Сколько на сегодняшний день открыто химических элементов: Сколько открыто химических элементов? | Вечные вопросы | Вопрос-Ответ

Содержание

Сколько всего открыто химических элементов?

В 2019 году таблице Менделеева исполнилось 150 лет. Первый ее вариант содержал лишь 63 элемента. Но процесс добавления туда элементов не остановился и по сей день.

Сколько же сейчас существует открытых химических элементов.

По состоянию на начало 2020 года учеными официально открыто 118 химических элементов, которые имеют соответствующие порядковые номера с 1 по 118. При этом 94 элемента имеют природное происхождение, а еще 24 открыты искусственным путем – при помощи проведения ядерных реакций.

Интересный факт: последний 118 химический элемент, официально открытый и подтвержденный 28 ноября 2016, носит название оганесон в честь Юрия Оганесяна – знаменитого академика. Это второй элемент, названный в честь ныне живущего человека (первый – сиборгий).

Раньше ученые открывали элементы, обнаруживая их в природе. Для этого исследовали различные минералы, разделяли их на отдельные компоненты. Но они не могут быть в бесконечном количестве – после урана последующие открытия осуществляются лишь синтетическим путем.

Как именно происходит процесс открытия нового элемента? Говоря простым языком, производится реакция слияния двух ядер. Одно ядро выступает «мишенью», а второе – атакующей частицей. Визуально это можно представить в виде капли жидкости, которая вибрирует и, в итоге, разделяется на две капли – образуется новый элемент. Сложность заключается в том, что одни элементы могут существовать долго, а другие распадаются буквально за считанные минуты. Это затрудняет изучение и открытие новых элементов. Также ученые пытаются создать тяжелые элементы, что на практике является еще более сложной задачей.

В современной версии таблицы элементы 104-118 являются сверхтяжелыми. Это значит, что они обладают существенной атомной массой. Элементов, тяжелее урана, не обнаружено – все последующие образуются только искусственно. В настоящее время ученые занимаются активными поисками элементов под номерами 119 и 120.

Основная цель – понять, насколько большой может оказаться таблица, и какие силы заставляют столь тяжелые атомы держаться вместе. Сверхтяжелые элементы открывают путем объединения двух легких. По такой схеме были обнаружены элементы 113, 115, 117 и 118.

Подобные исследования происходят лишь в считанных лабораториях, расположенных в разных странах мира. Есть такой специализированный объект и в России. Главным российским научным центром в данной области является Объединенный институт ядерных исследований, расположенный в технополисе Дубна (Московская область).

Именно здесь за последние 20 лет было искусственно создано 5 элементов – со 114 по 118. Также в Дубне создается Фабрика сверхтяжелых элементов – установка, которая должна упростить синтез.

мммм Это копия статьи, находящейся по адресу https://masterokblog.ru/?p=58666.

Директор RIKEN Nishina Хидэто Эньо – о создании «азиатского» нихония и научной мечте

Таблица Менделеева, которой в этом году исполнилось 150 лет, последний раз менялась в 2016 году. Тогда в нее добавили сразу четыре новых элемента — московий (115), теннессин (117), оганессон (118) и нихоний (113).

Последний из них — сверхтяжелый элемент — открыли ученые японского института естественных наук RIKEN. Его название — производное от слова «Нихон», местного названия Японии. О работе над синтезом элементов, научной коммуникации в Японии и главных научных задачах мы поговорили с Хидэто Эньо (Hideto Enyo), директором RIKEN Nishina. В июле 2019 года он станет спикером IV Международной конференции, посвященной периодической таблице
, которая состоится в Университете ИТМО.

История открытия нихония

Элементы тяжелее урана (атомный номер 92) не встречаются в природе, но их можно нарабатывать в ядерных реакторах. Однако для получения элементов тяжелее 100-го (фермий) реакторы уже не подходят, нужны ускорители, где сверхтяжелые ядра получаются в результате столкновений ядра-«снаряда» и ядра-«мишени». На первый взгляд, эта задача кажется элементарной: нужно взять два атома, у которых число протонов в сумме равно числу протонов в ядре нового элемента, столкнуть их с помощью ускорителя и получить атом желаемого элемента.

Однако на практике все намного сложнее: на то, чтобы подобрать снаряд и мишень, способные слиться и породить ядро нового элемента, уходят годы (более подробно и популярно о причинах нестабильности атомов рассказывается здесь).

Над такими задачами сегодня работают несколько крупнейших и известных научных коллективов. Среди них — Объединенный институт ядерных исследований в Дубне (Россия), Ливерморская национальная лаборатория им. Э. Лоуренса (Калифорния, США), Окриджская национальная лаборатория (Oak Ridge National Laboratory, ORNL) и Институт физико-химических исследований (RIKEN).

Все они с начала 2000-х годов работали над получением 113-го элемента Периодической таблицы. В 2004 году были опубликованы результаты совместной работы Лаборатории ядерных реакций им. Г. Н. Флёрова Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ) в Дубне и Ливерморской национальной лаборатории им. Э. Лоуренса.

В сентябре 2004 года о синтезе изотопа 113-го элемента в количестве одного атома объявила группа из института RIKEN. Она использовали реакцию слияния ядер цинка и висмута. В итоге за несколько лет японским ученым удалось зарегистрировать три события рождения атомов нихония: 23 июля 2004-го, 2 апреля 2005-го и 12 августа 2012 годов.

30 декабря 2015 года IUPAC официально признал открытие 113-го элемента и приоритет в этом ученых из RIKEN. Таким образом, 113-й стал первым элементом, открытым в Японии и в азиатской стране, в целом. Спустя полгода организация рекомендовала дать элементу название «нихоний» (Nihonium, Nh) по одному из двух вариантов самоназвания Японии — Нихон, что переводится как «Страна восходящего солнца».

Чем интересен нихоний

Нихоний входит в группу бора, но ведет себя скорее как переходный металл. Согласно расчетам, температура плавления нихония 430

оС, кипения — 1100оС, что делает его непохожим на «одногруппников», которые плавятся и кипят при существенно более низких температурах. Период полураспада наиболее стабильного изотопа нихония Nh-286 составляет 20 секунд, и среди других изотопов элемента он является настоящим долгожителем.

Нихоний. Источник: shutterstock.com

Специалисты объясняют такой большой период полураспада тем, что ядра с определенным количеством протонов и нейтронов более устойчивы, чем другие. Согласно теории оболочечного строения атомного ядра Марии Гёпперт-Майер и Ханса Йенсена, количество нуклонов (протонов и нейтронов) влияет на энергию связи внутри ядра. У элементов, ядра которых состоят из 2, 8, 20, 28, 50, 82 и 126 нуклонов, заполнены все ядерные оболочки, поэтому они более стабильны. Последовательность 2, 8, 20 и т. д. называется магическими числами, что указывает на эмпирический характер теории. Она также предсказывает существование «острова стабильности» для трансурановых элементов. Для «жителей» этого острова характерен существенно больший период полураспада, чем у соседей по периодической таблице.

О работе над синтезом элементов и главных научных задачах мы поговорили с Хидето Эньо, директором RIKEN Nishina.

113-й элемент Периодической таблицы, получивший название нихоний, стал первым элементом, открытым в Японии и Азии.

Как долго вы шли к этому открытию?

Эксперименты заняли девять лет. А до этого еще более пяти лет ушло на подготовку. В целом в этой работе было задействовано очень много человек, более 50 сотрудников.

Нихоний имеет очень интересные физические и химические свойства. Есть ли перспективы его практического применения?

Это чисто научная находка, и, думаю, мы не увидим возможной перспективы практического применения этого элемента в ближайшие лет сто. Сейчас мы просто знаем, что он существует и что есть еще более тяжелые элементы. Но его открытие очень важно с научной точки зрения. В частности, это говорит о том, что в Периодической таблице могут быть еще элементы, и они могут быть более стабильны. И наконец, во многом открытие нихония важно для Японии, так как у нас теперь есть элемент, о котором можно сказать: сделано в Японии.

Хироси Мацумото, Косуке Морита и Хидето Эньо из института RIKEN. Источник: riken.jp

Какие задачи в связи с этим вы ставите перед собой на дальнейшую перспективу?

Мы хотим открыть «островки стабильности», включающие элементы, которые, может быть, и тяжелы так же, как нихоний, но, тем не менее, стабильны.

В будущем я хотел бы стать свидетелем открытия такого стабильного элемента, который, возможно, и не создан Вселенной, но создан нами. Именно в этом и заключается моя научная мечта.

Меняется ли процесс открытия новых элементов с годами? Какова разница между тем, как открывали новые элементы Периодической таблицы 50 лет назад, и сегодня? Какие преимущества получают ученые сейчас в связи с технологическим прогрессом?

В каком-то смысле да, меняется… Раньше мы, можно сказать, копали почву, для того, чтобы найти новый элемент или минерал, его содержащий. Так и начиналась в свое время Периодическая таблица химических элементов. Но этот период закончился, так как закончились элементы, существующие в природе. А потом у нас появилась атомная бомба или реактор, человечество научилось создавать множество новых элементов. Наконец, мы выяснили, как создавать новые элементы с помощью пучка ускоренных частиц. После открытия нихония сейчас мы совершенствуем свой ускоритель, в том числе для поиска других новых элементов. С его помощью мы сможем создавать новые типы радиоизотопов, которые в отличие от, например, нихония могут быть применены для лечения рака.

Ваша лаборатория проводит большой спектр как фундаментальных, так и прикладных исследований. На каких ключевых задачах вы концентрируетесь сейчас?

Периодическая система химических элементов. Источник: shutterstock.com

Сейчас мы стараемся получить новые изотопы с большим количеством протонов в ядрах, также мы хотим получить известные и существующие элементы, но с большим количеством нейтронов. Это настоящая алхимия, и, можно сказать, что мы создаем новый изотоп, сильно отличающийся от стабильной формы. На сегодняшний день мы являемся одними из крупнейших исследователей новых изотопов. Чтобы понять механизмы, которые синтезировали все элементы во Вселенной, нам нужно точно изучить, как эти нестабильные изотопы отличаются от других и как они взаимодействуют в таких событиях во Вселенной, как, например, взрыв сверхновой или слияние нейтронных звезд.

Сотрудничаете ли вы с зарубежными группами и, в частности, с российскими учеными? Видите ли вы перспективы такого сотрудничества?

Вы прекрасно знаете российского ученого Юрия Оганесяна. Косуке Морита (Kosuke Morita), открывший нихоний, давно работал с ним, с этими знаниями он вернулся в RIKEN и начал собственный эксперимент. Поэтому в каком-то смысле, Оганесян — это дедушка нихония. У нас хорошие отношения, хотя конкретно в этой работе мы все-таки выступали соперниками. Иногда мы соревнуемся, а иногда работаем вместе над одними проектами.

За последние годы было открыто довольно много элементов Периодической таблицы. Но что дальше? Одним из фундаментальных вопросов остается вопрос о конечности Периодической таблицы. На ваш взгляд, она конечна и скоро ли наступит ее конец?

Существуют разные теоретические пределы: 170, а кто-то скажет, что 140 или около того. Но другой, еще более интересный вопрос, — как далеко мы сможем продвинуться. Чтобы получить новые элементы, нам придется изобретать новую методологию. Возможно, в течение ближайших десяти лет мы увидим часть из этих новых элементов, но сколько – этого, конечно, никто предсказать не может. Но я считаю, что нам нужно создать новые технологии для получения намного более тяжелых элементов.

Юрий Оганесян. Источник: atomic-energy.ru

ООН объявила 2019 год годом Периодической таблицы химических элементов. В Санкт-Петербурге пройдет конференция Менделеев 150, где вы выступите одним из ключевых спикеров. Расскажите, пожалуйста, почему вы решили приехать в Петербург и принять участие в этой конференции?

Меня прежде всего заинтересовала тематика конференции и состав спикеров. Я бы хотел послушать своих коллег, других ученых, поговорить о возможных изменениях в самой таблице. Также мне интересно поговорить об устойчивом развитии, эта тема также заявлена на конференции. Я очень этим интересуюсь, и был бы рад принять участие в такой дискуссии.

До этого я уже бывал в Петербурге. Тогда мы ездили в Кижи. И чтобы туда добраться, нужно было ехать на поезде от Петербурга. В тот раз мое время было очень ограничено, поэтому я очень хочу увидеть город снова.

Одна из целей Года Периодической таблицы — это не только дать ученым общаться друг с другом, но и проводить различные образовательные мероприятия, популяризировать науку. Как вы думаете, должны ли ученые объяснить доступным языком суть своих открытий широкой публике?

Мы должны быть очень талантливы, чтобы суметь объяснить аудитории суть своего открытия. На мой взгляд, действительно важно встречаться с широкой аудиторией и говорить с людьми на понятном им языке, потому что это будущее. Даже если мы говорим со взрослой аудиторией, все равно надо понимать, что у этих людей есть дети. А это наша поддержка и опора. В будущем некоторые из них могут стать учеными. Поэтому мы всегда должны работать с разной аудиторией — молодыми, пожилыми людьми, детьми. Важно говорить с аудиторией, почему важна и интересна наука. И важно заинтересовать молодых тем, что мы делаем.

Церемония открытия Года Периодической Таблицы в Париже. Источник: jinr.ru

Научная коммуникация становится одной из важных тем сейчас в России. Вовлечены ли ученые в Японии в коммуникацию с обществом?

Мы многое для этого делаем. Недавно я смотрел видео с церемонии открытия Года Периодической Таблицы в Париже и увидел там много русских людей с детьми, молодыми коллегами, студентами. Мы очень стараемся, но пока у нас так здорово не выходит. Поэтому, я думаю, нам надо поучиться у вас.

Вы сказали, что любовь к науке нужно прививать с детства, а какая научная идея или открытие послужило для вас толчком к занятию наукой?

У меня была игрушка. Она ездила, светила, издавала различные звуки и так далее. Однажды я решил ее разобрать. Помимо проводов и шестеренок, там оказался большой маховик. Так я узнал о законе сохранения энергии, или, если быть точным, законе сохранения импульса. Я выяснил, что этот маховик заставлял двигаться мою машинку. Мне тогда было четыре или пять лет. Потом машинка, конечно, сломалась. Но можно сказать, что эта игрушка и стала моим первым учителем физики.

По-вашему, какой наиболее эффективный метод вовлечения людей в науку?

Вы когда-нибудь слышали о «научных мамочках» или «научных папочках»? Это когда мать или отец любят науку. Я думаю, что если родители вовлечены в науку, то и дети тоже заинтересуются этим. Вовлекает в науку не высшая школа, а жизнь, их научная жизнь. Я думаю, лучший способ создать ученого — начать с семьи.

Хидэто Эньо (Hideto Enyo) — доктор наук, директор RIKEN Nishina и руководитель Радиационной лаборатории RIKEN Nishina. Институт физико-химических исследований (RIKEN) — крупный научно-исследовательский в Японии. Он почти полностью финансируется правительством Японии и его годовой бюджет составляет около 88 млрд. иен (760 млн долл. США). RIKEN проводит исследования во многих областях науки: физика, химия, биология, медицина, технические и компьютерные науки.

Перейти к содержанию

сколько химических элементов обнаружено в природе. сколько всего элементом открыто ученными

Самый легкий – водород, самый тяжелый – уран. Олимпийский чемпион по футболу и Нобелевский лауреат Нильс Бор предсказал: элемент 104 – последний в Периодической таблице. За ним время жизни элементов настолько мизерно, что говорить о стабильной материи бессмысленно. О названии элемента 104 – резерфордий или курчатовий – велись многолетние научно-политические споры между СССР и США. В Дубне подсчитали, что, начиная с элемента 114, в Периодической таблице должны существовать островки стабильности, где время жизни элементов столь же велико, как для привычного железа. Эти островки ищут ученые всего мира. Четыре года назад в Дубне удалось в физических экспериментах получить по 1-2 ядра сверхтяжелых элементов 112, 114, 116, а затем в Германии – только 112. Но открытие будет признано, если его удастся доказать независимым путем, лучше всего – в химической реакции, где время жизни атомов достаточно велико. Один атом для физиков – счастье, для химиков – не аргумент. 

И вот в Дубне, в лаборатории, которой руководит академик Юрий Оганесян, впервые в мире удалось выйти на остров стабильности химическим маршрутом. Мишень из плутония-242 облучалась ускоренными до 0,1 скорости света ионами кальция-48. В реакции образовывался изотоп элемента 114 и проникал в камеру со смесью гелия и аргона при атмосферном давлении. Через полсекунды изотоп после альфа-распада превращался в изотоп элемента 112 (химический аналог ртути), который газовой струей переносился в новую криогенную камеру с золотыми детекторами, на которых были зарегистрированы распады ядер элемента 112. Как разъяснил академик Оганесян, похожий эффект использовали мастера в старину, когда золотили купола: покрывали их ртутью, а затем наносили на нее листы золота, которые прилипали намертво, на века.  

Открытие сверхтяжелых элементов на острове стабильности – отнюдь не отвлеченная задача сродни поиску ангелов на кончике церковного шпиля, чем баловались средневековые ученые. Можно говорить о новых неизвестных формах материи. Если существуют “магические” сочетания протонов и нейтронов, если островки стабильности уходят за пределы мыслимого, если в природе имеются элементы с атомным весом 300 или 500, это революция в мироздании. Время жизни атома элемента 114 – полсекунды, фантастически долго по ядерным меркам. Нельзя исключить, что на Земле в свободном состоянии существуют не найденные пока сверхтяжелые элементы. В это верил еще академик Георгий Флеров, сумевший убедить Сталина в необходимости работ над атомной бомбой. Когда будут исчерпаны запасы не только нефти и газа, но и урана, энергия сверхтяжелых элементов способна навсегда решить энергетические проблемы человечества. Критическая масса плутония – 20 кг, у сверхтяжелых элементов она меньше миллиграмма. Понятие “энергетический кризис”, которого сегодня страшится человечество, может стать для потомков таким же смешным, как для нас страхи, что коровы из-за паровозов доиться не будут.

Cпектакль «Суннатчи бабай» в Кариевском театре — Реальное время

Кариевский театр попытался показать всю школьную программу по Гаязу Исхаки в одном спектакле

Фото: Ринат Назметдинов

Кариевский театр представил вчера первую премьеру сезона — спектакль «Суннатчи бабай» по произведениям Гаяза Исхаки. Убедительный Азгар Шакиров, завернутый в лоскутное одеяло текста, — лишь повод ознакомиться с каждым из произведений мастера, ни одно из которых, увы, не было развернуто в полной мере.

Азгар абый и другие

Гаяз Исхаки родился неподалеку от Чистополя (в деревне Яуширма работает его музей). Произведения, которые сейчас ставят в Татарстане, он писал до революции, открыто и без прикрас описывая жизнь татар в деревнях и городах. В 1917-м он участвовал в подготовке Всероссийского съезда мусульман, конгресса духовенства, Военном Совете мусульман России, а в готовившемся проекте государственности татар был назначен заведующим внешнеполитической комиссией. Потом он оказался в Петропавловске, а позже эмигрировал, жил в Берлине, умер в Анкаре в 1954-м.

Ренат Аюпов, главный режиссер Кариевского театра, несколько раз работал с материалом Исхаки. В частности, в Мензелинском театре он ставил спектакли «Сөннәтче бабай» и «Остазбикә» по его рассказам.

Художник Булат Гильванов украcил сцену элементами деревянной резьбы. По углам расставлены фигурки коз. Закрывая по четыре кресла в ряду, через зал на сцену идет помост, по которому люди входят в действие и уходят из жизни. Очевидна аллюзия режиссера на мост в рай.

Спектакль начинается с многообещающей и красочной сцены — суннат туе (праздник в честь обрезания ребенка). Суннатчи в исполнении актера театра Камала Азгара Шакирова приходит совершить обряд обрезания, ребенку дарятся подарки, начинаются танцы и песни, звучит музыка, которую написал для спектакля лидер группы ALPAR Алмаз Асхадуллин с использованием древних тюркских инструментов. По сути, обрезание — обряд инициации: мальчик становится мусульманином, частью общины. Суннатчи не мулла, не хазрат, но он очень важный и уважаемый человек в деревне.

В версии Мензелинского театра спектакль начинается с того, что вторая жена Корбанколыя ругает мужа, что он все еще сходит с ума по первой. Он погружается в воспоминания: как с сомнением принял пост суннатчи, как жил с супругой Гульюзум (Фирюза Зиннатуллина).

У кариевцев Корбанколый — почтенный старец без какого-либо бэкграунда. Мы даже жену его видим всего лишь несколько минут — и вот она уже уходит по мосту в мир иной. Теперь от нее остаются только глаза, смотрящие с задника сцены.

После этого достаточно уверенная поступь сценического действия замедляется. Мы видим, что Корбанколый уже женат на Фахрие (Рамзия Закирзянова), которая чистит картошку ножом для обрезания, после чего супруг выгоняет ее из дома и заболевает. За ним следит его ученик Ибрагим — служащий в театре менее года Ильсаф Назипов добавляет спектаклю живости. К примеру, он, пытаясь подбодрить старика, начинает напоминать ему о радостных событиях, и тут возникает пресловутая «химия», двигающая действие вперед.

К суннатчи на прием

Далее начинается цепочка событий, которые можно описать строчкой из «Айболита»: «Добрый доктор Айболит, он под деревом сидит». Помните? Корбанколый из героя превращается в персонажа, которого режиссеры обычно предлагают вычеркнуть из текста, потому что он не добавляет драматизма действию.

Вероятно, основная проблема спектакля в материале. Как указал Аюпов, театр привлек двух авторов, Ландыш Абударову как знатока литературы и Булата Минкина как «киношного» сценариста (справедливости ради, его пьеса «Базариада» наделала шума на фестивале «Любимовка» и конкурсе «Ремарка», а его психоделический Tatar trip, посвященный голоду в Поволжье, назначен к постановке в театре Камала). Вместе они вклеили в сюжет «Суннатчи бабая» героев еще трех рассказов Исхаки. По словам режиссера, есть в постановке и цитаты из программной «Исчезновение через двести лет».

Но все эти эпизоды разрешаются без всякого напряжения. Возникает любовная линия с девушкой по имени Зульфия (Альсина Закирова), но, видимо, просто чтобы показать, что герою ничто человеческое не чуждо. Забавный эпизод с двумя шалопаями, которые хотят выкрасть нож старца, добавляет движения, но не дополнительного смысла. Но характерно, как описывает работу суннатчи вороватый Миннегали (Ильназ Хабибуллин): мол, пять минут, шалт — и готово.

Так и идет сюжет. Приходит Шамси (Ильфат Гибадуллин) из рассказа «Он был еще не женат…», рассказывает, что в Петербурге у него остались две дочери, которых русская жена крестила: что ему делать? Старик предлагает — думай сердцем. Шалт! Спасибо, Корбанколый, я пошел.

Приходит семейная пара из «Остазбикә» — Вахид (Муса Камалов) и Сагида (Алсу Файзуллина). Как и Шамси, они вываливают одним фрагментом свою историю: у них нет детей, жена хочет женить мужа повторно. Какая функция у суннатчи? Отмечать драматические паузы.

Третий эпизод — появление глубоко беременной Камар, «Девушки из шапочной мастерской». Здесь Корбанколый дает нерожденному ребенку имя, и женщина решает рожать. Надо ли говорить, что по оригинальному тексту Камар умерла в больнице?

Камаловский театр тоже поставил несколько лет назад спектакль по Исхаки. В «Тормышмы бу?» также собраны разные произведения писатели. Но они усиливают эффект, а не замедляют спектакль, добавляя в него необязательных подробностей. По словам Аюпова, кстати, театр сократил многостраничный текст, предоставленный драматургическим дуэтом, до 12 страниц. Спектакль идет полтора часа. Все это время ждешь, что случится что-то невероятное. А не происходит.

Перед смертью суннатчи оглашает свою родословную. Сцена вновь населяется массовкой, но это уже финал. В фойе театра к премьере собрали небольшую выставку. Там можно увидеть печать суннатчи, списки предков на арабском, вещи Исхаки — к примеру, золотую ручку Parker, часы и фрагменты его дневника. Каллиграф Назип Наккаш показывает составленную по тексту «Суннатчи бабай» родословную и иронично замечает, что в его родственниках оказывается, например, Аксак Тимер.

Корбанколый вручает свой нож Ибрагиму и уходит по мосту умирать. У нас часто любят проводить параллели между татарской и русской литературой. Если отвлечься от линейного и недраматичного сюжета спектакля, то постановка Кариевского театра — это почти по Чехову (кстати, старик просит молодого последователя заботиться о саде).

Суннатчи бабай живет в покое, занимается важным делом, его мир ограничен его деревней. А по мосту к нему приходят люди, раздираемые противоречиями. На самом деле, конечно, он их проблемы не решает. Но Корбанколый видит, что мир не спокоен и не идеален. И вот уже у него в деревне священный нож сначала используют для кухонных забот, а потом думают продать. А на самом деле это обычный нож, сделанный из косы. Старик уходит из деревни, и мы понимаем, что Ибрагиму придется еще сложнее.

Радиф Кашапов, фото: Ринат Назметдинов

ОбществоКультура Татарстан

Ответили за курчатовий

Великое историческое событие 12 декабря произошло в Объединенном институте ядерных исследований. Его освещали все ведущие телеканалы нашей страны.

Кто помнит фамилии всех нобелевских лауреатов хотя бы по физике? Их 203 на декабрь 2016 года.

Нобелевских лауреатов по химии на сегодняшний день – 175.

А химических элементов в таблице Менделеева к нынешнему дню открыто 118.

Сто восемнадцатый элемент таблицы Менделеева назвали оганесоном, по имени автора открытия – академика Юрия Оганесяна. Его имя будут знать все школьники мира, которые потом станут взрослыми. Как знают все нынешние и бывшие школьники мира имя Дмитрия Ивановича Менделеева.

Факту признания открытия оганесона (№118), московия (№115), теннессина (№117) и нихония (№113) посвятили сегодня историческую пресс-конференцию на месте выдающихся открытий – в Лаборатории ядерных реакций имени Флерова.

За столом, на узкой сцене конференц-зала ЛЯР ОИЯИ, под прицелом телекамер всех федеральных каналов телевидения сидели трое: академик Юрий Оганесян, академик Виктор Матвеев, профессор Сергей Дмитриев. Все трое скрывали волнение.

Описать словами за несколько минут надо было то, что делалось здесь минимум двадцать пять – максимум шестьдесят последних лет.

«За эти 60 лет в стенах этой Лаборатории, в стенах нашего института, усилиями интернациональных коллективов Лаборатории открыты 11 сверхтяжелых элементов, доселе неизвестных миру, неизвестных науке, и это, конечно, выдающийся результат», – начал пресс-конференцию директор Объединенного института ядерных исследований Виктор Матвеев.

Созданы 11 химических элементов, которых нет в природе. Как в двух словах рассказать о том, что это была за работа?

Академик Матвеев сказал так:

– Сформулированные в Лаборатории ядерных реакций научные идеи и технические решения – выдающиеся. Синтез сверхтяжелых элементов – одна из ключевых проблем современной фундаментальной ядерной физики.

Академика Георгия Николаевича Флерова, с которого начинался синтез элементов в Дубне, директор ОИЯИ назвал легендой. Академика Юрия Цолаковича Оганесяна – преемником и последователем Флерова.

Флеров создал Лабораторию ядерных реакций, чтобы открыть свой путь к новым химическим элементам. Лидерами синтеза тогда были американцы. К тому времени они синтезировали элемент №103 (а группа Флерова – №102) и завершили им ряд элементов-актиноидов в таблице Менделеева. Каким должен быть следующий, сто четвертый элемент, и куда его поместить в таблице Менделеева, никто не знал. Предполагалось, что жизнь номера 104 будет столь коротка, что исследовать его химические свойства будет невозможно.

В 1964 году в Лаборатории Флерова 104-й появился на свет. Создатели назвали его «курчатовий» в честь Игоря Васильевича Курчатова. Под этим названием его запомнили все школьники СССР.

Американской группе Сиборга и Гиорсо элемент №104 удалось получить лишь спустя пять лет – в 1969 году. Американские коллеги Флерова назвали наш курчатовий резерфордием.  

Сто пятый «дубний» мы уже никому не отдали. И уверенно пошли своим курсом: 106, 107, 108, 113, 114, 115, 116, 117, 118! Одиннадцать элементов за 46 лет.  Шесть последних – под руководством Юрия Оганесяна.

– Это правда, что элемент №113, названный нихонием, в Дубне был получен раньше, чем в Японии, в честь которой он назван? – поинтересовались журналисты на пресс-конференции в ЛЯР.

Директор ЛЯР Сергей Дмитриев отвечал, улыбаясь:

– Мы раньше синтезировали 113 элемент и раньше опубликовали наш результат. И ядер 113 элемента получили в десять раз больше. Потому что использовали более современный метод синтеза, чем японцы…Понимаете, с начала XXIвека в Дубне синтезированы семь элементов из семи открытых в мире…

Несколько раз журналисты терзали Юрия Цолаковича Оганесяна вопросом, что он чувствует, видя в таблице Менделеева элемент оганесон, названный в честь него.

– Не ищите сверхчувств. – посоветовал Юрий Цолакович. – Когда называют в честь великих ученых, как например эйнштейний, соблюдают историческую дистанцию. А сейчас – не в честь, а просто потому, что человек занимался этим делом. Как закон Авогадро, как самолеты Туполева или Яковлева. Я благодарен своим коллегам и товарищам, с которыми прошел этот трудный путь. Мы безумно счастливы, когда появляется один атом нового элемента в день. Не важно, как назван элемент, важно, что он есть.

Директор ЛЯР Сергей Дмитриев с гордостью добавил:

– Наша Лаборатория – единственная в мире внесла в таблицу Менделеева два элемента, названные именами ее ученых: флеровий и оганесон. Сегодня она единственная в мире имеет научным руководителем ученого, именем которого при жизни назван химический элемент, – академика Оганесяна.

В обшем, ясно: попасть студенту или аспиранту в такую научную среду – подарок судьбы и огромная честь.

Кстати, академик Оганесян считает, что тем молодым ученым, которые успели набить шишки в своем деле, – цены нет. «Они когда набивают шишки, боли не чувствуют. Но и не уходят. Это бацилла», – рассудил он.

На фоне обновленной таблицы Менделеева с флеровием, московием и оганесоном Юрий Цолакович отвечал на вопросы окруживших его журналистов.

– Можно считать наши семь новых элементов XXI века реваншем за 104-й курчатовий? – спросила я его.

– Да. – согласился он. – Тогда именем Курчатова не хотели называть элементы. И именем Оппенгеймера. Из-за атомного проекта.

Спрашивали Юрия Цолаковича и о том, какую пользу принесут его новые сверхтяжелые элементы. Его ответ был таким:

– Уже приносят пользу технические новшества, которые понадобились, чтобы синтезировать эти элементы. 

 

Контрабанда: Батька темнит с нефтью и оружием – Статьи – Экономика

Белоруссия увеличила секретность своего товарного экспорта на зарубежные рынки. По итогам семи месяцев 2021 года закрытой оказалась статистика по поставкам на 8,2 млрд. долларов. Из них около 1,3 миллиарда приходится на Россию, это примерно 15% всего белорусского товарного экспорта в нашу страну. В прошлом году объем всех «секретных» поставок составлял только 1,6 млрд. долл. Общий объем белорусского экспорта за январь-июль 2021 года составил 21 млрд. долл. США, что на 36% больше, чем за аналогичный период прошлого года.

Белстат и ранее традиционно не раскрывал информацию об объеме и стоимости экспорта таких товаров, как табак, драгоценные металлы, летательные аппараты и их части, оружие, боеприпасы, химические радиоактивные элементы. Но в этом году на фоне ужесточения западных санкций к ним добавилась и другая продукция, в частности, такие важные статьи белорусского производства, как нефть, нефтепродукты, минеральные удобрения, тракторы и грузовики. В прошлом году, по статистике, экспорт нефти, нефтепродуктов и удобрений превышал 6 миллиардов долларов, грузовиков и тракторов — 1,2 млрд. долл., поэтому кратное увеличение «секретных» статей объяснимо.

Общий объем белорусского экспорта в РФ по итогам семи месяцев 2021 года составил 8,71 млрд. долл., из них открыто 7,42 млрд. долл. Российская статистика, впрочем, более открыта, чем у соседней страны, поэтому по ней можно восстановить большую часть поставок.

По данным Федеральной таможенной службы (ФТС), экспорт из Белоруссии по секретному коду составляет всего 3,7 млн. долл. Большинство же статей оказалось вполне доступными — импорт тракторов составил 207 млн. долл., грузовиков — 446 млн. долл., удобрений — 20 млн. долл., минерального топлива — 67 млн. долл.

Товары на сумму 556 млн. долл. были поставлены в пункт, обозначенный как «Страна неизвестна». Еще 151 миллион составил закрытый экспорт в США — СМИ предполагают, что это калийные удобрения, которые попали под санкции ЕС и США.

Напомним, что в июне 2021 года Евросоюз ввел первый пакет секторальных санкций против Белоруссии, ограничив импорт нефтепродуктов и калийных удобрений. В августе США частично присоединились к этим мерам, внеся в санкционный список белорусского производителя «Беларуськалий». Кроме того, Великобритания запретила импорт белорусских нефтепродуктов и калийных удобрений. Тракторы и грузовой транспорт под ограничения не попали, но, видимо, в Минске решили подстраховаться на будущее, засекретив и эти поставки.

И, возможно, не зря. 15 октября правительство ФРГ предложило ЕС расширить санкции против властей Белоруссии с целью не допустить перевозки нелегальных мигрантов в Европу. Федеральная полиция ФРГ сообщила, что более 4,3 тыс. нелегальных мигрантов прибыли с начала августа через Белоруссию в Германию (через территорию Польши). В основном речь идет о выходцах из Ирака, Сирии, Йемена и Ирана.

Заместитель декана факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Андрей Суздальцев считает, что закрытие статистических данных по экспорту может быть связано не только с желанием Минска обойти санкции, но и с контрабандными поставками европейской продукции, которые приобретают все большие масштабы

— Я занимаюсь белорусской тематикой более 30 лет и постоянно мы сталкиваемся с проблемами белорусской статистики. Даже такие индикаторы, как выработка электроэнергии на определенный объем продукции, которые можно сравнить с соседними странами, каждый раз дают непонятные цифры. Это говорит о том, что статистика не до конца проверенная или достоверная.

В отношении экспорта, как и импорта, всегда возникали трудности. Белоруссия является одним из мировых лидеров по закрытости рынка, при том, что российский рынок для нее полностью открыт, и она находится с нами в процессе интеграции. Но мы должны помнить, что Белоруссия является и одним из крупнейших контрабандных хабов в Европе.

Контрабанда там — вполне официальная отрасль экономики. Существуют многочисленные цеха по переупаковке товаров, фуры с условными польскими яблоками по документам мгновенно превращаются в белорусские. Помню, в феврале 2019 года на российской границе были задержаны несколько грузовиков со спелыми земляными, а не парниковыми «белорусскими» томатами. На самом деле, это огромный объем, который доходит до несколько тысяч фур в сутки. Периодически по некоторым направлениям возникают проблемы, как, например, с поставками живых цветов из Нидерландов через Белоруссию в Россию.

Но в целом можно говорить о том, что контрабанда — это государственная отрасль в Белоруссии. Мы до сих пор получаем массу товаров из Украины и той же Польши — мясо, молоко, сырое молоко, сыры, но они к нам идут с белорусскими этикетками и документами. Отсюда и такие скачки в белорусском экспорте, которые могут вырасти сразу на десятки процентов, хотя производительность и масштабы экономики настолько не выросли.

Несколько лет назад белорусский министр сельского хозяйства сказал, что они готовы на 40% нарастить поставки сырого молока в Россию. Но как это можно сделать быстро, если коровы растут три года? А когда подсчитали эти объемы поставок молока, оказалось, что коровы в Белоруссии должны стоять не только на всех полях, но и в городских парках, настолько велико было несоответствие.

Кроме того, бывает так, что общая сумма по какому-то сектору известна, и она приемлемая, но что конкретно поставляется в этом сегменте, не известно. Я подозреваю, что в этом случае речь может идти о поставках оружия в какие-то страны мира, которые власти не хотят афишировать.

Так что удивляться тому, что объем «секретных» статей экономики Белоруссии растет, не стоит. А то, что это происходит с государственной статистикой, говорит о том, что само государство, вероятно, и является заказчиком этих поставок.

«СП»: — Может ли скрытие статистики по отдельным статьям экспорта помочь избежать санкций Европы и США против поставок калийных удобрений или нефтепродуктов?

— Нужно понимать, что санкции против калийных удобрений Белоруссии еще не работают. В лучшем случае, они заработают в декабре, когда истекут действующие контракты, на которые ограничения не распространяются. Что касается нефтепродуктов, вопросы есть уже сейчас. Но Белоруссия старается поставлять их через российские порты и особо не показывать, так как и российские компании, которые будут эту продукцию вывозить, и сами могут попасть под ограничения.

Безусловно, эти статьи экспорта будут еще больше закрываться и засекречиваться, особенно в том, что касается удобрений, так как сейчас в Минске очень активно обсуждают, как сделать так, чтобы вывозить калий на мировой рынок. Пока санкции в силу не вступили, но, как мы видим, Белоруссия к этому готовится. Скрытие статей экспорта объясняется, в том числе тем, что эти поставки белорусская сторона старается «не светить».

«СП»: — Насколько велики будут потери белорусской экономики, если вывести из-под санкций эти статьи экспорта все же не удастся?

— Премьер-министр Белоруссии Роман Головченко говорил о том, что ущерб от санкций составит около 4,5 миллиарда долларов. Для республики это колоссальная цифра. Но они спокойны, потому что уверены, что Россия им все компенсирует. Они считают, что Россия обязана помочь им и поставлять товары на мировые рынки, и просто помочь деньгами.

Санкции — это вообще очень удобная штука. Западу они демонстрируют, что он разрушает народное хозяйство и экономику Белоруссии, населению это повод объяснить, почему дорожает продукция и коммуналка. А для России эти санкции раздуваются и преподносятся так, что Белоруссия, как передовой антизападный форпост страдает ради нее. Нужно ли все это самой России — вопрос риторический. Но они даже под инцидент с самолетом Ryanair белорусские эксперты подвязывали Москву, «закрываясь» нами. Так же будут обстоять дела и с вопросом санкций.

Таинственное происхождение самых экстремальных вспышек света во Вселенной

Credit: Carl Knox, OzGrav-Swinburne University

Наша Вселенная сияет ярким светом в электромагнитном спектре. Хотя большинство этого света поступает от звезд, таких как наше Солнце, однако в таких галактиках, как наша, мы часто наблюдаем короткие и яркие вспышки, затмевающие целые галактики.

Об этом рассказали в Центре передового опыта по выявлению гравитационных волн Австралийской исследовательского совета (OzGrav).

Считается, что некоторые из этих ярких вспышек возникают во время катастрофических событий, таких как смерть массивных звезд или столкновение двух звездных трупов, известных как нейтронные звезды. Исследователи долгое время изучали эти яркие вспышки или “транзиенты”, чтобы получить представление о смерти и послежизни звезд, а также эволюции нашей Вселенной.

Иногда астрономы встречают транзиенты, бросающих вызов ожиданиям и озадачивающих теоретиков, которые давно предсказывали, как должны выглядеть различные транзиенты. В октябре 2014 года программа долгосрочного мониторинга южного неба с помощью телескопа Чандра – флагманского рентгеновского телескопа НАСА – обнаружила один такой загадочный транзиент под названием CDF-S XT1: яркий транзиент продолжительностью несколько тысячных секунд. Количество энергии, высвобождаемой CDF-S XT1 в рентгене, была сравнима с количеством энергии, которую Солнце излучает за миллиард лет. С момента первого открытия астрофизики выдвинули много гипотез для объяснения этого транзиента; однако ни одна из них не была окончательной.

В недавнем исследовании группа астрофизиков во главе с постдокторантом в OzGrav доктором Нихилом Сариным (Университет Монаша) обнаружила, что наблюдение за CDF-S XT1 соответствуют прогнозам излучения, ожидаемого от высокоскоростной струи, движущейся со скоростью, близкой к скорости света. Такие “оттоки” могут быть вызваны только в экстремальных астрофизических условиях, таких как разрушение звезды во время ее разрыва массивной черной дырой, коллапс массивной звезды или столкновение двух нейтронных звезд.

Исследование Сарина и других выявило, что отток от CDF-S XT1, вероятно, был вызван двумя нейтронными звездами, слившихся вместе. Это открытие делает CDF-S XT1 похожим на знаменательное открытие 2017 под названием GW170817 – первое наблюдение гравитационных волн, космической ряби в ткани пространства и времени, хотя CDF-S XT1 находится в 450 раз дальше от Земли. Такое огромное расстояние означает, что это слияние произошло очень рано в истории Вселенной; оно также может быть одним из самых дальних из когда-либо наблюдаемых слияний нейтронных звезд.

Столкновение нейтронных звезд – это основные места во Вселенной, где создаются тяжелые элементы, такие как золото, серебро и плутоний. Поскольку CDF-S XT1 произошел в начале истории Вселенной, это открытие улучшает наше понимание химического состояния и элементов Земли.

Последние наблюдения за другим транзиентом AT2020blt в январе 2020 года – в основном с помощью Утановки транзиентов Цвики – озадачили астрономов. Свет этого транзиента похож на излучение от высокоскоростных оттоков, возникающих при коллапсе массивной звезды. Такие оттоки обычно производят гамма-лучи с большей энергией; однако они отсутствуют в данных – они не наблюдались. Эти гамма-лучи могут отсутствовать только с одной из трех причин: 1) гамма-лучи не производились, 2) гамма-лучи были направлены в сторону от Земли, 3) гамма-лучи были слишком слабыми, чтобы их можно было увидеть.

В отдельном исследовании, снова проведенном исследователем OzGrav, д-ром Сарином, астрофизики Университета Монаш объединились с исследователями в Алабаме, Луизиане, Портсмуте и Лестере, чтобы показать, что AT2020blt вероятно производил гамма-излучение, направленное к Земле, просто оно было очень слабое и пропущено нашими современными инструментами.

Доктор Сарин говорит: “Вместе с другими подобными наблюдениями транзиентов, эта интерпретация означает, что мы сейчас начинаем понимать загадочную проблему того, как гамма-излучение производится при катаклизмических взрывах повсюду во Вселенной”.

Класс ярких транзиентов, известных под общим названием как гамма-всплески, включая CDF-S XT1, AT2020blt и AT2021any, производит достаточно энергии, чтобы затмить целые галактики всего за одну секунду.

“Несмотря на это, точный механизм, производящий высокоэнергетическое излучение, которое мы обнаруживаем с другой стороны Вселенной, неизвестен”, – объясняет доктор Сарин. “Эти два исследования изучали некоторые из самых экстремальных взрывов гамма-излучения, которые когда-либо были обнаружены. С дальнейшими исследованиями мы наконец-то сможем ответить на вопрос, над которым мы размышляли десятилетиями: Как работают гамма-всплески?”

! Читайте еще интересные новости о космосе на сайте или следите за ними на Facebook.

Новейшие элементы периодической таблицы

Если бы вы обнаружили новый элемент, как бы вы его назвали? Вы бы назвали его в честь любимого телевизионного персонажа? Твой родной город? Сам? Международный союз теоретической и прикладной химии (IUPAC) устанавливает правила присвоения имен химическим элементам. Они говорят, что элементы могут быть названы в честь мифических персонажей, концептов, минералов, мест, свойств элементов или ученых. Однако после того, как имя и символ были выбраны, их нельзя изменить.Так что решайте внимательно!

В 2016 году в периодическую таблицу элементов были добавлены четыре новых элемента. Давайте узнаем немного об этих новейших элементах и ​​их названиях. Но сначала давайте узнаем, что такое химические элементы.

Что такое химические элементы?

Химические элементы – это строительные блоки химии. Они составляют всю обычную материю Вселенной. Например, кислород – это элемент. Это третий по распространенности элемент во Вселенной.Вы можете найти его в воде (H 2 O) и многих других молекулах, от которых зависят живые организмы.

Каждый элемент имеет собственный атомный номер . Атомный номер сообщает вам количество протонов в элементе. Например, углерод имеет атомный номер 6. Это означает, что у него шесть протонов. Протоны имеют положительный электрический заряд и содержатся в ядре . Ядро – это плотная область, расположенная в центре атома.

Различные способы описания атома углерода, включая структуру Льюиса, запись в периодической таблице и модель Бора (Источники: Let’s Talk Science на основе изображения из K! Roman, SVG: Marlus_Gancher через Wikimedia Commons, я [CC BY-SA 2.5] через Wikimedia Commons, модификация Ahazard.sciencewriter [CC BY-SA 4.0] через Wikimedia Commons).

Элементы также могут содержать нейтронов и электронов . Нейтроны – это частицы с массой примерно такой же, как у протона. В отличие от протонов нейтроны не имеют электрического заряда. Но, как и протоны, они находятся в ядре.

Электроны имеют отрицательный электрический заряд. Они также намного меньше и легче. Они вращаются вокруг ядра.

Знаете ли вы?

Атомы определенного элемента имеют одинаковое количество протонов, но могут иметь разное количество нейтронов. Эти варианты называются изотопами.

Что такое таблица Менделеева?

Периодическая таблица элементов – это таблица, в которой химические элементы расположены в логическом порядке. Они организованы в зависимости от их атомного номера, электронной конфигурации и химических свойств. Строки периодической таблицы называются периодами .Столбцы называются группами .

Вот изображение, которое поможет вам запомнить, что группы работают вертикально, а периоды – горизонтально (© Let’s Talk Science, 2019).

Периодическая таблица, которую мы используем сегодня, содержит семь периодов и 18 групп. Такой дизайн позволяет быстро найти символ элемента, атомный номер и атомную массу.

Таблица также может дать вам информацию о химических свойствах. Например, элементы в левой части таблицы Менделеева обычно представляют собой металлов .Элементы с правой стороны обычно неметаллы .

Когда последний раз обновлялась периодическая таблица элементов?

В 2016 году в периодическую таблицу Менделеева были добавлены четыре новых элемента. Это означает, что завершился седьмой период таблицы Менделеева.

Эти четыре элемента пронумерованы 113, 115, 117 и 118. Исследовательские группы, открывшие их, были из Японии, России и США. Помните, как мы говорили, что элементы могут быть названы в честь места? Что ж, три из этих элементов были названы в честь мест, где они были обнаружены.Их имена – Nihonium, Moscovium и Tennessine. Четвертый элемент называется Оганессон. Он был назван в честь российского физика-ядерщика Юрия Оганесяна.

Инфографика с атомными номерами, названиями, символами и происхождением названий атомных элементов 113, 115, 117 и 118 (© Let’s Talk Science, 2019).

Что такое сверхтяжелые элементы?

Все четыре новейших элемента представляют собой крайне нестабильные сверхтяжелые металлы. Тяжелые элементы – это те, у которых атомный номер больше 92. Сверхтяжелые элементы обычно имеют атомные номера больше 112. Сверхтяжелые элементы также более радиоактивны и нестабильны , чем другие элементы.

Сверхтяжелые элементы в природе не встречаются. Новые элементы создавались в лабораториях. Ученые используют машины под названием ускорителей частиц , чтобы заставить ионов (заряженный элемент) одного элемента врезаться в ионы другого элемента. Ионы – это заряженные атомы. Когда ядра разбиваются вместе, они могут соединиться.Если ядра соединяются, создается новый элемент. Но эти искусственно созданные элементы существуют всего лишь долю секунды, прежде чем они распадутся на другие элементы.

Знаете ли вы?

Ускорители элементарных частиц разгоняют заряженные частицы до скорости, близкой к скорости света.

Создание сверхтяжелых элементов (2016) от Chemistry World (5:40 мин.).

Производить новые элементы очень сложно. Все новые элементы быстро разрушаются. Это происходит потому, что их ядра упакованы большим количеством протонов.Протоны заряжены положительно, поэтому они отталкиваются друг от друга. Это делает атомы очень нестабильными. Например, период полураспада Nihonium составляет всего десять секунд. Когда элементы распадаются, они выделяют частицы и энергию.

Знаете ли вы?

Тяжелые металлы на самом деле совсем не тяжелые! Термин «тяжелый металл» относится к высокому атомному весу элемента (92-102) и высокой плотности.

Почему эти четыре элемента имели такое большое значение, когда были обнаружены?

Новейшие тяжелые элементы важны как с научной, так и с практической точки зрения.С научной точки зрения открытие может дать ученым лучшее понимание того, как ядра удерживаются вместе. Это может, например, привести к разработке более безопасных и эффективных ядерных реакторов.

Ранее открытые тяжелые элементы также нашли практическое применение. Например, америций (Am) использовался в детекторах дыма. Плутоний (Pu) использовался в ядерном оружии, а также для питания беспилотных космических зондов.

Сейчас четыре новейших химических элемента используются только в исследованиях.Но ученые ожидают, что в ближайшем будущем они обнаружат для них практическое применение.

Знаете ли вы?

Первый искусственный тяжелый элемент был создан с помощью ускорителей частиц в Калифорнийском университете в Беркли. Этот элемент с атомным номером 93 теперь известен как нептуний.

Хотя седьмой период периодической таблицы элементов теперь завершен, сама таблица может быть неполной. Некоторые ученые считают, что периодическая таблица Менделеева не имеет границ.Никто не уверен, сколько времени это займет, но, безусловно, в будущем возможно открытие новых элементов. В периодической таблице элементов однажды может появиться совершенно новый восьмой ряд. Если это произойдет, настанет время для нового плаката с периодической таблицей в вашем классе химии!

Мы нашли все элементы? (2016) от Reactions (5:10 мин.).

В периодическую таблицу добавлены 4 новых элемента: двусторонний: NPR

На иллюстрации художника изображен элемент 117, который теперь официально добавлен в периодическую таблицу элементов. Квэй-Ю Чу / LLNL скрыть подпись

переключить подпись Квэй-Ю Чу / LLNL

На иллюстрации художника изображен элемент 117, который теперь официально добавлен в периодическую таблицу элементов.

Квэй-Ю Чу / LLNL

На данный момент они известны под рабочими названиями, такими как ununseptium и ununtrium – два из четырех новых химических элементов, открытие которых было официально подтверждено. Согласно Международному союзу чистой и прикладной химии , элементы с атомными номерами 113, 115, 117 и 118 скоро получат постоянные названия.

Теперь, когда открытия подтверждены, «седьмой период периодической таблицы элементов завершен», согласно ИЮПАК.Эти добавления происходят почти через пять лет после того, как в таблицу были добавлены элементы 114 (флеровий или Fl) и 116 (ливерморий или Lv).

Элементы были открыты в последние годы исследователями из Японии, России и США. Элемент 113 был обнаружен группой из Института Райкена, которая называет его «первым элементом периодической таблицы, найденным в Азии».

Три других элемента были открыты совместными усилиями Объединенного института ядерных исследований в Дубне, Россия, Ливерморской национальной лаборатории Лоуренса в Калифорнии.В результате этого сотрудничества было обнаружено шесть новых элементов, в том числе два, в которых также участвовала Национальная лаборатория Ок-Ридж в Теннесси.

Классифицированные как «сверхтяжелые» – обозначение, данное элементам с более чем 104 протонами – новые элементы были созданы с использованием ускорителей частиц для стрельбы пучками ядер по другим, более тяжелым ядрам-мишеням.

Существование новых элементов было подтверждено дальнейшими экспериментами, в которых они были воспроизведены, но ненадолго. Элемент 113, например, существует менее одной тысячной секунды.

Седьмой период периодической диаграммы теперь завершен благодаря добавлению четырех новых элементов. ИЮПАК скрыть подпись

переключить подпись ИЮПАК

«Особая трудность в установлении этих новых элементов состоит в том, что они распадаются на ранее неизвестные изотопы более легких элементов, которые также необходимо однозначно идентифицировать», – сказал Пол Кароль, председатель Совместной рабочей группы ИЮПАК, объявляя о новых элементах.В рабочую группу входят члены Международного союза теоретической и прикладной физики.

Временные названия элементов происходят от их места в периодической таблице – например, ununseptium состоит из 117 протонов. Каждую из команд исследователей теперь попросили представить имена для новых элементов.

С дополнениями нижняя часть таблицы Менделеева теперь выглядит как законченный кроссворд – и это привело нас к контакту с Каролем, чтобы спросить о следующей строке, восьмом периоде.

«Есть несколько лабораторий, которые уже сделали снимки по созданию элементов 119 и 120, но пока нет доказательств успеха», – сказал он в электронном письме. «Восьмой период должен быть очень интересным, потому что релятивистские эффекты на электроны становятся значительными и их трудно точно определить. Химическое поведение воплощается в поведении электрона, которое, возможно, лучше называть электронной психологией».

Кароль говорит, что исследователи будут продолжать искать «предполагаемый, но весьма вероятный« остров стабильности »на уровне 120 или, возможно, 126 элемента или около него», где элементы могут существовать достаточно долго, чтобы изучить их химию.

Международные правила выбора названия гласят, что новые элементы «могут быть названы в честь мифологической концепции, минерала, места или страны, собственности или ученого», согласно ИЮПАК.

В 2013 году шведские ученые подтвердили существование открытого Россией унунпция (атомный номер 115). Как описал Двусторонний, элемент был произведен путем «выстрела луча кальция, который имеет 20 протонов, в тонкую пленку америция, которая имеет 95 протонов. Менее чем за секунду новый элемент имел 115 протонов.”

Хотя вы вряд ли столкнетесь с новыми элементами в ближайшее время, они не единственные, которые существуют недолго. Возьмем, например, франций (атомный номер 87) и астат (атомный номер 85).

Как Сэм Кин, автор книги о периодической таблице под названием Исчезающая ложка , написал об этих элементах:

«Если бы у вас был миллион атомов самого долгоживущего типа астатина, половина из них была бы распадаются за 400 минут.Подобный образец франция продержался бы 20 минут. Франций настолько хрупок, что практически бесполезен ».

Что касается того, почему ученые продолжают искать новые и более тяжелые элементы, ответ, по крайней мере частично, заключается в том, что они надеются в конечном итоге найти элемент – или ряд элементов – которые одновременно стабильны и полезны в практических приложениях. И по ходу дела они узнают все больше и больше о том, как атомы удерживаются вместе.

Можем ли мы найти новые химические элементы на Земле? ›Спросите эксперта (ABC Science)

Возможно ли, что на Земле все еще есть элементы, которые еще предстоит найти? Как в лаборатории создаются сверхтяжелые элементы?

Периодическая таблица Менделеева содержит более сотни химических элементов, основных строительных блоков всего, что нас окружает – живого и неживого.

Атомный номер элемента определяется количеством протонов в ядре атома этого элемента.

Некоторые из элементов хорошо известны, такие как водород (1), кислород (8) и углерод (6), но в меньшей степени; сиборгий (106), флеровий (114) и дармштадций (110). Более трех четвертей элементов периодической таблицы существуют в естественных условиях на Земле или где-либо еще во Вселенной.

Последним обнаруженным в природе элементом был франций (87) в 1939 году.После этого открытия плутоний (94), нептуний (93) и астат (85), которые были первоначально созданы в лаборатории в 1940 году, с тех пор были обнаружены в природе.

Единственные элементы, которые еще предстоит обнаружить, попадают в категорию сверхтяжелых – элементы, содержащие более 104 протонов, – говорит доктор Элизабет Уильямс, физик-ядерщик из Австралийского национального университета.

Но маловероятно, что мы обнаружим какие-либо новые сверхтяжелые элементы природного происхождения на Земле, – говорит Уильямс.

Она говорит, что для открытия новых сверхтяжелых элементов природного происхождения необходимы две вещи.

«Во-первых, должен существовать естественный процесс, производящий эти элементы, а во-вторых, элементы должны жить достаточно долго (и в достаточном количестве), чтобы мы могли обнаружить их существование.

Однако, по ее словам, синтез сверхтяжелых элементов в лаборатории может помочь ученым лучше понять свойства этих элементов и то, как они создаются, что затем помогает им понять, можно ли и как найти еще какие-либо природные элементы.наверх

Создание тяжелых элементов

С 1939 года все вновь открытые химические элементы синтезируются в лаборатории. Большинство из них было сделано с использованием ускорителя частиц.

Только за последний год исследователи создали атомы двух новых элементов: 117 – известного в настоящее время как ununseptium – и 115 – ununpentium.

«Обычно мы создаем эти элементы, используя более легкий атом, скажем, кальций, и мы ускоряем его и разбиваем его на фольгу, состоящую из более тяжелых атомов», – говорит Уильямс.

«Если ускоренный атом движется достаточно быстро, вполне возможно, что его ядро ​​- компактное ядро ​​протонов и нейтронов в его центре – может вступить в контакт с ядром одного из более тяжелых атомов. Если это произойдет, есть шанс что они сольются вместе, образуя более тяжелый элемент “.

Хотя лист фольги может показаться человеческому глазу сплошным, в атомном масштабе он сильно отличается. Ядро занимает лишь крошечную часть пространства, которое занимает атом.Чтобы создать новый элемент, ядра каждого атома должны столкнуться и слиться.

«Если вы думаете об атоме размером с Мельбурнский стадион для крикета (примерно 170 метров в диаметре), ядро ​​- это небольшая виноградина в центре», – говорит она.

Но это еще не все.

Если два ядра движутся к столкновению, они должны преодолеть сильную силу отталкивания, которая препятствует их слиянию в новый элемент. Это известно как электростатическая или кулоновская сила.наверх

Остров стабильности

Уильямс и ее коллеги в настоящее время ищут новые способы создания новых тяжелых элементов.

«Одна из вещей, которые мы действительно знаем, – это то, что даже очень небольшие изменения в способах, которыми мы пытаемся создать эти элементы, имеют драматическое влияние на вероятность создания нового элемента», – говорит Уильямс.

«Например, то, как быстро мы ускоряем частицу луча, что мы выбираем в терминах легких и тяжелых атомов, которые мы сталкиваемся вместе, – все это может повлиять на вероятность создания нового сверхтяжелого элемента.«

В настоящее время некоторые из более тяжелых синтетических элементов могут существовать несколько миллисекунд, а затем распадаются на более мелкие элементы, выделяя альфа-частицы, фотоны и другие продукты распада.

Но ученые-ядерщики также изучают возможность существования группы тяжелых элементов, которые живут намного дольше, чем те, которые создаются сегодня. Они называют эту группу «Остров стабильности».

«Ядра на острове стабильности близки к тому, что физики-ядерщики называют« магическими числами »протонов и нейтронов», – говорит Уильямс.

«Ядра с таким особым числом протонов или нейтронов связаны друг с другом более тесно, чем окружающие ядра. Это означает, что они имеют тенденцию жить дольше, чем их ближайшие соседи».

Предполагается, что эти относительно стабильные тяжелые элементы могут длиться несколько минут, а может быть, и дольше.

Уильямс и ее коллеги должны определить, какая комбинация протонов и нейтронов приведет их к острову.

«Мы предсказали, что будет область относительной стабильности около 114 или 120 [протонов].Некоторые говорят, что существует относительно стабильное число нейтронов около 184, – говорит Уильямс.

«Если мы сможем приблизиться к этим числам, тогда мы сможем добиться хороших результатов, но это трудно предсказать науку».

Даррен Осборн взял интервью у доктора Элизабет Уильямс. Она является научным сотрудником факультета ядерной физики Австралийского национального университета. Она сосредоточена на изучении того, как создавать новые сверхтяжелые элементы.

Открыты четыре новых элемента, завершена седьмая строка периодической таблицы

ЛОНДОН: Теперь седьмая строка периодической таблицы завершена с введением четырех новых химических элементов.

Элементы 113, 115, 117 и 118, открытые учеными из Японии, России и США, являются первыми, которые были добавлены в таблицу с 2011 года, когда были добавлены элементы 114 и 116.

Русский химик Дмитрий Менделеев произвел первую настоящую итерацию таблицы в 1869 году.


Новые дополнения были официально проверены Международным союзом теоретической и прикладной химии (IUPAC) 30 декабря 2015 года.

Орган объявил, что Группа российских и американских исследователей представила достаточно доказательств, чтобы заявить об обнаружении элементов 115, 117 и 118, сообщает BBC News.

Японская группа из Института Рикен получила признание IUPAC за открытие 113-го элемента.

«Химическое сообщество хочет, чтобы его самая заветная таблица, наконец, была завершена до седьмой строки. ИЮПАК начал процесс формализации названий и символов для этих элементов», – сказал профессор Ян Ридейк, президент подразделения неорганической химии. ИЮПАК.

Командам, ответственным за открытия, было предложено придумать постоянные названия и химические символы для уже подтвержденных элементов.

Предложенные имена и символы будут проверены Отделом неорганической химии ИЮПАК на предмет согласованности, переводимости на другие языки, возможного предшествующего исторического использования для других случаев.

Новые элементы могут быть названы в честь мифологической концепции, минерала, места или страны, собственности или ученого.

После принятия отделом названия и двухбуквенные символы будут представлены на общественное рассмотрение в течение пяти месяцев, прежде чем высший орган ИЮПАК, Совет, примет окончательное решение по названиям этих новых химических элементов и их двух- буквенные обозначения и их введение в таблицу Менделеева.

Подтверждение четырех новых элементов завершает седьмую строку таблицы Менделеева | Новости

Обновление – 30 ноября 2016 года компания Iupac подтвердила название новых элементов: нихоний, московий, теннессин и оганессон. Чтобы узнать больше о том, как создаются эти элементы, и посмотрите наше интервью с Юрием Оганесяном, в честь которого назван элемент 118, прочтите нашу статью о том, что нужно для создания нового элемента.


Подтверждение того, что четыре новых элемента – с атомными номерами 113, 115, 117 и 118 – действительно были синтезированы, пришло от Международного союза чистой и прикладной химии (Iupac), завершив седьмую строку периодической таблицы.

Группы, которым приписывают их создание – в Японии, России и США – потратили несколько лет, собирая достаточно доказательств, чтобы убедить экспертов из Иупака и его физического эквивалента, Международного союза чистой и прикладной физики, в существовании элементов. Все четыре являются крайне нестабильными сверхтяжелыми металлами, которые существуют лишь доли секунды. Они создаются путем бомбардировки мишеней из тяжелых металлов пучками ионов и обычно могут быть обнаружены только путем измерения радиации и других нуклидов, образующихся при их распаде.

———————————————————————————————————
Возможно, вас также заинтересует:
Помимо элемента 118: создание следующая строка периодической таблицы
Как ученые выбирают названия для новых элементов?
——————————————————————————————————––

Элемент 113, известный в настоящее время под названием ununtrium, является первым элементом, обнаруженным в Восточной Азии. Он был создан группой Косуке Морита в Центре науки на основе ускорителей RIKEN Nishina в Японии путем выстрела луча цинка-70 по мишени из висмута-209.Группа впервые заявила, что создала элемент в 2004 году, но в то время все еще оставалась некоторая неопределенность из-за нестабильности одного из продуктов его распада. В 2012 году они предоставили более убедительные доказательства этих экспериментов.

Элементы 115 (унунпентиум) и 117 (унунпентиум) были обнаружены группами, сотрудничавшими в трех учреждениях – Ливерморской национальной лаборатории Лоуренса в США, Объединенном институте ядерных исследований в России и Окриджской национальной лаборатории в США.Сотрудничеству Лоуренса Ливермора и Объединенного института ядерных исследований также приписывают выполнение критериев открытия элемента 118 (унунокций) в работе, опубликованной в 2006 году.

Все задействованные лаборатории добились значительного прогресса с момента подачи первоначальных заявлений, – говорит Линн Соби, исполнительный директор Iupac. «И вот мы: все четверо подтвердили свои претензии».

Теперь, когда элементы были официально обнаружены, ответственные учреждения смогут выбрать для них постоянные названия.Но пройдет некоторое время, прежде чем учебники и плакаты смогут быть обновлены, поскольку новые названия и символы должны быть одобрены отделом неорганической химии Iupac и представлены на всеобщее обозрение. Различные правила регулируют имена, которые можно давать новым элементам, которые могут быть вдохновлены природой, мифологией, людьми, недвижимостью или местами. «Символ особенно важен», – говорит Соби. «Они должны просмотреть все архивы, чтобы проверить, использовался ли он раньше. Он должен быть уникальным ». Она добавляет, что сроки трудно предсказать, но по оценкам, процесс займет от четырех до шести месяцев.

Эти и другие группы теперь, вероятно, обратят свое внимание на элементы за пределами седьмого ряда. Это создает новые проблемы, отчасти потому, что мишени, используемые в экспериментах по бомбардировке, должны были быть сделаны из самих сверхтяжелых и короткоживущих элементов. Пока что никто не заявляет об открытии 119 или каких-либо элементов тяжелее его. Исследователи надеются, что за пределами элемента 118 может существовать «остров стабильности», позволяющий производить дополнительные сверхтяжелые элементы, хотя, где именно этот остров может быть найден и существует ли он вообще, все еще остается предметом споров.«Мы просто не знаем, когда это [наблюдение] будет… это может произойти на следующей неделе, это может занять год или 10 лет – даже когда кто-то заявляет об открытии, он должен это доказать», – говорит Соби. «Это великое неизвестное прямо сейчас».

Седьмая строка периодической таблицы, наконец, заполнена при добавлении четырех новых элементов | Таблица Менделеева

В периодическую таблицу были добавлены четыре новых элемента, которые, наконец, завершили седьмую строку таблицы и сделали учебники естественных наук по всему миру мгновенно устаревшими.

Элементы, открытые учеными Японии, России и Америки, впервые добавлены в таблицу с 2011 года, когда были добавлены элементы 114 и 116.

Эти четыре были проверены 30 декабря базирующимся в США Международным союзом чистой и прикладной химии, глобальной организацией, которая регулирует химическую номенклатуру, терминологию и измерения.

ИЮПАК объявил, что российско-американская группа ученых из Объединенного института ядерных исследований в Дубне и Ливерморской национальной лаборатории им. Лоуренса в Калифорнии представила достаточно доказательств, чтобы заявить об открытии элементов 115, 117 и 118.

Тело было признано за открытие 113-го элемента, на которое также претендовали русские и американцы, группе ученых из института Рикен в Японии.

Косуке Морита, который руководил исследованиями в Рикене, сказал, что его команда теперь планирует «изучить неизведанную территорию элемента 119 и далее».

Риодзи Нойори, бывший президент компании Riken и лауреат Нобелевской премии по химии, сказал: «Для ученых это более ценно, чем олимпийская золотая медаль».

Элементы, которые в настоящее время носят имена-заполнители, будут официально названы группами, обнаружившими их, в ближайшие месяцы. Элемент 113 будет первым элементом, названным в Азии.

«Химическое сообщество хочет, чтобы его самая заветная таблица, наконец, была доведена до седьмого ряда», – сказал профессор Ян Ридейк, президент отдела неорганической химии ИЮПАК.

«ИЮПАК начал процесс формализации имен и символов для этих элементов, временно названных как ununtrium (Uut или элемент 113), ununpentium (Uup, элемент 115), ununseptium (Uus, элемент 117) и ununoctium (Uuo, элемент 118).”

Новые элементы могут быть названы в честь мифологической концепции, минерала, места или страны, собственности или ученого.

Четыре новых элемента, все из которых являются синтетическими, были открыты путем столкновения более легких ядер друг с другом и отслеживания последующего распада радиоактивных сверхтяжелых элементов.

Как и другие сверхтяжелые элементы, которые населяют конец периодической таблицы, они существуют только доли секунды, прежде чем распасться на другие элементы.

В эту статью внесены поправки 4 января 2016 г.Ссылка на «искусственные» новые элементы была изменена на «синтетические», чтобы следовать руководству в стиле Guardian по использованию гендерно-нейтральных терминов.

Открытие новых химических элементов

В своих исследованиях относительной частоты различных элементов, составляющих земную кору, г-н Ф. В. Кларк предполагает, что на глубине 10 миль ниже уровня моря состав грунта то же самое, что и при исследовании поверхностных слоев и глубин, которых мы достигли.Средний удельный вес этих слоев равен 2’5, или не совсем половина плотности Земли в целом. Включая океаны. и атмосфера, внешняя кора Земли состоит наполовину из кислорода и на одну четверть из кремния, в то время как другая четверть представлена ​​другими элементами – алюминием, на 7 процентов; железо, 510; кальций, 3’50; магний, 2’50; натрий, 2’20; и калий, 2’20%. Некоторые из элементов, многочисленные соединения которых давно были очень очевидны для человеческого разума, поэтому с точки зрения их количества имеют очень незначительное значение; таким образом, водород составляет всего 0,94 процента.общего состава земной коры, углекислота – 021%, фосфор – 0,09%, азот – 0,02%. Эти элементы, которые являются составными частями необъятных морей и образуют основу жизни, поэтому составляют лишь мельчайшую долю массы десятимильного кольца, которое рассматривал мистер Кларк. Поскольку проведенные до сих пор зондирования показывают, что они не существуют или едва ли существуют на больших глубинах, мы имеем право сказать, что 80 что касается количества, ими можно почти пренебречь при рассмотрении массы всего земного шара.Содержание хлора не превышает 0,15%, однако одной поваренной соли, содержащейся в океанах, достаточно, чтобы покрыть все континенты и похоронить самые высокие горы. Из этого мы понимаем, насколько мало впечатление, которое производит на нас внешняя поверхность нашего земного шара, соответствует его реальной природе, если судить о нем по его средней плотности. Не может быть ни малейшего сомнения в том, что внутренние части земного шара состоят из веществ, отличных от тех, которые появляются во внешних слоях. Но хотя элементы с малым удельным весом или большой летучестью, которые, подобно водороду и азоту, существуют в больших количествах вокруг нас, составляют лишь очень незначительную часть составляющих нашего земного шара, рассматриваемого как единое целое, мы предполагаем, что элементы, называемые редкие лишь в бесконечно малой степени входят в общий состав Земли; тем более, что, насколько нам пока известно, эти элементы не находятся на большой глубине.Я, по крайней мере, не знаю – знаю, что более тяжелые металлы – золото, серебро, свинец и т. Д. – когда-либо находили в материалах, извлеченных при глубоком зондировании или вулканических выбросах. Например, после мощного извержения Кракатау я тщетно искал эти элементы в выброшенных пеплах, которые, вероятно, пришли из больших глубин. Предполагаемое открытие нового элемента в древних лавах Везувия оказалось ошибочным. Кажется, что элементарные тела умножаются по мере приближения к поверхности земного шара.Для объяснения этого факта напрашиваются две гипотезы: гипотеза смещения космической материи и гипотеза нового образования элементов на поверхности. Смещения космических материалов непрерывны; падающие метеориты являются особенно ярким примером этого, но вероятно, что в количественном отношении космическая пыль имеет большее значение. Однако ни метеориты, найденные в различных точках, ни пыль, собранная Норденшельдом в ледяных полях полярных регионов, внеземное происхождение которых не подлежит сомнению, не содержат редких элементов Земли.Гипотеза об увеличении за счет наростов извне кажется необоснованной. Новое образование элементарных тел кажется еще менее вероятным; в лучшем случае это можно было бы объяснить возможностью, часто указываемой, но никогда не устанавливаемой, новой редукции тел, которая до сих пор считалась простой. Спектральный анализ, правда, открывает нам преобразования, которые постепенно происходят в материи неподвижных звезд, но это только известные вещества, которые превращаются в другие вещества, столь же известные.Более того, невозможно сравнивать условия температуры и скопления неподвижных звезд и Земли. Очевидно, что увеличение простых тел во внешних слоях Земли только кажущееся. Кроме того, следует признать, что наука достигла большего прогресса, и этот прогресс не может не повлиять на открытие новых веществ. Первые электролитические разложения, осуществленные Дэви с помощью низкоэнергетического котла, в начале этого столетия сделали известным существование металлических радикалов в солях и земле, о которых раньше не было ни малейшего подозрения; в то время как Муассан, используя доступные сейчас мощные токи, смог выделить фтор – до сих пор почти неизвестный – из его комбинаций.Спектральный анализ пролил свет на целый ряд элементов характеристических спектров. Присутствие одного из этих элементов, гелия, было продемонстрировано в. Солнце еще до того, как стало известно, что оно также входит в состав нашего земного шара. Выводы, сделанные Д. Менделефом из периодического закона, также привели к открытию нескольких элементов, на существование которых теория указала еще до того, как химия выделила их. Я упоминаю, прежде всего, скандий, открытый в 1879 году Нильсоном в экзоните, гадолините и иттротитаните.Этот металл, оксид которого существует только в количестве нескольких граммов и который, возможно, не держал в руках ни один человек, кроме автора открытия, имеет большое научное значение, поскольку его атомный вес 44, как было установлено. Нильсоном, это как раз то, что указал Менделиф для экабора, элемента, существование которого основывалось на периодическом законе. В 1794 году Гадолин отделился от гадолинита. из Иттерби – земля, которую он назвал землей Иттер, и которая впоследствии была известна под формами собственно эрбия, тербия и иттрия.Эти земли были обнаружены в значительном количестве редких минералов, но оксиды, извлеченные из этих минералов, имели различную природу и аспекты, представляя себя скорее как смеси, в которых разделение различных компонентов сопровождалось значительными трудностями, поскольку различные элементы не давали никаких результатов. очень внятная реакция. Пришлось вернуться к спектральному анализу и определению атомных весов и попытаться выделить их путем многократного фракционирования под действием сульфата калия или аммиака или же путем частичного разложения нитратов при нагревании.Большая часть этих анализов, результаты которых, однако, пока еще не совсем ясны по некоторым вопросам, были выполнены в течение последней четверти века и, помимо обеспечения более точных знаний о скандии и иттрии, выявили существование многих других редких элементов, восстановление которых не кажется невозможным; среди которых мы называем эрбий, гольмий, тулий, диспрозий, тербий, гадолиний, самарий, деципий и иттербий. Церий, лантан и дидим в последнее время были объектом очень внимательных исследований, преследующих практическую цель – строение мантий для ламп накаливания.Долгое время подозревали, что дидимий – непростое вещество; но Карл Ауэр фон Вельсбах, изобретатель этого метода освещения, имеет право на то, что ему удалось в 1855 году разделить дидимий на два его элемента – пррезодидимий и неодидимий. Использование впоследствии монацита позволило получить соли этих замечательных металлов в больших количествах и применить их на практике. Существование метацерия, объявленное М. Браунером, еще не установлено полностью, равно как и существование russium, которое М.Крушоу обнаружил, что торий связан с торием в некоторых цирконах и в монаците, атомный вес которого рассчитан на 220. Жаргоний Сорби, австрий Линнемана, норвегий Далла, актиний Фипсона, идумий Вебски. . масриум Ричмонда и Оффа и неизвестный элемент, который, по мнению М. К. Дж. Байера, он обнаружил во французских бокситах, обратились в ничто. Мы упоминаем также просто из любопытства космий и неокосмий, назвав их имена не от Космоса, а от Космана, получившего патент на получение их оксидов.Галлий был открыт в августе 1875 года Лекоком де Буабодраном в обманке Пьерфита по двум очень отчетливым линиям в фиолетовом спектре этого минерала, который, однако, как позже выяснилось, содержал лишь небольшую часть нового металла. – не превышая 0 000 ф. П., – тогда как в более богатой бернбрайерской купальне он составлял 0,001%. Получение галлия в любых значительных количествах было сопряжено с большими трудностями из-за отсутствия подходящего минерала, который можно было бы практически использовать в процессе экстракции, и его еще не нашли.Тем не менее изучение нового металла было очень интересным с точки зрения теоретических рассуждений Менделеефа. Скандий и германий еще не были открыты, и поэтому не было ничего, что могло бы оправдать или подтвердить выводы, сделанные из закона периодичности. Еще в 1869 году Менделеф подтвердил существование до сих пор неизвестных простых тел, атомный вес которых должен лежать между 65 и 75; он даже зашел так далеко, что подробно описал свойства трех гипотетических элементов – экаборона, экаалюминия и экасиликона.Можно себе представить интерес, связанный с вопросом, соответствовали ли свойства галлия ожиданиям русского химика. Сначала казалось, что соответствия не существует; измерения, сделанные на небольших количествах галлия, которые могли быть получены, дали удельному весу неожиданное значение 4,7. Но поскольку многие свойства нового металла, такие как осаждение его растворов карбонатом бария, его склонность к образованию основных солей и его способность образовывать квасцы, указывают на связь с алюминием, Менделиф без колебаний заявил, что новый элемент, похоже, соответствовал тому, существование которого он указал в 1874 году как подобный алюминию и который он назвал эка-алюминием.Новое определение, сделанное с использованием значительных количеств галлия, полученного электролизом, привело к значению удельного веса до 59, что точно соответствует значению, рассчитанному Менделефом для гипотетического эка-алюминия. Впоследствии было обнаружено, что удельная теплоемкость (0 08) соответствует оценке Менделефа, и была установлена ​​справедливость его предположений. Таким образом, было показано, что разумно вывести из свойств известных элементов свойства других, еще неизвестных, но существование которых ожидается.Менделиф не ожидал столь быстрого подтверждения своих предположений; но его триумфу суждено было быть еще более полным, поскольку к галлию впоследствии были добавлены скандий (экаборон), открытый М. Л. Ф. Нильсоном в 1875 году, и германий (экасиликон), открытый мной в 1886 году. Открытие германия, предсказанное Менделефом под названием экасиликон, имеет сходство с открытием планеты Нептун, существование которой было показано расчетами Адамса и Леверье. Это открытие произошло не из-за стечения благоприятных обстоятельств или счастливой случайности, а в результате исследований, вдохновленных теоретическими предвидениями, и соответствие между предсказанными и реальными свойствами было настолько велико, что Менделиф считал открытие германия удачным. важная проверка периодического закона.Только в одном пункте – касании его образований в природе – германий полностью не оправдал ожиданий. Его поиски скорее будут проводиться в виде оксида в редких минералах севера, наряду с титаном и цирконием, чем в виде сульфида, сопровождающего аналогичные соединения мышьяка и сурьмы в пустотах серебросодержащих минералов. Этот факт, учитывая сравнительную редкость его минерала, аргиродита, немало повлиял на отсрочку выяснения его истинного характера. Что касается меня, я сначала был склонен считать это вязом сурьмы, в то время как Менделиф, после моих первых неполных сообщений, подумал, что это экакадмий.В то же время г-н фон Рихтер выразил убеждение, что германий был не чем иным, как давно бывшим Этот вывод был подтвержден соответствием атомных весов. Успех смелых рассуждений Менделеефа позволяет утверждать, что разработка периодической системы представляет собой большой шаг вперед для науки. Всего за пятнадцать лет все предсказания русского химика подтвердились. Новые элементы заняли свободные места в его таблице, и есть все основания надеяться, что подобное исполнение ожидает и остальную часть естественной системы.Однако два последних открытых элемента, аргон и гелий, похоже, не имеют никакого отношения к периодической системе. Физические свойства аргона очень разные; его характеристика. спектр с большой уверенностью отличает его от всех других веществ; но химически газ проявляет необычайное безразличие, и до сих пор не удавалось заставить его войти в обычные соединения с другими элементами. Эта особенность и невозможность ввести в периодическую систему простое тело с молекулярной массой аргона (39, 88) дала повод для всевозможных гипотез относительно газа; и вопрос о ее отношениях не получил ответа.Другим наиболее интересным открытием является открытие гелия, которое было сделано профессором Рамзи в 1895 году при исследовании минерала клевеита на наличие аргона, когда, помимо спектра аргона, он обнаружил еще одну яркую линию, не принадлежащую этому спектру, которую г. Крукс признал идентичным линию D3, которую профессор Локьер наблюдал в 1868 году в спектре солнечной хромосферы и которую он приписал элементу, еще не известному на Земле, – гелию. Позже такая же линия была обнаружена в спектрах других неподвижных звезд, и был сделан вывод, что гелий существует в больших количествах за пределами Земли.Однако на нашей планете он кажется очень редким и даже может быть причислен к числу самых редких элементов. Тем не менее, это было почти обнаружено несколько раз. Пальмиери наблюдал линию гелия в своих исследованиях лавы Везувия, но не стал продвигать этот вопрос дальше; и Гиллебранд в 1891 г. получил в спектре газа, образованного урамтом, линии, предположительно принадлежащие гелию. С момента своего открытия гелий был обнаружен в значительном количестве минералов, обычно связанных с ураном, иттрием и торием; в минеральных водах и в крайне малых количествах в атмосферном воздухе.После водорода это самый легкий из газов, и из этой особенности Стони делает объяснение этому факту. что эти два элемента существуют только в очень малых количествах в свободном состоянии на Земле, в то время как они распространены в огромных массах по Вселенной. Относительно небольшая сила земного тяготения не обеспечивает адекватного противовеса скорости их молекул, и они вылетают из атмосферы Земли, если только их не сдерживает химическая комбинация.Затем они собираются вокруг больших центров притяжения, образованных звездами, в атмосфере которых они существуют в больших количествах. Изучение спектра гелия чрезвычайно важно, так как дает интересные данные о природе далеких небесных тел. Это также, как показали труды Рунге и Пашена, вызывает сомнения относительно элементарного характера нового вещества. Как бы то ни было, если мы должны предположить, что гелий состоит из двух газов (г.Локьер предложил название астериум для второго), один из двух газов, вероятно, имеет точку кипения, очень близкую к абсолютному нулю и в любом случае ниже –264 ° C; Ведь мастеру по сжижению газов М. К. Ольшевскому до сих пор не удалось вызвать изменение состояния гелия, и он предлагает использовать этот газ для наполнения газовых термометров для измерения предельно низких температур. Гелий до сих пор показал себя невосприимчивым, как аргон, ко всем химическим соединениям, и в отношении того, какое положение ему следует приписать, царит такая большая неопределенность, что я не принимаю в расчет гипотезы, которые были выдвинуты по этому поводу.Не исключено, что открытие этих двух новых элементов, аргона и гелия, может дать повод для перестройки или трансформации периодической системы – перестройки, посредством которой, несомненно, будут устранены некоторые неопределенности и даже существующие противоречия. Так, например, атомный вес теллура, который недавно был определен Б. Браунером и Людвигом Станденмалером, вообще не входит в периодическую систему; с другой стороны, наличие в этой субстанции чужеродного элемента, такого как austriacum, предложенное Б.Bra], lner, похоже, не утвердился. Что касается очень волнующего вопроса о том, отличается ли атомный вес никеля от атомного веса кобальта и до какой степени, то я считаю, что дал удовлетворительный ответ и опроверг гипотезу Герхарда Крлесса и Ф.В. Шмида о существовании в одном из веществ третьего элемента, который был назван гномиумом. Быстрый взгляд, который мы бросили на открытие новых элементов в течение последних двадцати пяти лет, показывает, что исследования в этом направлении велись с большой активностью и дали значительные результаты.Тем не менее, предположения, которые эти исследования дали поводом в отношении возможности окончательного разложения, казалось бы, простых тел, и взаимного уважения прогрессивного развития примитивной субстанции и образования многих из нынешних элементов, могут считаться весьма сомнительными. Среди них я упоминаю гипотезу г-на Локьера о диссоциации элементов в солнечной атмосфере. Гипотезы такого рода должны оставаться гипотезами до тех пор, пока нам не удастся расщепить вещество, однозначно рассматриваемое как простое, или преобразовать один элемент в другой; тем не менее, их не следует считать полностью недопустимыми.В любой момент может случиться что-то неожиданное, что откроет науке новые пути исследования.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *