиционным схемам »(5; ср. Haraway, 1985).

Исследование Брайдотти (2013) тесно связано с Жилем Делезом и Феликсом Гваттари (1988) и основывается на феминистской и постколониалистской работе, уделяя особое внимание взаимосвязи всего живого, включая человека, внутри обширной живой сети.Постгуманизм призывает к отходу от редуктивного, атомистического, рационального научного мышления, которое пытается понять целое, разбивая вещи на его части, к продуктивной и генеративной философии , которая включает построение отношений и взаимозависимостей, которые фактически отражают сложности жизни.

В целом постгуманисты позитивно относятся к жизни, верят в важность децентрализации человека и подходят к миру с целостной и взаимосвязанной точки зрения.Мы – расположенные и воплощенные существа, берущие на себя ответственность, признавая свое прошлое и честно открываясь для других. Это включает в себя большую вероятность быть частью шестого массового вымирания на планете (Cafaro, 2015) и понимание того, что в наших собственных интересах попытаться оказать положительное влияние на эту ситуацию. Мы также находимся в четвертой промышленной революции (Schwab, 2017), когда технологии для большинства, но не для всех людей в мире, играют резко возросшую роль.И хотя не все из нас могут быть напрямую затронуты этой технологической революцией, мы все затронуты происходящим в настоящее время массовым вымиранием.

Танец воли

Реконцептуализация личности предполагает переосмысление агентства. Как обсуждалось в главе 3, постфеноменология утверждает, что наши отношения с технологическими объектами не являются нейтральными и участвуют в определенной части деятельности. Еще до физического сближения технологии и человека в рамках философии технологии реляционные дисциплины описывали, как деятельность, которая в основном оставалась в сфере современного гуманистического субъекта, на самом деле разделяется с технологическими объектами.Самая изящная формулировка, которую я нашел для концепции совместной деятельности – которая похожа на постфеноменологическую концепцию ненейтральности, – это танец агентства Эндрю Пикеринга (2005). Пикеринг описывает, как происходит «временное появление » (35, курсив в оригинале), где постчеловеческий объект,

не отображает вневременных закономерностей, которые физика, экология или социология любят искать […]. Этот сдвиг обнажает подлинный постчеловеческий объект, который лежит […] по крайней мере по двум осям: это единство, которое охватывает то, что обычно разделяется – человеческое и нечеловеческое, – и это единство, по сути, временное: соединение человеческого а нечеловеческое находится во времени, в танце свободы воли.

Постгуманизм пытается забыть гештальт личности. Однако менталитет «или / или» может предполагать, что если мы не индивидуумы, то мы можем потерять нашу свободную волю, потенциально становясь подобными Боргам, детерминированными существами (Liberati, 2018). В этой книге я стараюсь избегать бинарного выбора «либо / или», предпочитая использовать подход «и… и» (см. Braidotti, 2016b: 31), который позволяет нам находиться между детерминизмом и агентностью (см. Рис. 4.2). Вымышленные «Борги» взаимосвязаны, но – для «дронов» – практически не имеют никакого влияния.Мы сами состоим из тысяч и тысяч родственников, но все же сохраняем некоторую свободу выбора. Отношения динамичны, они возникают по мере того, как мы движемся как в пространстве, так и во времени, и увеличиваем или уменьшаем влияние, в зависимости от взаимодействия других отношений (см. Главу 5).

Рис. 4.2 Срединный путь свободы воли. Изображение автора (2020), CC BY 4.0.

Как отмечает Герген (2009), «попытка в данном случае состоит в том, чтобы изменить конфигурацию агентства таким образом, чтобы мы […] поставили отношения в центр наших забот.Рассматривая свободу действий как действие в отношениях, мы движемся именно в этом направлении »(82). Посредством осознания мы можем усилить нашу свободу воли и повлиять на различные отношения, в которых мы находимся. Как указывает Фуко (Foucault et al., 1987), «эти властные отношения являются изменяемыми отношениями, т.е. они могут изменять себя, им не дано раз и навсегда »(123). Мы не можем выбрать , а не для определенных отношений, таких как сила дисциплины в обществе (Foucault, 1995), но у нас есть определенная степень свободы воли в том, как мы взаимодействуем с этой силой.И чем больше мы осознаем отношения, которые влияют на нас, тем больше вероятность того, что наша свобода воли повысится. Кристиан Эрет и Даниэлла Д’Амико (2019) прекрасно резюмируют это, заявляя: «Следовательно, свобода действий – это не вопрос силы человека над миром, но возникающая способность нечеловеческих и человеческих тел влиять и подвергаться воздействию, становясь . часть мира »(148).

От человека к другому человеку

В то время как идея быть личностью убедительна и для некоторых самоочевидна, эта точка зрения становится все более проблематичной.Бруно Латур (1993) утверждает, что мы никогда не были современной обособленной личностью, и: «Пока гуманизм строится на контрасте с объектом, оставленным эпистемологии, ни человеческое, ни нечеловеческое существо не может быть понято» (136 ). Здесь Латур высмеивает практику восприятия объектов только как эпистемологических «вещей», не играющих агентской роли. Вместо этого Латур (1987, 1993) пытается понять человека симметрично с другими нечеловеческими «актантами» в мире, обладающими определенной степенью активности.

Что необходимо, так это изменение гештальта в нашем представлении о себе как о личности. Брайдотти (2013) утверждает: «Индивидуализм – это не неотъемлемая часть« человеческой природы », как склонны думать либеральные мыслители, а скорее исторически и культурно специфическая дискурсивная формация, которая, к тому же, становится все более проблематичной» (24). . Конкретный язык, который мы используем, важен для понимания человеческого субъекта. Такие термины, как «человек» и «индивидуум» несут в себе историчность, которая связана с сотнями, если не тысячами, годами (Han-Pile, 2010).

Один из подходов – использовать новые термины или неологизмы, чтобы обойти эту проблему, хотя это также не идеально, особенно если новый термин нелегко понять и сопротивляется принятию в лексикон общества, которое он стремится улучшить. Например, Рене Жирар (1978) использует термин «межличностный». Мы не индивидуумы с различными отношениями, а скорее отношения, которые определяют нас как «межличностных». Крис Флеминг (2004) описывает концепцию Жирара о межличностном человеке как «конституируемом в основе своей взаимодействия с другими людьми».Тогда, строго говоря, «индивидуальности» не существует – это всегда уже «межличностность» »(36). Однако до сих пор этот термин не получил широкого распространения.

Танец агентности и со-конституирование субъекта через его отношения могут быть объединены в том, что Пикеринг (2010) называет «онтологией становления» (30). Таким образом, описание самих себя уходит от статического значения «человеческого существа», и некоторые исследователи теперь используют термин «человеческое становление» (см.Ингольд, 2013; Zylinska, 2009), чтобы изменить гештальт в том, как мы воспринимаем себя. По мнению Брайдотти (2002), «дело не в том, чтобы знать, кто мы, а в том, кем, наконец, мы хотим стать, как представлять мутации, изменения и трансформации, а не Бытие в его классических формах» (2).

Концепция кочевой субъективности Брайдотти (2011) также противоречит концепции существенного и статичного субъекта. В своей книге Nomadic Theory Брайдотти исследует структуру субъективности (2011: 66), исследуя такие идеи, как стать животным, землей или машиной.Мы всегда возникаем, меняемся, постоянно становимся. Наши отношения никогда не бывают статичными и сильно различаются по своему влиянию на нас, причем каждое меняется так же, как меняются мы сами.

Барад (2007: 139, курсив в оригинале) подходит к идее становления через свою концепцию внутреннего действия:

Понятие внутри действия (в отличие от обычного «взаимодействия», которое предполагает предшествующее существование независимых сущностей или релятов) представляет собой глубокий концептуальный сдвиг.Именно через определенные агентные интра-действия границы и свойства компонентов явлений становятся определенными, а конкретные концепции (то есть конкретные материальные сочленения мира) становятся значимыми … скорее, феномены являются онтологической неразделимостью / запутанностью внутреннего – действующие агентства .

Другими словами, субъекты и объекты возникают – становятся – через свои отношения, как обсуждалось в главе 3 (см. Рис. 3.1).

Продолжая в междисциплинарном духе , некоторые исследователи современной антропологии также начали использовать концепцию становления; в частности, книга Тима Инголда и Гисли Палссона (2013) о Biosocial Becomings .В этой книге Ингольд (2013: 20) пишет, что нам нужно

думают о человечестве не как о фиксированном и заданном состоянии, а как о достижении отношений. Это требует от нас думать об эволюции не как об изменении по линии происхождения, а как о развитии всей матрицы отношений, внутри которой возникают и удерживаются формы жизни (человеческие и нечеловеческие). И это требует от нас думать об этих формах не как о генетически или культурно сконфигурированных, а как об исходных результатах динамической самоорганизации систем развития.

Таким образом, «происходит переход от эпистемологической теории или репрезентации к онтологии становления» (Braidotti, 2011: 214). Другой способ сформулировать это – использовать концепцию мультистабильности из постфеноменологии. Однако вместо мультистабильности объекта мы можем использовать его для концептуализации мультистабильности объекта. Это прекрасно вписывается в идею о том, что мы не одна стабильная вещь . Напротив, мы всегда становимся, изменяясь от момента к моменту.Мы развиваем способ восприятия себя множеством способов, выходя за рамки единого понимания. Подрывая идею стабильного субъекта, мы открываем пространство, позволяя постчеловеческому субъекту стать пространством.

Сложность: ключ к пониманию человеческого становления

Ключ к ретерриториализации человеческого субъекта в постчеловеческий субъект лежит через концепцию сложности. Сложность – это всеобъемлющий подход, который фокусируется на взаимосвязи системы, а не пытается понять систему, сводя ее к ее компонентам.В разделе главы 3, посвященном медиаэкологии, кратко рассказывается о сложности. В этом разделе я более подробно обсуждаю сложность, выделяя концепции, которые являются основополагающими для создания структуры в главе 5, тем самым помогая определить сложную взаимосвязь медиа.

Существуют различные частично совпадающие термины, описывающие или использующие теорию сложности, некоторые из которых включают: теорию хаоса, кибернетику, нелинейную динамику, общую теорию систем, квантовую механику и нелинейные (или сложные) адаптивные системы.Подход к сложности, который я использую, представляет собой континентальный подход, подобный работам Ильи Пригожина и Изабель Стенгерс (1984, 1997), а не более аналитический подход Института Санта-Фе (Mitchell, 2009) или то, что Эдгар Морен (2007) ) звонки ограниченной сложности . Континентальный взгляд более критически подходит к сложности. «Эта точка зрения утверждает, что теория сложности не предоставляет нам точных инструментов для решения наших сложных проблем, но показывает нам (строго), почему эти проблемы так сложны» (Cilliers, 2005: 257).

Исследователи-постгуманисты часто поднимают вопросы сложности. Брайдотти (2013) утверждает: «Кочевая субъективность – это социальная ветвь теории сложности» (87). Ее концепция кочевого субъекта отождествляется с постчеловеческим субъектом, который не ограничен географическими условиями (физическими или ментальными), а, скорее, постоянно становится и взаимосвязан с миром. Эта взаимосвязь с миром лежит в основе вопроса, который задает Хейлс (1995): «Что произойдет, если мы начнем с предпосылки не о том, что мы знаем реальность, потому что мы отделены от нее (традиционная объективность), а о том, что мы можем знать мир». потому что мы связаны с этим? »(48).Теория сложности описывает открытые системы, которые являются текучими и аутопоэтическими (самоорганизующимися и генеративными). Они находятся в состоянии напряжения между хаосом и застоем, которое описывается как состояние нелинейного равновесия. Они не всегда реагируют линейным причинно-следственным образом, что делает практически невозможным предсказать будущие состояния. Однако в сложных системах, чем более разнообразны отношения в системе, тем она зачастую более устойчива.

Сложность определения положения

Сложность – это критический сдвиг в понимании природы взаимоотношений, который противоречит некоторым основным допущениям современности.Хотя сложность – это общая черта, которая проходит через экологию СМИ и постгуманизм, она, как правило, не сформулирована конкретно таким образом, чтобы выдвигать на первый план ее черты (некоторые исключения в медиаэкологии – Logan, 2015; Qvortrup, 2006; и в постгуманизме Barad, 2007; Hayles , 1999; Роден, 2014). Сложность уходит корнями в квантовую механику, прямо бросая вызов классической механике Ньютона, которая фокусировалась на объективной истине, линейной причинности и четком разделении между людьми и их миром.

Хейлс (1990, 1991) писал о хаосе и сложности.Хейлс (2014: 204–5) использует сложность в отношении человеческой субъективности следующим образом:

Та же самая способность, которая заставляет нас осознавать себя как самих себя, также частично ослепляет нас в отношении сложности биологических, социальных и технологических систем, в которые мы встроены, и заставляет нас думать, что мы самые важные действующие лица и которые мы можем контролировать. последствия наших действий и действий других агентов.

Брайдотти (2002: 8) использует сложность в концепции кочевого становления, где она искала «стиль мышления, адекватно отражающий сложность самого процесса».И Барад (2007) предполагает, что сложность коренным образом меняет наше восприятие от автономных, гуманистических субъектов к существам, составляющим наши внутренние отношения. Согласно Бараду, «Интенциональность лучше понимать как относящуюся к сложной сети человеческих и нечеловеческих агентов, включая исторически специфические наборы материальных условий, которые выходят за рамки традиционного представления об индивидууме» (23).

Сложный или сложный?

Социальные науки сейчас время от времени используют сложность для анализа общества и социальных отношений (Byrne & Callaghan, 2014; Turner & Baker, 2019; Urry, 2003, 2005a, 2005b, 2007).В то время как в некоторых исследованиях соблюдается очень строгое определение сложности, в других термин «сложность» используется таким образом, что оставляет его двусмысленным и неопределенным (если оно вообще определяется). Иногда это слово используется так, чтобы его лучше обслужить прилагательным «сложный».

Например, в постфеноменологии Ihde (1990) использует сложность в том смысле, в каком она подразумевается в теории сложности, когда он утверждает, что «мультистабильность также может быть замечена в отношениях между человеком и технологиями и даже в большей степени в сложности гештальтов технологической культуры» (146).Однако в той же книге «Технологии и Мир жизни » он иногда использует сложные, когда речь идет о сложных технологиях. Например, он называет аппараты для диализа почек «большими, сложными, очень дорогими в эксплуатации и ограниченными в количестве» (178).

Роберто Поли (2013: 142) кратко описывает разницу между сложными и сложными системами следующим образом:

Сложные проблемы возникают по причинам, которые можно определить индивидуально; к ним можно обращаться по частям; для каждого входа в систему есть пропорциональный выход; соответствующие системы можно контролировать, и проблемы, которые они представляют, допускают постоянное решение.С другой стороны, сложные проблемы и системы возникают в результате сети множества взаимодействующих причин, которые невозможно различить по отдельности; должны рассматриваться как целые системы, то есть к ним нельзя обращаться по частям; они таковы, что небольшие затраты могут привести к непропорциональным эффектам; проблемы, которые они представляют, не могут быть решены раз и навсегда, но требуют систематического управления, и обычно любое вмешательство сливается с новыми проблемами в результате вмешательств, направленных на их решение; и соответствующие системы невозможно контролировать.

Другими словами, сложные системы – это закрытые системы, которые можно спроектировать и (в большинстве случаев) контролировать в ситуациях, когда есть хорошая возможность точно предсказать причинно-следственные связи. Отправка марсохода на Марс – это пример сложной системы, которая очень хорошо реагирует на управляемую технику. Однако живые системы, такие как человек, являются сложными системами, которые представляют собой открытые системы, состоящие из взаимосвязанных и составляющих частей, которые находятся в состоянии нелинейного равновесия, вызывая постоянное и необратимое возникновение, будучи вложенными внутри – и встраивая свои собственные – сложные системы.В то время как у нас есть значительный контроль над сложными системами, у нас гораздо меньше возможностей управлять сложными системами. Экологические и биологические науки в настоящее время часто используют сложное моделирование живых систем (Smith & Jenks, 2006).

Подключения, а не подразделения

Сложность фокусируется на связях, а не на разделениях. Морен (2007) отмечает: «Поскольку мы были приручены нашим образованием, которое научило нас гораздо большему разделению, чем соединению, наша способность соединяться недостаточно развита, а наша способность разделять чрезмерно развита» (21).Концепция сложности помогает обеспечить постчеловеческую линзу для медиаграмотности, в которой создание медиаотношений находится в пределах сложности взаимоотношений в нашей жизни. Сложность помогает нам сосредоточиться как на системе в целом, так и на частях, составляющих систему, не упуская ни того, ни другого. Вместо того, чтобы подходить к ситуациям путем сокращения и разделения, чтобы достичь понимания, Барад (2007) приводит доводы в пользу использования дифракционного подхода , т. производятся, а не предполагаются заранее наборы изношенных двойных систем »(29–30; см. также Mazzei, 2014).

Понимание сложности помогает пересмотреть предположения, касающиеся как того, что мы можем знать, так и того, как обстоят дела. Это объединяет онтологию и эпистемологию. Барад (2007) поддерживает это объединение, говоря:

Мы не получаем знания, стоя вне мира; мы знаем, потому что мы от мира сего. Мы – часть мира в его дифференцированном становлении. Отделение эпистемологии от онтологии является отражением метафизики, предполагающей внутреннее различие между человеком и нечеловеческим, субъектом и объектом, разумом и телом, материей и дискурсом. Онто-эпистемология – изучение практик познания в бытии – вероятно, лучший способ подумать о том виде понимания, которое нам необходимо, чтобы примириться с тем, насколько важны конкретные внутренние действия. (185)

Вместо того, чтобы использовать сложность как теорию, я использую ее как онто-эпистемологический (практика познания в бытии) основу для создания постчеловеческого подхода. Использование сложности – это способ восприятия взаимосвязей вещей, а не разделение или сокращение систем для поиска инвариантов или сущностей.Речь идет о поиске конституирующих связей отношения, а не о сокращении для идентификации. Это помогает собрать конститутивные отношения человеческого субъекта в полезную структуру, которая позволяет нам определять место, освещать и размышлять о нашем человеческом становлении, в первую очередь в отношении отношений медиа-технологий.

Сложные концепции для фреймворка

Саму сложность сложно свести к четким и отдельным понятиям, поскольку различные аспекты сложности взаимодействуют и влияют друг на друга.Однако я выделяю три основных взаимосвязанных концепции из теории сложности, которые используются для переосмысления человеческого субъекта: открытые системы, нелинейность и эмерджентность. Эти три концепции полезны для понимания разрабатываемой мной структуры.

Открытые и вложенные системы

Понимание сложности облегчается за счет понимания двух типов систем: открытых и закрытых. Открытые системы сложны, а закрытые системы сложны (или просты). Фритьоф Капра (2002) объясняет: «Во всех масштабах природы мы находим живые системы, гнездящиеся внутри других живых систем – сети внутри сетей» (231).Эти сложные открытые системы вложены в более крупные сложные среды, где они обмениваются материей и энергией. Хотя сложные системы каким-то образом ограничены, их границы проницаемы, и они «являются не границами разделения, а границами идентичности. Все живые системы общаются друг с другом и разделяют ресурсы через свои границы »(Capra, 2002: 231).

Понимание того, что сложные системы могут быть вложены в другие сложные системы, помогает обеспечить контекст. Согласно Capra (1996: 37),

Свойства частей не являются внутренними свойствами, но могут быть поняты только в контексте большего целого.Таким образом, системное мышление – это «контекстное» мышление; и поскольку объяснение вещей с точки зрения их контекста означает объяснение их с точки зрения их окружающей среды, мы также можем сказать, что все системное мышление – это экологическое мышление.

Это похоже на аспект теории одомашнивания, который я обсуждал в главе 2, где Марен Хартманн (2006) указывает, как сложный контекст очень затрудняет фактическое применение теории одомашнивания. Я разрабатываю фреймворк специально для того, чтобы помочь в этом отношении.

Нелинейное равновесие

Один из основателей теории сложности, лауреат Нобелевской премии Илья Пригожин (Prigogine & Stengers, 1984, 1997), называет сложные системы «диссипативными структурами». Чертами этих структур являются необратимость времени (сложные системы меняются и никогда не могут быть возвращены в исходное состояние) и вероятность (непредсказуемость). Необратимость времени противоречит классической ньютоновской модели, которая поддерживает идею о том, что время обратимо.

Это понятие противоречит классической идее линейной причинно-следственной связи, вытекающей из механики Ньютона (Barad, 2007; Hayles, 1991). Вместо рациональной причинности (причина и следствие относительно равны) сложность ставит отношения в нелинейное равновесие, где предсказуемость больше не применяется, и заменяется вероятностями. Нелинейное равновесие допускает возможность небольших изменений, имеющих большое влияние. Однако верно и обратное: большие изменения могут очень мало повлиять на систему.Сложность – это не неструктурированный хаос, в котором не существует никаких отношений, а, скорее, огромное количество взаимосвязанных отношений.

Сложные системы находятся в состоянии нелинейного равновесия, которое поддерживается за счет поступления энергии и материала извне системы, а также «отходов», которые покидают систему. Капра (2005) утверждает: «Живой организм – это открытая система, которая поддерживает себя в состоянии, далеком от равновесия, но при этом стабильна: одна и та же общая структура сохраняется, несмотря на постоянный поток и изменение компонентов» (37).Эта взаимосвязанная нелинейность приводит к тому, что системы самогенерируются.

Возникновение, устойчивость и симптомы

Поскольку эти открытые системы находятся во взаимосвязанном состоянии нелинейного равновесия, они самоорганизуются без ведущего организатора. Это наиболее широко известно как аутопоэзис , который является качеством всех живых сложных систем (Capra, 1996). Ссылаясь на эссе Умберто Матураны и Франсиско Варела (1972), которое впервые определило аутопоэзис, Капра (1996) объясняет, что auto «означает« я »и относится к автономии самоорганизующихся систем; и poiesis , имеющий тот же греческий корень, что и слово «поэзия», означает «создание».Итак, autopoiesis означает «самотворение» »(97). Мелани Митчелл (2009) описывает «системы, в которых организованное поведение возникает без внутреннего или внешнего контролера или лидера, иногда называемые самоорганизующимися. Поскольку простые правила порождают сложное поведение, которое трудно предсказать, макроскопическое поведение таких систем иногда называют эмерджентным »(13). Другие способы описания этого аспекта, которые использовались, – «генеративный» и «адаптируемый».

Haraway (2016), однако, предпочитает использовать термин «симпоэзис», а не автопоэзис.По словам Харауэя, «Симпоэзис – простое слово; это означает «создание с помощью». Ничего не делает само собой; в действительности нет ничего автопоэтического или самоорганизующегося. […] Симпоэзис охватывает аутопоэзис и генеративно разворачивает и расширяет его »(58). Феррандо (2019) соглашается, говоря об автопоэзисе, что «кажется, что он недостаточно учитывает все необходимые отношения и обмены, которые происходят между организмом и окружающей средой» (141).

Хотя сложные системы не организованы извне (будучи самоорганизованными), они действительно реагируют на внешние воздействия.Устойчивость системы – это то, как она способна адаптироваться к этим внешним возмущениям и при этом сохранять свою идентичность. В сложных экосистемах было показано, что чем большим разнообразием обладает сложная система, тем выше вероятность, что она сможет быть устойчивой к возмущениям (Folke, 2006; Levin, 1998). Обсуждая принципы экологии, Капра (2002) утверждает: «Экосистемы достигают стабильности и устойчивости благодаря богатству и сложности своих экологических сетей. Чем больше их биоразнообразие, тем более устойчивыми они будут »(231).

Пол Силлиерс (2005) объясняет: «Сложные системы не балансируют на острие ножа между хаосом и порядком. В основном они имеют надежные структуры, которые со временем меняются и позволяют системе реагировать на различные обстоятельства »(264). Эти важные концепции открытых и нелинейных возникающих систем являются частью основы для создания структуры, описанной в главе 5. Однако, прежде чем перейти к реальной структуре, следует отметить несколько аспектов, касающихся технологии и сложности.

Сложность и технология

Есть два аспекта технологии, которые пересекаются со сложностью. Первый аспект заключается в том, что традиционные технологии могут в первую очередь восприниматься как закрытые системы, которые могут быть сложными, но не всегда считаются сложными. Это технологические артефакты, ограниченные и спроектированные. Но как только эти технологии вложены или объединены в сложные системы – например, встраивание технологии в человеческое тело – мы теряем аспект контроля, сводя предсказуемость к вероятности в отношении эффектов, вызываемых этими технологиями.Например, печатный станок – это замкнутая технологическая система. Однако, реализуя его в социокультурной среде, он оказывает на них сложное воздействие.

Второй аспект заключается в том, что есть некоторые типы технологий, которые перестают быть закрытыми, сложными системами и квалифицируются как новые сложные системы (см. Рис. 4.3). ИИ (искусственный интеллект) и машинное обучение иллюстрируют эту идею; мы больше не контролируем и не пишем конкретный код, а позволяем машинному обучению делать это симпоэтически.Мы разрабатываем настоящую технологию черного ящика, когда в некоторых случаях мы больше не можем точно определить, как было принято конкретное решение или ответ. Это противоположно трансгуманистам, которые хотят загрузить свое сознание в машины. Их желание можно понять как желание иметь больший контроль над сложностями биологических живых систем, поместив сознание человека в более управляемую «закрытую» механическую систему (см. Рис. 4.3).

Рис. 4.3 Технология и сложность .Изображение автора (2019), CC BY 4.0.

Квантовые вычисления – это еще один шаг от сложных закрытых систем в область сложных открытых систем. Стандартный компьютерный «бит» заменяется в квантовых вычислениях квантовыми битами – или «кубитами», которые «могут принимать несколько состояний одновременно, а не просто представлять 0 или 1, как биты в классических вычислениях» (Castelvecchi, 2017: 59 ). Недавно компания Google заявила, что достигла «квантового превосходства», используя квантовый компьютер с 53 кубитами (Arute et al., 2019). Франк Аруте и др. провел эксперимент, который завершил вычисления за 200 секунд, тогда как «современному классическому суперкомпьютеру потребуется примерно 10 000 лет» (505). На момент написания квантовые вычисления еще не полностью появились, но, похоже, они уже не за горами (Gyongyosi & Imre, 2019).

Резюмируя сложную постчеловеческую тему

Как отмечает Брайдотти (2013), гуманистические идеи живучи, и от них нелегко отказаться (см. 26–30).Представление об идеальном, исключительном, автономном индивидуальном человеке глубоко укоренилось в умах многих людей в западном мире. Даже если мы онтологически понимаем, как мы относимся к существам, запутанным и составленным из вещей и окружающего нас мира, мы по-прежнему обладаем чувством своей индивидуальности или отделенности от мира вещей (Van Den Eede, 2015a).

Хейлс (1991) объясняет, что наибольший смысл понимания сложности заключается «не в том, как на самом деле есть мир […], а в том, как его видят» (8).Это изменение в восприятии помогает переосмыслить человека-субъект из автономного индивида в постоянно становящееся взаимосвязанное существо посредством сопутствующих отношений (см. Рис. 4.3). Идея сложности как основы того, как мы существуем в мире, подрывает современный образ мышления человека как , живущего в линейно причинном мире, заменяя его концепцией сложного и взаимосвязанного , ставшего . Как утверждает Пикеринг (2011): «Я, как оно раскрывается здесь, оказывается неисчерпаемо эмерджентным, как и мир – антитезой данной человеческой сущности Просвещения и кибернетического бессмертия» (86).

Концепция сложности смещает гештальт с индивидуального субъекта на сложный и многостабильный постчеловеческий субъект. Мы всегда и уже связаны не только с другими людьми, но и с технологиями и миром. Мой разум не существует изолированно в моем теле; мой разум связан с окружающим меня миром. Эти отношения сложны, ситуативны, динамичны и возникают. То, как эти отношения влияют на меня, постоянно меняется. Даже способность осознать конкретное отношение может повлиять на степень влияния, которое они оказывают на меня.

Заключительные мысли

Постгуманизм, теория сложности и постфеноменология – все они сосредоточены на взаимосвязанности существования, на представлении о том, что не существует отдельного индивида. Это мощная концепция, которая помогает увести наше понимание от редукционистского мышления к мышлению в терминах инклюзивных и взаимосвязанных систем. Такой образ мышления полезен не только при размышлениях об использовании технологий для улучшения или «исправления» чего-либо, в том числе нас самих, но также когда мы приглашаем в нашу жизнь новые типы средств массовой информации.Согласно Шарону (2014: 135),

Человек концептуализирован здесь не как независимая и автономная сущность с четко очерченными границами, а как разнородный субъект, самоопределение которого постоянно меняется, и который существует в сложной сети человеческих и нечеловеческих агентов и технологий, которые опосредуют между ними.

Обычная проблема в исследованиях – слишком узкая направленность на ограниченное количество влияющих отношений. Вместо этого мы существуем в рамках комплекса отношений, большинство из которых существует на заднем плане нашего осознания (где они все еще влияют на нас).Вместо одного или двух определяющих факторов в нашей жизни существует сложность влияния на отношения: социальные, технологические, временные и пространственные. Эта сеть отношений представляет собой живую паутину в том смысле, что она динамична и постоянно меняется. Каждое отношение, увеличивающее или уменьшающее свое влияние, зависит от множества факторов, не в последнюю очередь от нашего собственного осознания отношения. Хотя мы в основном, но не всегда, находимся в стабильном равновесии, это равновесие не статично, а постоянно развивается по мере того, как мы движемся во времени.

Мы – сложные системы (экосистемы), большие, чем сумма наших частей. Мы существуем или вложены в более сложные системы не скрытно, а как запутанные и составляющие вместе. В этой главе акцент сместился с медиа и технологий на концепцию человеческого субъекта, и для того, чтобы понять, как медиа и технологии влияют на «нас», нам необходимо понимание того, кто и что «мы» на самом деле есть.

Подход большинства трансгуманистов состоит в том, чтобы воспринимать технологии – и самих себя – как сложные, но понятные и «инженерные».Их основное желание – использовать технологии для улучшения и улучшения условий жизни человека, противодействуя старости и болезням, чтобы заставить человека перейти в улучшенную версию его идеализированного «я». Их стремление состоит в том, чтобы конвергенция человека и технологий привнесла понятность и управляемость в сферу самой жизни. К сожалению, мы не сложные, а сложных существ. И, если процитировать проницательный взгляд бизнесмена Дэйва Грея (2009): «Когда вы делаете сложное простым, вы делаете его лучше.Когда вы делаете сложное простым, вы ошибаетесь »(n.p.). Чтобы создать более точное понимание того, как связаны технологии и живые системы, нам необходимо переосмыслить основу человеческого субъекта с отдельного автономного индивида на взаимосвязанный и сложный постгуманистический субъект.

Термин «техно-фэнтези» по определению Ihde (2011) относится к идее о том, что мы хотим получить преимущества технологии без изменений. Это игнорирует ненейтральный аспект технологий, который приносит как преимущества, так и недостатки.Поскольку мы принципиально относимся друг к другу, мы меняемся каждый раз, когда меняется одно из наших отношений. Преодолевая это техно-фантастическое отношение, мы становимся более реалистичными в наших ожиданиях в отношении наших отношений с технологиями. Любые технологические отношения преобразуют, как разрешающие, так и сдерживающие. Приглашенные или нет, каждый раз, когда технология входит в нашу жизнь, мы необратимо меняемся. Идея необратимости времени, исходящая из теории сложности, также помогает в нашем понимании, устраняя идею о том, что мы можем отменить какой-то эксперимент, который не удался.Хотя мы могли бы отменить некоторые аспекты эксперимента, мы не можем полностью вернуться к тому, каким мы были.

Идея сложного постчеловеческого субъекта помогает привнести реляционную и инклюзивную перспективу, а не индивидуальную и редуктивную; понимание того, что живые системы – это сложные системы, которые не обязательно реагируют предсказуемо; и более реалистичное и обоснованное понимание ненейтральности технологий. Мы можем и должны использовать технологии, чтобы улучшить нашу жизнь, но мы должны делать это инклюзивно, взаимосвязанно и прагматично.Учитывая это постгуманистическое, недуалистическое, неантропоцентрическое и сложное человеческое становление, в следующей главе я предлагаю ситуативную и всеобъемлющую структуру, чтобы понять конституцию взаимоотношений такого человеческого субъекта. Я предлагаю картографию не для того, чтобы предписывать или разделять отношения на отдельные и дискретные категории, а как способ взять конкретную ситуацию – скажем, событие, связанное со СМИ – и исследовать различные группы отношений, чтобы выявить и выделить некоторые из них. сложные взаимоотношения, которые способствуют становлению человеческого субъекта.


⌨️ День технарей в 2021 году (3 октября): факты, традиции, история

В школе каждый считался гуманистом или технократом, поскольку такие шаблоны часто устанавливаются в любой сфере образования. Но следуя жизненному пути, многие из нас перемещаются из одной точки в другую, и на самом деле большинство из нас смешано в своих способностях и сфере работы. Итак, сегодня мы поговорим об одном из таких шаблонов – технарях. Давайте узнаем, когда будет Национальный день технарей в 2021 году и что это на самом деле?

Что ж, Национальный день технарей проводится ежегодно 3 октября и проводится, чтобы поддержать и вспомнить такую ​​часть из нас, как технари. В этот день проводится множество фестивалей и конкурсов, чтобы выделить самых сильных технарей со всего мира. Об этом нужно помнить, и мы должны поддерживать такие мероприятия, поскольку они глобализируют наш мир.

История

Собственно, создателя дня еще не нашли, но мы соберем кое-какие знания и узнаем, какой сегодня день Techies Day в 2021 году.

Итак, когда родители или учителя начинают говорить о выборе профессии ребенка, очень часто в качестве аргумента они используют знания ученика, чтобы быть своего рода «гуманистами» или «технарями».Так обычно говорят: «Он типичный технарь: ему легко даются математика и информатика». Эти слова легко помогают решить, что выбрать между техническими и гуманитарными специальностями. Но многие остаются неясными: можно ли изучать «гуманитарные науки» в финансовом учреждении? Или стоит ли «технарю» обращаться к профессии биолога? Что делает человека техником или гуманистом?

Давайте поговорим о том, что стоит за этими определениями и каковы реальные возможности людей с четко определенным типом.

Обычно доказательством того, что ребенок является хуми или технарем, считаются его успехи в соответствующих дисциплинах в сочетании с его интересами и определенными чертами характера. Есть стереотипные образы гуманитарных и технических специалистов, но индивидуальность конкретного человека не всегда укладывается в эти рамки.

Считается, что яркий гуманист может получить практически любую оценку по математике или физике; ему даже некогда управлять больше, чем «Б». И даже C или D для него совершенно простительны, поскольку принято считать, что у гуманитариев абсолютно нет способностей к математике.Их успех заключается в изучении языков, литературы и истории. Они, как правило, увлекаются искусством, например театром или кино; они часто легко выступают публично, потому что «хорошо говорят». Их высокая чувствительность позволяет им знакомиться с классической литературой и заниматься творческой деятельностью. Они ранимы, эмоциональны, склонны к романтическому восприятию действительности. У них развито воображение и образное мышление. Иногда говорят, что в гуманитарных науках преобладает правое полушарие, а в технических науках – левое.

В отличие от гуманитарных наук, техников часто считают более приземленными, более энергичными и активными. Им свойственны целеустремленность и настойчивость; Технарям часто приписывают более высокую уверенность в себе. Их мышление ясное, последовательное и быстрое. В школе они преуспевают в информатике, математике и физике. Несмотря на самоуверенность, они предпочитают живое общение Интернету.

Это правда?

В первую очередь, хороший учитель должен создать в классе творческую атмосферу, подходящую для развития даже очень скромных детских задатков.А отсутствие интереса и любви к предмету часто губит даже блестящие таланты. Может случиться так, что область успеха ребенка не соответствует его потенциалу. Очень важно, чтобы ученик действительно имел возможность попробовать свои силы на всех фронтах.

Во-вторых, любая человеческая деятельность опирается на целый комплекс способностей. Математические способности, конечно, имеют большое значение для успеха человека в технических специальностях, но не следует забывать, что для большинства этих профессий нужен как минимум хороший пространственный интеллект и высокий уровень развития. На самом деле математическое мышление опирается не на одни способности, а на их комплекс: аналитические, арифметические и т. Д. У разных людей они могут выражаться неодинаково. Таким образом, выстраивается индивидуальный стиль мышления. Математик, инженер, программист и энергетик должны обладать разными типами способностей. То же можно сказать и о гуманитарных науках: успехов в этой теме. Для одних профессий очень важны хорошая память и умение анализировать (например, для юриста или историка), для других – грамотная речь и яркое воображение (для журналиста, писателя, учителя).Кроме того, существуют профессии, в которых наиболее блестящее развитие способностей не дает успеха, если отсутствуют необходимые свойства персонажа. Это такие профессии, как психолог, логопед, философ или искусствовед.

В-третьих, есть люди, сильные стороны которых охватывают как гуманитарную, так и техническую деятельность или лежат несколько в других сферах. Люди со смешанными способностями обычно работают в междисциплинарной сфере. Изучение лингвистики и социологии требует навыков математики и языка, а для преподавания технических дисциплин необходимы гуманитарные способности.Для освоения экономических специальностей в основном нужны оба типа разной степени тяжести. Яркому гуманисту или такому же яркому техналу лучше не выбирать экономику как сферу деятельности: это действительно междисциплинарная область. То же можно сказать и о сфере «госуслуга и менеджмент» (кстати, самой популярной среди соискателей).

Значение

Что означает День технарей, частично упомянуто, и теперь мы будем углублять наши знания.Итак, когда готовится Международный день технарей в 2021 году, главная цель – поздравить всех друзей и родственников логиков и дать им почувствовать свою важность в этот день. Их нельзя забывать, поскольку они являются частью нашей жизни. Кроме того, вы можете спрашивать их о математике, физике, программировании и т. Д. О чем угодно. Все вышеперечисленное укрепит их позиции и даст им больше уверенности в себе. Кроме того, не забывайте делать фото и размещать в соцсетях.

Определение

Мы только что определили вопрос, какова дата Дня Techies в 2021 году, с помощью календаря, который помог нам в получении информации.

Фестиваль означает, что вы должны забрать всех таких друзей из их домов и компьютеров, чтобы пообщаться как можно больше. Заставьте их почувствовать свое превосходство в обществе. Если вы являетесь приверженцем этого типа мышления, вы можете участвовать во многих соревнованиях, проводимых по всему миру, чтобы побороться за звание самого сильного в своей области. Так что не упускайте такую ​​возможность пообщаться и получить сумасшедшие эмоции и чувства.

Традиции

Очевидно, что в каждой стране есть свои традиции в праздновании различных событий и национальных праздников.В День технарей настоятельно рекомендуется устраивать групповые встречи друзей, чтобы побороться за звание самого умного. На самом деле, все традиции – это те, которые вы хотите увидеть и испытать. Так что просто будьте в курсе последних событий и будьте в тренде.

Day Facts

  1. Сумма всех чисел на рулетке в казино равна числу дьявола – 666.
  2. В русской математической литературе ноль не является натуральным числом, а в западной математической литературе это принадлежит набору натуральных чисел.

Что ж, нельзя упускать такую ​​возможность развиваться положительными эмоциями и переживаниями.

Загрузка …

Человеческий подход к технологиям и обучению с Кейт О’Нил

Джеки Харман | |

Сосредоточившись на том, чтобы помочь человечеству подготовиться к будущему, все более основанному на данных и технологиях, Кейт О’Нил, также известная как «технический гуманист», помогает руководить и вдохновлять компании на создание по-настоящему значимого человеческого опыта.

Как ведущий новатор в области технологий, маркетинга и операций, Кейт является основным докладчиком, стратегическим советником и автором недавней книги Tech Humanist: How You Can Make Technology Better for Business and Better for Humans. Она также является основателем KO Insights, которая помогает клиентам преодолеть разрыв между бизнес-интересами и человеческими потребностями.

В этом выпуске подкаста Leading Learning Podcast Селиса обсуждает с Кейт идею технологического гуманизма, почему компаниям нужна стратегическая цель, определяющая их использование технологий, и потенциальное влияние новых технологий на обучение.Они также обсуждают ее подход к аналитике, ориентированный на людей, важность сосредоточения внимания на человеческом опыте, а также последствия сочетания онлайн- и офлайн-опыта.

Чтобы настроиться, просто нажмите ниже. Чтобы не пропустить все будущие выпуски, обязательно подпишитесь на RSS, Apple Podcasts, Spotify, Stitcher Radio, iHeartRadio, PodBean или любую другую службу podcatcher, которую вы можете использовать (например, Overcast). И, если вам нравится подкаст, обязательно напишите о нем в Твиттере!

Слушайте шоу

Читать примечания к выставке

[00:18] – Предварительный просмотр того, что будет освещено в этом выпуске, где Селиса берет интервью у Кейт О’Нил.

Вопросы для размышления

[01:10] – Вы можете самостоятельно рассмотреть приведенные ниже вопросы для размышлений после прослушивания эпизода и / или вы можете собрать команду вместе, используя часть или весь эпизод подкаста для группового обсуждения.

  1. Послушайте, как Кейт связывает технологии с бизнесом, и предлагает нам понимать технологии через призму бизнеса. После эпизода подумайте о том, что ваш учебный бизнес пытается сделать в масштабе.Затем подумайте, чем могут помочь технологии.
    1. Кейт говорит о том, что ученики тоже люди. Это может показаться легкомысленным заявлением, но на самом деле оно имеет довольно серьезные последствия. После эпизода подумайте о том, как вы относитесь к тем, кому вы служите – вы слишком сосредоточены на опыте учащихся и недостаточно сосредоточены на человеческом опыте?

Технический гуманист

[03:05] – Прежде чем мы углубимся в подробности, что, помимо моего краткого вступления, вы бы хотели, чтобы слушатели узнали о вас и вашей работе?

Кейт описывает свою работу как помощь человечеству в подготовке к будущему, в котором все больше данных и технологий.

[04:10] – В своем вступлении я назвал вас «Техническим гуманистом», а Технический гуманист – это название вашей последней книги, так что давайте начнем с этого. Что такое «технический гуманизм»?

Кейт определяет технический гуманизм как отношения между технологиями и человечеством – и это через призму бизнеса, потому что она утверждает, что это главный инструмент, который ставит технологии на путь человечества.

Мы можем весь день говорить о технологиях абстрактно или о том, как они меняют человеческий опыт, но способы действительно сосредоточиться на изменении человеческого опыта или сделать его более значимым – что, в конечном счете, является тем, что она стремится сделать – необходимо пройти по бизнес-пути.

Итак, это модель, которую Кейт предлагает в своей книге, и многое из того, о чем она говорит и дает советы компаниям – помогает компаниям использовать технологии таким образом, чтобы на самом деле подготовить их к будущему, чтобы они могли быть более успешными. Но это также создает более значимый опыт для людей, которые ведут с ними дела или работают внутри компании.

Значение и стратегическая цель

[05:26] – В своей работе вы действительно подчеркиваете смысл.Вы утверждаете, что, возможно, самое отличительное качество людей – мы жаждем смысла. И когда я это прочитал, мне пришло в голову, что обучение – это создание смысла, что учащийся усваивает навык или знания в достаточной степени, чтобы это что-то для нее значило.

Вы не говорите о значении конкретно с точки зрения обучения, но вы указываете, что «в бизнесе форма, которую принимает значение, является стратегической целью». Какова стратегическая цель и какова ее роль в руководстве использованием технологий организацией?

Кейт разделяет это для нее, имея в виду начало , а не из политической повестки дня или религиозной принадлежности – это всего лишь простая предпосылка о том, что человечество важно, а наш человеческий опыт важен.

Идея о том, что смысл – это то, что мы создаем, а то, что мы создаем, – это возможность наблюдать за миром вокруг нас, чтобы увидеть, что имеет смысл и как мы собираемся использовать это для принятия решений вокруг нас. Поэтому она говорит, что обучение абсолютно кажется неотъемлемой частью этого обсуждения.

Кейт отмечает, что значение принимает самые разные формы, и она изучала его в течение нескольких десятилетий. Она рассказывает о том, как она была лингвистом по образованию и что ее всегда интересовали слои смысла – его семантика, такие вещи, как цель, истины и значение.И если вы разберете это на слои, более удаленные от непосредственного человеческого опыта, это будут более важные вещи, такие как космический смысл и экзистенциальный смысл.

Но она говорит, что все эти вещи по сути сводятся к очень сложной идее значения. А поскольку бизнес – это человеческая конструкция, Кейт говорит, что нам действительно нужно понимать, для чего нужен бизнес.

Итак, если значение – это самая человеческая предпосылка или инстинкт , тогда создание бизнеса должно иметь какой-то смысл, вдохновляющий его.

Кейт считает, что смысл обретает форму в рамках бизнеса – цель – все понятие о том, почему существует бизнес, чего он пытается достичь и что делает в масштабе. Итак, стратегическая цель на самом деле связана с идеей, что вы приближаетесь к тому, почему бизнес вообще существует.

Она объясняет, как в вашей компании есть что-то, что должно решить проблему, решить проблему или сформировать какую-то предпосылку. Обычно это связано с происхождением компании или культурой.Но в целом эта стратегическая цель – действительно важная вещь для компаний / руководителей корпораций, потому что она может затем определять решения, приоритеты, ценности и распределение ресурсов.

Когда дело доходит до распределения ресурсов, Кейт говорит, что это когда мы возвращаемся к обсуждению технологий. Причина в том, что многое из того, что происходит в области цифровой трансформации или проектов по определению технологических приоритетов, определяется технологиями, а не людьми – ими руководят все, о чем пишут заголовки.

Итак, Кейт подчеркивает, что для бизнес-лидеров – или руководителей организаций любого рода – очень важно иметь призму стратегической цели, когда они пытаются решить проблемы внутри организации.

[11:16] – Обсуждение того, как стратегическая цель действительно помогает нам осознать, что технология – это средство для достижения цели, и как стратегическую цель обычно нужно свести к чему-то очень простому.

На самом деле, Кейт рекомендует, чтобы формулировка стратегической цели была краткой из 3-5 слов, может быть, максимум 7, чтобы действительно перейти к тому, что действительно является важной частью того, что делает компания, какую проблему она решает. , и для чего он существует.

Кейт подчеркивает идеальную стратегическую цель тематических парков Диснея – «создавать волшебные впечатления». Она говорит о том, что это очень правдивое заявление о стратегической цели и как много в этом заключено их бренда и культуры.

Но что, по ее мнению, наиболее важно / значимо для этого обсуждения технических гуманистов, так это то, что вы действительно можете увидеть, как эти три слова в заявлении о стратегической цели могут также позволить им принять решение об инвестициях в цифровую трансформацию – как, например, программа My Magic Band. .

Влияние новых технологий на обучение

[14:33] – Когда вы думаете о некоторых появляющихся и развивающихся технологиях – ИИ, расширенной реальности (смешанной и виртуальной), блокчейне и т. Д. – какие вы видите наиболее важные проблемы и решения, с которыми сталкиваются мы? работаете над обучением?

Кейт отмечает, что, когда мы говорим об учащихся, мы все еще говорим о людях через призму обучения. Так что это все еще возвращается к более широкому человеческому опыту.И когда дело доходит до всех появляющихся и развивающихся технологий и критических тем прямо сейчас, то, что ей приходит в голову, – это непредвиденные последствия, поскольку главное, о чем нам нужно думать. Потому что шансы этих технологий на увеличение емкости и масштабирования невероятны.

Так что все, что мы собираемся внедрить для продвижения наших программ, чтобы попытаться развить нашу миссию до более экспоненциального воздействия, будет гораздо легче сделать с помощью этих технологий.Но мы должны быть намного лучше осведомлены о том, что все, что мы делаем, будет масштабироваться, чтобы все непредвиденные последствия могли масштабироваться вместе с этим.

Становится гораздо важнее думать об опыте учащегося, помимо учащегося, в более целостном человеческом контексте. Так что лучше понимать, что происходит в жизни учащихся и их биографии, чтобы знать, что может повлиять на них как на людей, прежде чем они войдут в этот контекст в качестве учащихся.

А затем признать, что непредвиденные последствия того, что мы поставили перед ними с помощью технологии, могут создать для них дополнительную нагрузку.Или что это может создавать ситуации, когда им не дается лучшая возможность научиться быть самими собой и полностью присутствовать в этих взаимодействиях, которые мы создаем, потому что мы не думаем о них как о целостных людях.

Кейт отмечает, что такие вещи будет намного сложнее разрабатывать, масштабировать и осмысленно строить. Но чем больше мы погружаемся в это состояние настолько целостного мышления, насколько это возможно, о значимом человеческом опыте и действительно думаем о людях, с которыми мы взаимодействуем как целые люди, именно здесь разнообразие и инклюзивность вступают в игру наиболее органично.Это помогает нам выйти за рамки однородного взгляда на то, что испытывает каждый конкретный человек в этой роли учащегося.

И создание более разнообразных и инклюзивных команд для разработки технологий принесет нам пользу с точки зрения того, что мы предлагаем нашим клиентам / учащимся. Таким образом, чем более разнообразны и инклюзивны наши собственные проектные команды, тем успешнее они будут приняты людьми, которые должны быть их покупателями или пользователями.

Она говорит, что очень легко рассматривать чужие точки зрения, и даже если вы научились делать это лучше, их все равно легко не заметить.Но если вы просто включите более разнообразные точки зрения по ходу дела, станет более естественным думать о способах включения, чтобы вы могли проектировать для них.

См. Наш связанный эпизод «Осознание предвзятости» с Говардом Россом и Шилпой Алимчандани.

Спонсор: AUTHENTIC Learning Labs

[21:20] – Если вы ищете партнера, который помог бы вам улучшить дизайн для учащихся, обратитесь к нашему спонсору.

AUTHENTIC Learning Labs – это компания, занимающаяся электронным обучением, которая предлагает продукты и услуги, которые помогут улучшить ваши текущие инвестиции в образование.Одним из ключевых продуктов является Authentic Analytics, специальный набор визуализационных отчетов, помогающий анализировать и прогнозировать эффективность образовательных программ. Организации используют Authentic Analytics для простого сканирования объемов данных в интуитивно понятных визуальных элементах, построения графиков тенденций производительности и быстрого выявления возможностей, проблем и потенциальных будущих потребностей.

Аналитика, ориентированная на людей

[22:04] – Вы утверждаете, что аналитики – это люди. Объясните ли вы, что вы имеете в виду, и, возможно, объясните некоторые последствия этого утверждения для людей, работающих над обучением?

Кейт говорит, что использует эту фразу некоторое время, потому что она обнаружила, что, поскольку аналитика стала доминирующей темой в бизнесе и других областях (возможно, около десяти лет назад), многие люди говорили об аналитике очень абстрактно. .Данные / отчеты / аналитика никогда не касались людей, поведение которых они отслеживали.

Она считает, что очень важно выйти за рамки абстракций аналитики / данных / отчетов и помнить, что то, что генерирует большую часть того, на что мы смотрим на них, – это люди и их намерения, поведение, мотивации, желания и т. Д.

Так что, когда мы смотрим на отчеты, помогает придать очеловечивающий характер задаваемым вами вопросам, чтобы вы работали над человеческими ответами и решениями на эти вопросы, а не над оптимизацией опыта на основе данных.

Кейт в шутку называет себя «новообращенной из Церкви управляемых данными». Она считает, что управление данными полезно для очень детализированных ситуаций. Например, если вы пытаетесь помочь в принятии решения, очень полезно руководствоваться данными. Но как только вы выйдете за рамки микроскопического решения и будете больше смотреть на стратегию или на то, как комплексно мыслить о программе, образовательных возможностях, общих продуктах и ​​услугах и т. Д., Становится действительно важно вернуться к эквивалентному уровню . люди и люди и то, чего они пытаются достичь.

И вы должны жениться на них, иначе вы в конечном итоге создадите вещи, которые на самом деле не кажутся принадлежащими миру людей – а это то, что нам больше всего нужно от наших технологий в будущем.

В центре внимания человеческий опыт

[25:42] – Вы решаете сосредоточиться на человеческом опыте (а не на опыте клиента или пользователя (или учащегося)). Почему это различие важно для вас? Что означает это изменение точки зрения?

Кейт объясняет, что это в некотором смысле тонкое различие, но на нем она настаивает (и говорит, что она «обратила в Церковь человеческого опыта»).Так часто случается, что мы сосредотачиваемся на таких терминах, как клиенты, пользователи, учащиеся, студенты или пациенты. Но она отмечает, что мы говорим о одних и тех же людях, и все мы являемся этими людьми в разное время нашей жизни.

Она говорит, что это слишком разрозненно, чтобы думать только о каждом из этих переживаний как о отдельном, и то, как это происходит, не говорит нам, насколько удовлетворительным или значимым был этот опыт на человеческом уровне. Подумайте о том, что человек (который в тот момент исполнял роль покупателя) пришел к этому переживанию, а затем о том, что он почувствовал, когда ушел.

Это произведение, которое, по ее словам, обычно классифицируется как лояльность или удовлетворенность клиентов. Но вы можете получить гораздо более целостное представление об этом, размышляя о человеческом опыте, потому что он позволяет нам переходить через все эти разные контексты и линзы и знать, что человек, который стоит за всеми этими ролями, в основном один и тот же человек – это все нас, и нам важно помнить об этом.

Кейт также приводит личный пример из своей жизни, чтобы проиллюстрировать это.

Спонсор: CommPartners

[31:53] – если вы хотите создать обучение, ориентированное на человеческий опыт, обратитесь к нашему спонсору.

CommPartners помогает обучающимся компаниям задумывать, развивать и реализовывать свою стратегию онлайн-образования. Их решения начинаются с Elevate LMS, отмеченной наградами платформы обучения, которая обеспечивает центральное сообщество знаний и способствует вовлечению учащихся. Чтобы повысить ценность Elevate, CommPartners предоставляет широкий спектр услуг онлайн-образования, включая разработку учебных программ, разработку учебных программ, полностью управляемые веб-семинары, веб-трансляции, программы прямой трансляции и виртуальные конференции.

Последствия смешанного обучения

[32:38] – В своей работе вы указали на стирание границ, а также на менталитет «и / и» (по сравнению с «либо / или»). Одним из примеров является сочетание онлайн- и офлайн-опыта: все больше и больше того, что мы делаем офлайн, влияет на то, что мы видим онлайн, а то, что мы делаем онлайн, влияет на наш офлайн-опыт и поведение. Я не могу не думать об образовательных предложениях – раньше мы называли вещи электронным или смешанным обучением, но все больше и больше это кажется просто обучением.Какие последствия в этой интеграции онлайн и офлайн для того, как мы учимся и живем?

Кейт признает, что это одна из самых увлекательных областей ее работы, и что это было глубокое исследование в ее книге « Пиксели и место: соединение человеческого опыта в физическом и цифровом пространствах ». Но она говорит, что вся эта предпосылка по-прежнему играет роль Tech Humanist и выше, так что это действительно важная область.

Она осознала, насколько это действительно важно, когда ее попросили выступить с лейтмотивом для консультантов по поступлению в колледж на тему о том, как создать более осмысленное ощущение места.Готовясь к этому, она хотела понять опыт, который люди получат в физическом пространстве (легенды и мифологии), но затем она поняла, что очень многое из того, что важно, также связано с пониманием онлайн-опыта (бренд социальных сетей, взаимодействия, соответствующие хэштеги, и т. д.) И когда вы думаете о взаимодействии между двумя областями, физической и сетевой, вы можете затем посмотреть, как связать людей в пространстве и времени с другими.

Затем, когда вы входите в учебные планы и думаете об активном обучении и об окружающей среде в классе, все, что преподаватель заставляет учеников делать, вероятно, будет дополнено тем, что ученик самообучается.

В 2019 году и позже Кейт объясняет, что мы находимся в месте, где постоянно происходит множество видов интерактивного опыта, и это важная часть жизни людей (включая студентов и учащихся).

Онлайн / офлайн опыт будет полностью совмещен, так что это должно быть что-то, что мы входим в развитие обучения, действительно осознавая, действительно пытаясь оптимизировать, действительно удостоверившись, что мы в курсе, – а затем соответствующим образом выстраивать опыт .

[37:03] – Какой опыт обучения стал для вас одним из самых ярких, когда вы стали взрослыми, после окончания формального образования?

Кейт рассказывает о своем опыте участия в сообществе ораторов в Facebook и о том, насколько ценным было это сообщество (и формат) для ее обучения.

[39:38] – Как связаться с Кейт и / или узнать больше:

[40:15] – Заключение

Вопросы для размышления

  1. Что ваш учебный бизнес пытается сделать в масштабе и как технологии могут помочь?
  2. Вам нужно уточнить свое мнение о тех, кому вы служите, чтобы меньше сосредоточиться на опыте учащихся и больше сосредоточиться на человеческом опыте?

Если вы получаете пользу от подкаста Leading Learning, обязательно подпишитесь через RSS, Apple Podcasts, Spotify, Stitcher Radio, iHeartRadio, PodBean или любую другую службу podcatcher, которую вы можете использовать (e.г., пасмурно).

Мы также будем признательны, если вы дадите нам оценку Apple Podcasts (ранее известных как iTunes) на странице https://www.leadinglearning.com/apple. Мы лично ценим вашу оценку и обзор, но, что более важно, обзоры и рейтинги играют большую роль в том, чтобы помочь подкасту появиться, когда люди ищут контент, посвященный руководству учебным бизнесом.

И мы будем благодарны, если вы ознакомитесь с нашими спонсорами в этом квартале. Узнайте больше об AUTHENTIC Learning Labs и CommPartners.

Наконец, подумайте о том, чтобы рассказать другим о подкасте. Вы можете отправить твит, перейдя на leadlearning.com/share. Вы также можете поставить нам лайк на Facebook на facebook.com/leadinglifelonglearning и поделиться нами с другими там. Как бы то ни было, помогите, пожалуйста, поделиться добрым словом о подкасте.

[42:18] – Выход

См. Также:

.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *